1
СЕКС ВИДЕО
Этот ресурс создан для настоящих падонков. Те, кому не нравятся слова ХУЙ и ПИЗДА, могут идти нахуй. Остальные пруцца!

Беглый 3.1

  1. Читай
  2. Креативы
Издательство «ГУИН при МВД РУз» при участии Coca-Cola Icihmligi Uzbekiston, LTD

Винсент Килпастор, мелкий уголовник и лузер, рассказывает в этой повести – историю побега от самого себя.

Время и место действия. Узбекская Джамахирия 2001 год.На момент прихода сюда американских войск практически завершено строительство государства с авторитарной властью и полицейским режимом.



Часть третья

3. Промискуитет



1

Утром по радио сказали , что в Нью Йорке продолжается небывалая снежная буря. Видимость почти нулевая, а дороги на глазах покрываются коркой льда. Уже в такси Анна резко отвернулась к окну. Прятала слёзы. Меня  почему-то это разозлило.

- Ну хорошо, хорошо – к чёрту аэропорт я никуда не поеду. И точка. Остаюсь.

Некоторые женщины становятся ужасно некрасивыми, когда плачут. Только не Анна.

Её глаза обрели маслянисто гипнотический отлив. Штормовой шквал  злости вдруг опал щенячьей лужицей. Стало стыдно и горько.

- Ну прости, Анюта, я грязная скотина!



В её глазах вспыхнул и отразился весь мой промискуитет. От ворот Зангиоты до блеснувших холодным серебром щупов дарханского доктора. К ней быстро вернулась обычная деловитость:



- Давай-ка паспорт и билет ещё разок. Проверю.

Я вытянул книжечку Аэрофлота и зелень паспорта из солдатского рюкзака.

Анюта ловко скинула слезинку из уголка глаза умудрившись ничего не размазать и стала по-таможенному сверять фотку с оригиналом. Скептически подвела итог:

- Нда. Голубоглазое такси. Эти линзы теперь нельзя снимать минимум сутки – до самого Ню Йорка. Выдержишь?

Я хотел нахвастать ей с три короба о том, что уже приходилось выдерживать в жизни, но вместо этого я просто сухо кивнул. Выдержу. Нам бы до Москвы, а там рукой подать.



Анна наклонилась к вознице:

- Сейчас уже двенадцать. А самолёт в час двадцать. Вы не могли бы как-то по шустрее?

Ямщик недовольно пожал плечами и прибавил газу.



Я глянул в окно. Анексия уже вовсю шуршала по Шотику. Минут пятнадцать и аэропорт. Вспомнил сцену из кино где пилоты лихорадочно готовят самолёт к аварийному взлёту.  Вокруг аэропорта – сплошной апокалипсис из огня и лавы. Лётчики лихорадочно щелкают тумблерами, запуская сотни процессов. Перед ними тревожно мигает табло: «К взлёту не готов! К взлёту не готов!». Вдруг болезненно ощутил – к взлёту не готов. Совсем.



- Аня, я никуда не поеду!

Анна внимательно изучила моё выражение лица. Проводила диагностику. Потом неожиданно закатила мне звонкую оплеуху.

- Ты что ищешь новый способ самоубийства? Будь мужиком! Это не бегство, это эвакуация, если хочешь.

Ролевая игра где Анна жёстко доминирует навязана мне с первых дней нашего знакомства.



- Анна, я и дня не хочу жить без тебя, слышишь?

Моя половинка одарила меня  красноречивым взглядом. Я бы ещё одну оплеуху предпочёл такому взгляду.



Водителю наскучила наша антреприза  и он врубил радио.

Из приёмника за меня сразу бодро вступился В.Цой. «Мой порядковый номер – на рукаве!»

- Хорошо, давай я помогу похоронить Малявина, а потом полечу. Ну не по-людски это. Как брат он мне.



Глаза Анны вновь подозрительно блеснули.

- Сама всё сделаю. Похоронить помогу. Денег завезу родне. Лучше одни похороны, чем целая серия. Хватит с нас одного Малявина. Тебе необходимо лететь. Прямо сейчас. Это твой единственный шанс.

- Почему вечно самое тяжёлое остаётся разгребать тебе, Анна?

Пришло время получать пряник, и подруга нежно поцеловала меня в шею.



- Потому что я умнее. И потом -  я тут всё знаю, а ты один вылетаешь без компаса в полную пургу. «В Нью Йорке всё ещё продолжается небывалая снежная буря. Видимость почти нулевая, а дороги на глазах покрываются коркой льда». Так то, миклухо маклай. Долетишь – быстренько вышлешь мне вызов, я и приеду. Чего мне одной тут куковать?



Взяв моё лицо в свои похожие на тонкие веточки плакучей ивы ладони, Анна, неловко скрывая слёзы в голосе выдохнула:

- Беги, беги же, живи, побегушник ты мой отвязанный!

И поцеловала в губы. Губы у неё были горячие и чуть сухие – как я люблю.

***



Такси вырвалось на финишную прямую. Я уже чётко различал оборотную сторону плаката изображающего сердитого Амура Тимура, который в этот раз отдал предпочтение английскому: «Вэлкам ту Ташкент». Я снова осиротел:

- Анна, поклянись, что обязательно приедешь ко мне?



Она удивлённо на меня глянула. И кивнула на  плоского Тимура

- Нет, с этим козлом останусь.

Таксист принял «козла» на свой счёт и повернул квадратную башку.

- На дорогу смотрите пожалуйста, окей,  акя?



Экипаж взмыл по эстакаде на второй этаж. Через окно уже хорошо было видно бордовую стойку рейса Ташкент-Москва-Нью-Йорк. Перед ней кучковалось несколько человеков и чемоданов.



- Ну вот видишь – ладушки, успели.  Чётко. Сейчас зарегистрируешься и кофейку с блинчиками успеем принять. А то ведь не позавтракал – может затошнить в самолёте на голодный желудок.



Мы шагнули в зал ожидания. Автоматические двери с шорохом захлопнулись за спиной. «Следующая станция Улугбек» - подумалось мне. Анна слегка подтолкнула меня к стойке. Сама она  с умилением склонилась над детской коляской одного из юных пассажиров, эвакуирующихся в тот день подальше от великого будущего. Поправив одеяльце, наклонилась, почти целуя младенца и сказала сразу заулыбавшейся матери:



-Боже какое сейчас непозволительно дорогое удовольствие обзавестись маленьким человечечком!

В последнее время она не пропускала ни одной детской коляски. Идя к стойке, я думал насколько сам готов стать отцом для маленьких «человечечков».



Чтобы порадовать Анну придётся в корне поменять образ жизни. Будет сын – назову Констанкинч, в честь Малявина и группы «Алиса».



Я почти увидел перед собой малыша Констика и отключил реальность вокруг. Подняв первенца на руки я прижал его к груди, и тут же на всех парах врезался в другого пассажира, который шустро пытался срезать и заскочить в очередь на секунду раньше меня.



Я поднял виноватый взгляд, чтобы немедленно извиниться и сразу  признал в ушлом пассажире капитана Обломбая Казематова.

***



В выходные и праздники отец вставал раньше всех в доме. Мурлыча под нос арию Мистера Икс, заваривал крепчайший кофе, горьковато-зверским запахом которого пытался растормошить и меня. Он раскладывал по письменному столу ворох бумаг и несколько раз перезаправив инкрустированный паркер  самозабвенно писал до самого вечера.



На стенах кабинета были плотно развешены книжные полки, одна из которых была исключительно заставлена историческими трудами моего отца. По соседству с ним на других полках жили официальные золотые обрезы Тургенева, Диккенса, Мопассана и Чапека.



Полки назывались буковые, и я тогда все время думал будто буковые это «книжные», от английского «book». Столовые наборы дозволенных советской цензурой писателей. Оживлял эту пыльную бронзу поток толстых литературных журналов, которые процветали в начале перестройки. Эти журналы мы читали по очереди. Нельзя говорить что в перестройке не было ни капли позитива. Я пожал руку Аксенову, Войновичу, Саше Чёрному и Венедикту Ерофееву.



И хотя творчество отца было очень далеко от литературы – малоблагодарный процесс взлохмаченной  писанины с пятнами от чернил на руках считался у нас дома одним из самых почётных.



Когда отец писал, дома нельзя было включать телевизор и магнитофон, ронять посуду, громко разговаривать или топать ногами. Проснувшись, я наскоро проглатывал выставленный матерью завтрак, сгребал в охапку маленького пуделя Борьку, которого отцу подарили на новоселье, и мчался исследовать необъятные Сергели.



Сергели были в ту пору маленьким спальным островком среди бескрайних полей ближнего ташкентского пригорода. Поля были пересечены речушками, оврагами и прочей сьеррой-леоне.



Там было целых два поля чудес. На одном поле чудес росла гигантская сладчайшая клубника. Нужно было лечь на спину и тихо ползти между грядками – так что бы не увидел со своего шалаша бабай-сторож. Я тогда сделал первое в жизни философское открытие – когда чего-то слишком много, даже клубники, то быстро приедается. Проглотил несколько сросшихся ароматных ягод, иной раз с примесью глины, и вдруг понял, что наелся.

А клубничка смотрит со всех сторон и смеётся.



Второе сергелийское поле чудес было плантацией драпа – я вам  о нём чуть позже расскажу.

В ходе одной из наших бесчисленных с Борькой исследовательских экспедиций, мы и забрели на сергелийское кладбище. Место, которое для меня, Макса, Димона, Лешего, Альбы, да и Борьки стало секретным островом. Потайным уголком детства, который есть у каждого.



                                                                            ***

Праздники в жизни обычно кончаются моментально и сразу – напрочь. Как и шампанское. Я просыпаюсь на моей родной кушетке в кабинете отца в будничное свинцово-тяжкое утро понедельника. Но мне все равно быстро становится радостно и светло.



Светит сквозь полупрозрачные шторы родительской квартиры робкое солнце, из кухни ползёт запах обжаренных на сливочном масле пельменей, и главное, не поёт больше Михаил Круг. Угомонился. Или доехал-таки в свой смердючий централ, вдосталь нахлебавшись горя в дороге.



У меня нет паспорта, прописки, работы и копейки денег. Опять придётся возрождаться из пепла с полного нуля. Благо, что не впервой, но с каждым разом это становится все хлопотнее и хлопотнее. Будто бы продолжается моя отсидка – только устроюсь в норке, обмякну, а тут снова нужен гол. Кому-то вечно от меня нужен гол.



Иду по Бог Чинар улице в сторону автобусной остановки.  Бог Чинар. Как Бог войны или Бог Ветров. Раньше эта улица называлась улицей Михаила Массона. Чем им успел насолить археолог Массон, приехавший в Туркестан еще до революции, и благополучно ковырявшийся в глине до самого начала перестройки - ума не приложу. Наверное, фамилие у него неправильное. А может быть Масон докопался до сути и принял ипостась Бога Чинар?



Поразительно сколько знаковых событий я пропустил пока сидел в каталажке.

На улицах прибавилось иномарок, да и отечественные тачки выглядят совсем как-то иначе. Все это дело мчится, крутится, жужжит, дымит, пролетает мимо, грозя сбить с ног. Хочется встать и оторопело пялиться по сторонам. Я стал тормозом. У меня реакция подводной черепахи.



Вроде Ташкент, а вроде бы и нет. Все магазины и остановки покрылись золотистым анодированным алюминием. Везде гордо написано – Панасоник,  Филипс  и «Узбекистан: страна с великим будущим И.А.Юртбаши».

Я думаю и настоящее у этого самого И.А Юртбаши тоже удалось на славу. 



Особенно нелепо золотистый алюминий выглядит на хрущобах. Реликт коммунистических достижений, с покосившимися водосточными трубами, облезлой штукатуркой подъездов и вдруг блестящим позолоченным бельмом – «Юридическая контора МАСЛАХАТ». Я бы добавил им подзаголовок слоган

–«Маслохат. Реальные маслокрады это наш профиль. Утрясаем всю канитель – от штрафа до мокрухи».



Раньше город мой был багрово-красным. Пролетарско-революционным. Сейчас госцвета поменялись, и весь Ташкент стал сине-зелёным. Сине-зеленые автобусы, сине-зелёные трамваи, зелено-синие вывески и сине-зелёные деньги.



Хамелеоновая мимикрия  цветов Ташкента зацепила и названия улиц. Бывшая Нищебродская стала теперь Амура Тимура, Карламаркса превратилась в одночасье в Ататюрка, а сквер революции стали называть звонким словом «хиёбан».

***

Не то чтобы воздух Ташкента пропитался страхом, воздух исчез совсем. Столь необходимая для жизни смесь газов превратилась в смесь ужаса, страха и ненависти. На какой-то миг мне показалось, что в колонии строгого режима гораздо легче дышится.



У людей серые лица и мёртвые глаза. Люди одеты в разные оттенки серого. Будто и тут действовал режимник Бахром со своими деревянными солдатами. Никто не улыбается.



Стало больше суровых женщин, затянутых в мятые мужские пиджаки, типа того, что носит Махмуд Ахмадинеджад. Пиджаки плохо сочетаются с их цветастыми платьями. И угрюмых мужчин в так и не познавших  утюга брюках. Все поголовно в калошах на босу ногу.



Вчерашняя уверенность, что человеку, выжившему в зоне, на воле все абсолютно нипочём, стала меркнуть и исчезать, как шагреневая кожа.



                                                                        ***

Памятуя главный урок Зангиоты, – не давать повода ментам, – я первым же делом и марширую в ментуру. Отмечаться о прибытии. Получить разрешение быть. И как вообще  дальше быть, если честно. Менты ведь мне теперь не говорят, что делать, и от этого я немного в растерянности. Пора включать ручной режим «своим умом».



Тусуюсь сейчас по бескрайним кондиционированным мраморным коридорам сергелийского ОВД и только глазами хлопаю – лепота. Палаты! Почище, чем в госдуме какой будет.

Прождав липких сорок минут какого-то капитана Казематова, я, наконец, был удостоен высочайшей аудиенции.

Под большой пловной тарелкой с изображением птицы Семург – восседал сам капитан Абдукаюм Казематов. Страстный любитель плова и других земных удовольствий. Вы заметили эти жирные мочки заправского сластолюбца?



Лицо капитана Казематова носит черты, типичные для восточного военачальника. Зайди я, например, в кабинет лет эдак пятьдесят назад, Абдуаюк Казематов, весь в блестящей, чёрной как у байкера коже, сидел и излучал бы тут государственность с маузером и под черно-белым портретом Иосифа Нержавейки. А вот сдвинь-ка стрелки назад ещё лет на пятьдесят, Абдукайоп-баши носил бы вышитый золотом халат, а вместо китайского вентилятора на цапельной ноге, стояла бы тут наложница в выдающих целлюлит шароварах и с нафталиновым опахалом из павлиньих перьев.



- Ассалому алейкум, гражданин башлык!

-Что, кишкалдак? Вспомнил, кому покрышькя продал? – Львиным рыком приветствует меня Казематов, не отрывая глаз от кроссворда в журнале «Муштум».



Оторопело протягиваю волчий билет. Ничего о покрышкя не слыхал, гражданин начальник.

- Ие! А пачэму не работаешь до сих пор, а? – Даже не глядя в справку, где значится, что на воле я всего лишь второй день.

– Обратна турма захотел, пингвин бешкутакский? - Капитан мечет глубокой желтизны молнии, характерные для глаз человека, который точно и давно знает, с какой стороны у него печень.

- Пять диней даю, чтоп паспорт взяль, пирописалься, трудоустроился и доложил пиришел. Тшундийми, турсук?



Я охотно подписываю гербовую бумагу, обязующую меня на русском и узбекском языках докладывать обо всех готовящихся преступлениях и терактах – непосредственно капитану Казематову. С низким поклоном пячусь к двери. Уже у самой двери, он снова окликает меня.



- Эй-эй. Тухта, паравоз. Тармаза-ка випиши. На вот, возьми - купонь. Пойдешь центр реабилитация, отдашь им купонь, они тебе бабки дадут на первый виремя. Чо вилупилься? Кет нахуй отсюда. Нужен будешь – милисия сам тебя найдет. Хе-хе-хе.

***



На лестнице РОВД я нос к носу столкнулся со своим убийцей. С тем самым мужиком из Зангиоты, что всегда говорил, будто знает где меня искать. Неоднократно обещал найти и завалить.



Заметил я его слишком поздно. Если бы только я не смотрел себе под ноги, опустив гриву, может быть и был бы шанс резко развернуться и скрыться за углом.  Так или иначе, о побеге уже не могло быть и речи.  Может позорно рвануть  сейчас обратно к спасительному Казематову с криком «Убивают!», но мне сразу стало стыдно от этой мысли.



- Ты чо здесь, гадёныш? Стучишь уже?

По его тону я сразу понял все. На самом деле он хотел сказать «Блииин, вот это жопа, братан, куда же мы с тобой попали,  а?»

И этот тон сразу вернул  мне спокойствие.

- Да вот, дал подписку стучать и купон получил. Там всем дают. Ага. Тебе тоже выпишут. И чего бы им тут на месте наликом этот купон не развести, я ща на автобус половину суммы истрачу пока доеду.

- Купон? Покажь!



Я благоговенно продемонстрировал полиграфическое воплощение щедрости великого юртбаши.

- Тыща сумов? Да они обдолбались.

Он, видимо, поймал себя на мысли, что первый раз в жизни мы не обмениваемся словесными тумаками, а довольно дружески беседуем, и сразу нахмурился.

- Что маловато тебе хозяева выделили, а?

Я развёл руками - чего уж там, не густо.

- А где кабинет Ходиматова, не по курсам?

- Казематова? Да вон - под черепаху дверь разделана. Там. Тебя чо, дождаться, что ли, внизу?

- А есть темы? Так с тобой, козлом, разве же отмутишь чего серьёзного?

- А вот, между прочим, со мной как раз и…

- Вали! Увидимся ещё.



Мне показалось, что расставались мы если не друзьями, то уж точно близкими товарищами по несчастью.

                                                                            ***

В «центре реабилитации», расположенном в здании бывшей стоматологической поликлиники Менахема Йоффе,  добрая маленькая кореянка сразу же дала мне целую тысячу сумов, и почему-то спросила, не собираюсь ли я в ближайшее время жениться.



На шее у кореянки была толстая рыжая цепочка с хищным лобстером. Алик-нарколыга на этапе делился, как работают эти излишества туалета.

Ты идёшь ей навстречу в развал, а подельник бежит на терпилу сзади.

Пробегая мимо, больно толкает её под лопатку. Цепь надо рвать в этот самый момент. Пока жертва воздух от возмущения набирает. Рраз – быстро и не больно, как хороший стоматолог- без раскачки.



Я оторвал неприлично задумчивый взгляд от корейских сисек с лобстером.

Сказать честно – ещё как собираюсь жениться. Прямо сегодня, думаю, и подженюсь. Потому что пока ехал в «сороковом» в этот раздолбанный центр реабилитации, вокруг были самые красивые на всем свете девушки, и мне хотелось только одного. Унизительная зависимость. У меня ничего нет, столько забот и проблем, а волнует только одно. Секс. Секс это наверное и есть самое главное. Паспорта, прописки, военкоматы – шелуха это все, ребята.

                                                                        ***

Я обменял купонь на сверхмягкую, как туалетная бумага узбекскую валюту и двинул к Леди Ди.

Надеяться, что в личной жизни Ди ничего не изменилось, было бы, по меньшей мере, наивно. За два года в Зангиоте я не получил от неё ни строчки. Просто некуда больше было пойти. Сладкая тётка моя вернулась домой в Девять Пёзд, а слушать вздохи матери о моей погубленной жизни быстро надоело.

На большую часть «денги на первое время» я купил в будке две банки популярного тогда у подростков коктейля - в алюминиевой банке АЛКО. Пока торгаш карабкался по полкам к указанной банке, я резко выдохнул и быстро сунул запазуху два банана и сникерс.

Это для Ди. Вместо цветов.



Жёсткий лимонад с отвычки сразу шибанул мне по мозгам. Поэтому, проходя в переулке между Чайкой и торговым центром,–– я, убедившись, что вокруг нет ментов, поднял голову вверх и заорал:

Швобода!!!

***



Леди Ди снова, как ни в чем не бывало, открыла мне дверь. На мою удачу, она решила посвятить себя ребёнку, и тёплое местечко в её румынской кровати оказалось незанятым.



Я сразу же решил на ней жениться.

- Ты, Шурка, это, завтра давай, перевези ко мне все свои вещи, ладно?

- Какие вещи? У меня вещей вон - усы да хвост. У тебя побриться-то есть чем?

-  А ничего, что у меня станок розового цвета? Он совсем новый!



После того как бреешься в секторе холодной водой и тупым лезвием, мало волнует что пенка для бритья пахнет вишней, а станок вызывающе женский. У бритв нет половой принадлежности.



С трудом дождавшись, когда её юркая дочурка уснёт, мы разделись донага, и долго, долго стояли, крепко прижавшись друг к другу. Это был самый волшебный момент за последние лет семь. Я идиот. Нужно было набраться терпения и простоять так вот, не двигаясь, всю оставшуюся жизнь. Но я начал возиться и сразу все испортил.

***



Когда, наконец, перед самым утром я оставил Ди в покое, и мы просто лежали на её огромной удобной кровати, я впервые испытал сильнейшее желание обо всем рассказать. С первого дня и до последнего.

- Знаешь, Ди. Знаешь, я ведь сидел не совсем так… Ну… как бы это сказать… Не совсем так, как принято в приличных домах.

- А разве в приличных домах принято сидеть?

Ди рассыпалась горстью серебряных монет, и тут же уснула.

***



Афганский альбом. Авиабаза К2  «Ханабад».

В 1979 году на базе ВВС СССР «Ханабад», недалеко от узбекского города Карши стали базироваться советские бомбардировщики Ту 16 перемещённые сюда 184-м гвардейским тяжелобомбардировочный авиаполком в  Прилуках.

С первых дней афганской войны база «Ханабад» была задействована во всех крупных операциях ОКСВА -ограниченного контингента советских войск в Афганистане.

На момент распада СССР в Ханабаде находилось 18 боевых самолётов.

В день, когда на ханабадский аэродром ступили ботинки первых подразделений американской десятой горно-стрелковой дивизии - огромная территория базы служила для откорма личных бараньих отар , принадлежащих новоиспечённому командованию каршинских военно-воздушных сил.

Дорогущая инфраструктура приходила в упадок. Обсыпались перекрытия подземных ангаров, трескался бетон ВПП, в запущенном состоянии находилось радиолокационное и светотехническое оборудование,  дальние стоянки были просто разобраны на гаражи.



Настоящим экологическим бедствием стал подземный склад ГСМ - горючка и смазочные материалы нашли дорогу в грунтовые воды. Это было крупномасштабное экологическое бедствие. Стоило только копнуть на метр- другой вглубь ханабадской землицы- и с дуру можно было решить, будто под аэродромом находится нефтяное месторождение.



Американцы быстро воздвигли забор из контейнеров поставленных друг на дружку. Теперь в дополнение к внешнему рубежу обороны - довольно солидному бетонному забору советских времён, в течении нескольких часов возник внутренний - стальной. Поднаторевшие в оккупациях - Джи Ай действовали слажено и чётко.

Выставив посты и КПП - солдаты быстро натянули гигантские полевые палатки, расставили био-туалеты и протянули первые метры оптоволокнистого кабеля для интранета.



Следующие гости были представители диспетчерской службы ВВС США. Эксперты с ноутбуками из которых торчали спутниковые антенки прошли каждый метр полученной без единого выстрела территории и составили длинный список материалов необходимых для скорейшей модернизации аэродрома.



В одинокой башне диспетчера, который в последнее время наблюдал за стратегическим передвижением баранов по полю - появились шумные крепыши-сигнальщики из войск связи, которые быстро начали монтировать американское диспетчерское оборудование.

Позади диспетчерской быстро раскрылись зонтики гигантских спутниковых тарелок.

На башне появилась табличка К2 - база ВВС США «Оплот свободы». К-2 - потому что по-английски название начинается с двух К: «Karshi-Khanabad»



В Ханабад стал прибывать основной контингент - а именно сами представители ВВС США. Как и во всех армиях мира  лётчики и их обслуга - ребята  с привилегиями. Но тут им пришлось слегка нахмуриться - общее командование осуществляли офицеры 164-го подразделения военно-интендантской службы Армии.



Хотя вскоре количество лётчиков и аэродромной обслуги значительно превышало личный состав армейских горных стрелков - летунам все же пришлось подчиняться более жёстким армейским правилам, а это значит не щеголять в футболках с короткими рукавами, несмотря на узбекскую жару, не баловаться пивком, и не крутить романов с солдатами в юбках, коих в Ханабаде было превеликое множество.

Винсент Килпастор , 26.02.2016

Печатать ! печатать / с каментами
Камрады, сайт очень нуждается в вашей помощи. Если можете, поддержите нас. Наши реквизиты вот здесь. Заранее большое вам спасибо.

Ваша помощь

ты должен быть залoгинен чтобы хуйярить камменты !


1

Джеймс Стувогер, 26-02-2016 11:02:38

запиздячил каммент не читая

2

бомж бруевич, 26-02-2016 13:36:42

Вы не братья часом?

3

Качирга, 26-02-2016 15:23:57

Винс!?

4

Хулитолк, 26-02-2016 19:35:11

http://yadi.sk/i/dfVcoAY1pSy83
Четаю отсюда всё пачкой. Тока я ваще уже запутался что где и когда. С чего ваще начинать все эти истории? Со школы стукачей? Прочитано. А потом? Этот Беглый начинается как бы с третьей части. Но те, что уже были на удаве как первая и вторая - они сюда, в третью, я так понял тоже вошли? Кароч, в голове у ВК налицо хронологический диссонанц. Вот што наркотеги творят. События всей жизни чехардой, а не ровным последовательным рядом.

5

Чучундро, 26-02-2016 21:06:02

Я тож запутался фпезду!
Афтар, разъясни чо к чему.

6

Винсент Килпастор, 26-02-2016 22:37:40

Как попал в штаты я это целая история. Она настолько нашпигована дешёвой бульварщиной, что расскажу ее, как только пройдёт предусмотренный по этой статье срок давности.

Винсент, Убей пастора

7

Винсент Килпастор, 26-02-2016 22:39:58

Во мне нет ни одной капли узбекской крови.  Но я родился в Узбекистане.

Город моего детства – Ташкент был разделен невидимой берлинской стеной на две части. Старый город и Новый город. Это произошло еще во времена Российской империи. Разделение города на две части было именно тем, что таится в корнях слов сегрегация и апартеид.

Хотя я родился уже во времена, когда Российская империя именовалась Советским Союзом – разделение между Старым и Новым Ташкентом никто стирать не собирался. Таким образом, я вырос в Ташкенте, где почти не было узбеков.

Максимум на что они были способны узбеки это тонкости кулинарии и торговля на базаре. На обязательных для политкорректности уроках узбекского языка в английской спецшколе, где я учился – мы плевали в учительницу жеванной бумагой из маленьких трубочек. Она говорила на русском с дурацким базарным акцентом. Когда плевать в учительницу надоедало, мы плевали в портреты узбекских писателей с дурацкими именами.  Узбеки были каким-то приложением к нашему Ташкенту. Иногда нужным, но обычно - нет.

В суровый для страны год, когда император Ельцин пропил Узбекистан, я к своему ужасу понял, что мой Ташкент – это главный город узбеков. А самих узбеков – в Узбекистане – миллионы. Перемены были настолько быстрыми и пугающими, что я решил бежать из Ташкента.

Пройдет много лет прожитых в разных странах и под разными именами, до того момента пока я вдруг не сделаю страшное открытие – на самом деле  сам я - настоящий узбек.

Правдивая история моих многочисленных побегов и легла в основу этой книги.

Романы «Школа стукачей» и «Винсент убей пастора» являются неотъемленными частями сей монументальной саги.

Школа
Беглый1
Беглый2
Беглый3
Убейпастора(полная версия на смэшвордз)

* begliy :: 65,8 kb - показать
8

Винсент Килпастор, 26-02-2016 22:42:27

ответ на: Качирга [3]

Качирга если не напишешь рецензию, отлучу от церкви

9

Винсент Килпастор, 26-02-2016 22:49:00

Третья часть Беглого начиналась тут пять лет назад в виде романа Кладбище Благородных

10

Винсент Килпастор, 26-02-2016 22:50:30

Разные суровые обстоятельства позволили мне закончить роман только пару недель назад. Я его дописал.

Роман основан на реальных событиях - как и вся моя жизнь)

With no formal explanation, Russian authorities denied Lockwood entrance into the country, sending him instead back to Kyrgyzstan. Speculation was that Lockwood’s long tenure in the Russian Far East, as well as his work with the US State Department office in the sensitive area of Tomsk, had led Russian Security Services to unfairly tag Lockwood as a potential spy.
***

Founded as a legal subsidiary or "daughter company" of Stratex Inc. John Dawkins made an initial investment in the new company. He was later forced out by the Uzbek partners in 2002. The company formally split with the American partners in July of 2003. After the split, the Americans discovered close to $75,000 of missing inventory on the books.


http://www.epluribusmedia.org/features/2006/20060512_missingman_p2.htm

11

Винсент Килпастор, 26-02-2016 22:59:30

Пока меня снова не убила не в меру политизированная система восстановления пароля, хочу воспользоваться случаем и извиниться перед замечательным комрадом по имени Бобр. Лет сто назад в состоянии искусственно вызванного помешательства я бессердечно срал в каментах к его бессмертному крео о том как готовить Пенне Ригатти. Я протрезвел, повзрослел и понял, что сделал тебе больно тогда.
Прости, добрый человек. Я знаю, у тебя большое и доброе сердце.
Написал бы даже, что очень тебя люблю, однако созданная мной репутация вызовет кучу кривотолков и хулитолков.

12

Качирга, 27-02-2016 00:05:16

ответ на: Vincent A. Killpastor [8]

>Качирга если не напишешь рецензию, отлучу от церкви
да запросто, Винс! текстик кинь одной папкой на kasper747@gmail.com

13

Винсент Килпастор, 27-02-2016 03:31:01

ответ на: Качирга [12]

В книге Алёны Прекрасной, праславившей Удавком в штате Аризона, Качирга по-английски звучало бы как Mister Poker))

* images :: 12,4 kb - показать
14

Винсент Килпастор, 27-02-2016 04:38:21

Написал ей, а оказывается в Аризоне завтра опять по удавкому тёрки:

prochtu obyazatel'no :")) u menya zavtra conference... opyat' budu proUdava govorit'. Chestno obeschaju skinut' jemu moj "abstract":

"1:40 pm – 2:00 pm
Presentation: “What Padonki Writers Have Taught Me about Composition”
Olena Oliynyk, Arizona State University
Description: In this presentation I offer an analysis of writing activities of a Russian language on-line community of creative writers which I have been observing for close to ten years.  I compare the activities and practices of this community of those of a common Freshmen Composition class."

15

Хулитолк, 27-02-2016 09:55:37

ответ на: Vincent A. Killpastor [6]

Когда выйдет у тебя повесть о пиндосской тюрьме, где ты также умудрился отмотать?

16

Usmon, 27-02-2016 17:06:10

Сейчас, это Анна ?

17

Винсент Килпастор, 27-02-2016 18:50:28

ответ на: Хулитолк [15]

Повесть об американской тюрьме уже тянет на роман. Туда войдут события которые я переживаю сейчас. Это будет разматываться назад - от сегодня до тюрьмы и причины залета. А так вкраце вот пост из блога перед Новым годом
Мне предстоит повторить путешествие Керуака и проделать чуть больше пяти тысяч километров. Правда он был моложе. В Новый год буду за рулём. В Калифорнии дают права мексам, а я тоже потом ацтеков по паспорту.
Не знаю чем все кончится, не знаю когда вернусь на форум, бо стартую без копейки денег и компа. С жильем и работой все под вопросами. Но там тепло - можно и на пляжике))
Всех поздравляю, прошу не держать зла - характер у меня неважнецкий. Будьте счастливы в Новом Году и слушайтесь Шаню - он плохому не научит.

18

Винсент Килпастор, 27-02-2016 19:03:31

ответ на: Хулитолк [15]

До Калифорнии я еще не доехал,  застрял в Сиэттле потому что тут легализовали драп и город превратился в Амстердам.
Я погрузился тут в тусу вновь приехавших с Раши и Украины нелегалов - сам то отстал от этой системы, прожив последние лет десять прикидываясь добропорядочным гражданином. Короче, материала масса.

https://pbs.twimg.com/media/Ca8e2yMW4AEKZ_k.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CbXzSvCUkAA3rzk.jpg

https://pbs.twimg.com/media/Ca4c0q8UUAALIBu.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZs2rmBWcAAmwRt.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZmBkPsUAAACRpO.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZmAxHqUAAAFrgC.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZmAn-EUkAEumsz.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZl_PgGVAAAevJl.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZbDLVxUcAAoh1l.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZVikEUVAAAdrMw.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZXhpgvWIAAKNWp.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZIl59bVIAAbGtc.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CZHprjIUEAAR7W3.jpg

https://pbs.twimg.com/media/CY5WhHLUEAAq_ya.jpg

19

Винсент Килпастор, 27-02-2016 19:05:45

ответ на: Usmon [16]

Боюсь она еще не знает, что она Анна).

20

Usmon, 27-02-2016 19:23:56

ответ на: Vincent A. Killpastor [17]

Ппц

21

Usmon, 27-02-2016 19:28:20

ответ на: Vincent A. Killpastor [19]

Хронологию блюди плз

22

Винсент Килпастор, 28-02-2016 20:04:05

Хронология хороша в протоколе допроса

ты должен быть залoгинен чтобы хуйярить камменты !


«Нефть, знаете ли, газ – они порядок любят. И учет. А поскольку мы с Патрушевым на новый год там первые тусу замутили, то вопрос исчерпан, претензии не принимаются (убедительно Бушу) И давай-ка, Джорж больше без этих мультиков про астронавтов на северном полюсе, знаем мы ваши фокусы.»

1
1

«Вот, говорите вы: "Еврей,
- ругательное слово",
держа их чуть не за зверей.
А я не знал людей добрей.
Нет в них ни капли злого. »

— Ебитесь в рот. Ваш Удав

Оригинальная идея, авторские права: © 2000-2017 Удафф
Административная и финансовая поддержка
Тех. поддержка: Proforg