СЕКС ВИДЕО
Этот ресурс создан для настоящих падонков. Те, кому не нравятся слова ХУЙ и ПИЗДА, могут идти нахуй. Остальные пруцца!

Шестой и смерть

  1. Читай
  2. Креативы


Посвящаю моим кузинам Марине и Яне



Вот не люблю я такие задания. Когда указано время и координаты. Именно такое пришло только что. Время через три дня. Координаты, кроме широты и долготы, содержали адрес: улица, номер дома и номер квартиры.
А это значит, что в данной квартире в это время что-то случится. Вероятнее всего, кто-то умрёт. А я должен быть там, чтобы поддержать другого. Который останется жить.
Жалко, что от этих заданий нельзя отказаться. Они очень редки. Но бывают.
Я доел приготовленный накануне плов. Попил чаю. Просмотрел два дела, которые мне на почту скинула Референт М. Оделся. Вышел на улицу.
Указанный в сообщении дом располагался в квартале от моей берлоги. Пешком дошёл до него.
Поднялся на 5 этаж. Позвонил.
Дверь открыл мужчина лет 40-45. Обычного телосложения. Седина на висках.
- Здравствуйте, - сказал, - вы к Оле?
- К обоим, - ответил я, - разрешите пройти?
- Проходите, - мужчина посторонился и потом представился, - Володя.
- Шестой Ангел, - пожав руку, представился я.
- Вы серьёзно? Ангел? - раздался женский голос.
В глубине квартиры стояла женщина. Лет 30. Русоволосая, длинное личико. Шорты и майка. Из-под шорт торчали удивительно красивые ноги.
- Серьёзно, - ответил я, - могу удостоверение показать. Или так поверите?
- Проверим, - усмехнулась женщина, - кушать будете?
- Буду, - сказал я, почувствовав запах борща.
Пахло вкусно. А когда мы втроём зашли на кухню и я увидел пампушки, то чуть не подавился слюной.

Покушали в тишине. Парочка бросала на меня настороженные взгляды, но с вопросами не торопилась. А я с наслаждением ел борщ. С пампушками и чесночным соусом. Что-то подобное я пробовал давным-давно в Киеве.
- А компот будет? - спросил я, доев всё, что было в тарелке.
- Морс будет, - улыбнулась Оля, - облепиховый.
Попили морс. Ещё помолчали.
- Рассказывайте, - не выдержал первым Володя.
- Хорошо, слушайте, - вертя в руках стакан с остатками морса, сказал я, - я ваш Ангел-хранитель. Зовут Шестой.
- Нас обоих? Или кого-то одного из нас? - спросил Володя.
- Одного из вас, - сказал я и замер.
Я не знал, кто из них умрёт через три дня. В письме почему-то об этом не было сказано. А я что-то даже не спросил и припёрся к своим подопечным. Или подопечному. Или подопечной. У меня от напряжения заболела голова. Затылок.
- Так чей вы Ангел? - усмехнувшись, спросила Ольга.
- Одного из вас, - промямлил я, - у вас неприятности будут, и я вам послан, чтобы спасти.
- А имя почему Шестой? - всё так же улыбаясь, спросила Ольга.
- Родился в шестом часу, - ответил я, - ну, а когда в свидетельство записывали, перепутали со временем, когда родился. Пьяная была тётенька в ЗАГСе. Хотели поменять, да не стали. Вот так и остался Шестым.
- А какое имя должно было быть? - продолжила допытываться Оля.
- Да не помню. По-моему, Вадим, - ответил я.
- Бред какой-то, - не выдержал Володя, - имена, времена, ангелы. Вы нормальный?
- Я нормальный, - обиделся я, - просто уставший. Без отпуска. Нагрузки большие. А меня вот к вам послали. А я что-то даже не уточнил, к кому. Ща. Всё узнаю.
Я достал из сумки планшет и отстукал наверх сообщение: «Кто из них умрёт? Целую. Шестой».
И стал ждать ответа. А ответа не было. Минута, другая… Я чувствовал себя дураком.
- Ладно, - наконец-то сказал Володя, - поигрались и хватит. Я сам не понимаю, чего вас в дом пустил. Какой-то взгляд у вас особенный. Но сейчас вам надо уйти.
- Извините, - встал я из-за стола, - я что-то и правда заработался. Припёрся без предупреждения. Не подготовившись. Извините.
- Ничего страшного, - отозвалась Ольга, - я, кстати, почему-то верю, что вы ангел. Странное чувство.
Я вышел в коридор, обулся.
- Ещё раз извините, - сказал я, - ухожу. Но на днях я наведаюсь. Вы не против?
- Не против, - сказал Володя, - только вы доказательства своего ангельского происхождения предъявите, пожалуйста.
Я достал из кармана три паспорта. Русский, итальянский и чешский. Во всех была моя фотография и моё имя. Вместо фамилии стояло Ангел. В чешском Anděl, в итальянском Аngelo.
Володя внимательно изучил все три документа. Повертел в руках. Отдал обратно.
- Могу крылья показать, - предложил я, - только мне раздеваться придётся.
- Не надо, - остановил меня Володя, - давайте лучше вы уйдёте. А поговорим потом. Хорошо?
- Хорошо, - ответил я.
И ушёл. Только вышел из подъезда, как получил сообщение сверху: «Извините, Шестой. В бумагах не обозначено, кто умрёт. Специалист, который занимался этим делом, взял отгулы. Будет через три дня. Референт М».
Я аж присел на скамейку. Бардак был во всём мире. Но то, что он проникнет и на самый верх, это было для меня неожиданностью.

Пошёл к себе домой. Долго переписывался с Референтом М. В итоге поругался с ней и отправился спать.
А потом я два дня нарезал круги вокруг дома своих подопечных. Оля работала полдня, приходила домой сразу после обеда. Училась заочно на юридическом и заодно практиковалась на полставки в юр. конторе. Владимир появлялся дома в шесть-семь вечера. Он работал в небольшой айти компании. Руководил отделом.
Жить вместе они стали чуть больше двух лет назад. Оба после развода. Оба с тяжёлым прошлым. У Володи было двое детей от предыдущего брака. У Оли детей не было.
Они очень любили друг друга. Это было видно. По взглядам. По прикосновениям. По той минуте, когда они выходили из дома рано утром и на углу расходились в разные стороны. Поцеловав друг друга на прощанье.
В день смерти я сидел на скамейке и кормил голубей хлебом. Среди голубей метались воробьи, стараясь урвать свой кусок белого мякиша.
- Вам не надоело за нами следить? - спросила Оля.
Я поднял голову. Она стояла слева от меня и улыбалась. Красивая и счастливая.
- Работа такая, - буркнул я, - чаем напоите?
- А вы точно не маньяк? - всё так же улыбаясь, спросила Оля.
- Да не маньяк я, - ответил я, - Ангел. Шестой. Документы же проверяли.
Оля рассмеялась и повела меня домой. Напоила чаем. А потом долго рассказывала, как она познакомилась с Володей и как они начали жить-поживать и добро наживать.
Вечерело. Мы сидели на кухне и пили уже, наверное, по десятой кружке чая. Оля, беседуя, успела приготовить Володе ужин. Забросила бельё в стиралку. Проверила почту на ноуте, уютно лежавшем на кухонном столе. Послушала мою историю про взаимоотношения с Референтом М. Посочувствовала.
Было тепло и уютно. Оля сидела напротив меня и рассказывала о Володе. Какой он замечательный специалист. Как он заботится о ней. Как они планируют поехать на море отдохнуть.
- А квартира эта чья? - перебил я её.
- Наша, - ответила Оля, - мы только год тут живём. У Володи были сбережения, и его друг взаймы дал. Бессрочный кредит. И мои родители немного помогли, на обстановку.
- Уютная квартира, - сказал я, - только зачем три комнаты? Вас же двое.
Оля покраснела. Я протянул руку и дотронулся до её левого запястья.
- Когда узнала? - спросил.
- Сегодня утром, - прошептала она.
- Ему говорила?
- Нет ещё. Сегодня хотела сказать, вечером.
- Не говори пока, - попросил я.
- Почему? - удивилась она. - Он очень хочет ребёнка и будет рад.
- Завтра скажешь, - почему-то шёпотом сказал я, - сегодня не надо.
Мне стало совсем плохо. В данном месте в данную минуту было уже не два человека, а три. Он, Она и едва зародившийся ребёнок. И кто-то из них должен был умереть. В течение ближайшего часа.
Хлопнула входная дверь. Володя вернулся с работы. Ольга вышла в коридор, встретила мужа. Что-то сказала ему. Владимир заглянул на кухню, поздоровался за руку.
- Я почему-то так и думал, что вы придёте сегодня, - сказал мне, - я сейчас умоюсь, переоденусь и к вам. Ужинать будете?
- Буду, но немного, - ответил я, - меня тут чаем запоили.
Володя рассмеялся и скрылся в одной из комнат. А Оля села напротив меня.
- Почему не говорить? - опять спросила.
- Потому что первые недели для ребёнка самые опасные, - начал я, - ты сначала в консультацию зайди, проверься более тщательно. УЗИ, анализы. А потом уже радуй будущего папашу.
- Шестой, ты говорил, что у нас будут неприятности, - так же пристально глядя на меня, сказала Оля, - какие неприятности? И кого ты должен охранять и от чего?
- Я про неприятности не говорил, - не глядя на Ольгу, сказал я, - мне вообще толком ничего не сказали. Послали и всё. А про ребёнка я узнал только сейчас, когда до тебя прикоснулся.
- Почему не говорить? - как заведённая, повторила Ольга.
- Да не знаю, - воскликнул я, - не знаю. Но скоро узнаю. Подожди.
Мы посидели. Помолчали. В квартире стояла тишина. Лишь где-то тикали часы. Тик-так, тик-так.
- Что-то Володя не идёт, - нарушила молчание Оля, - я схожу за ним.
Она встала со стула и направилась к двери.
- Не надо, - попросил я, поднимаясь и уже понимая, что произошло, - не ходи туда. Я сам. Вначале я.

Володя лежал в спальне на кровати. Закрыв лицо руками, будто ему было стыдно. Он успел снять только пиджак, который валялся рядом.
Тромб в вене на бедре оторвался от стенки сосуда. Проскочил в лёгкое и закупорил лёгочную вену. Володя умер в течение минуты. Пока мы сидели на кухне.
Сзади меня страшно закричала Оля. Я перехватил её, усадил на пол, прижал к груди.
- Скорую надо, врача! - кричала она.
- Он мёртв, - ответил я, - ничего не поможет. Он мёртв.
Достал телефон. Позвонил в полицию. Продиктовал адрес.
Пока я звонил, Оля выскользнула из моих объятий и подползла к кровати. Дотянулась до Володи, до его плеча. Вцепилась в рубашку и тихо заплакала.
Я подошёл. Дотронулся до Оли.
- Он умер быстро. Ему почти не было больно, - сказал ей.
- Ты знал. Ты же знал всё, - застонала она и, переходя на крик: - Почему ты не предупредил?! Мы бы его спасли. Я бы спасла его. Это ты во всём виноват. Сволочь!
Я перехватил её руки, сжал крепко. Оттащил от кровати. Усадил на прикроватную тумбочку.
- Я не знал, кто из вас, - сказал, глядя прямо в глаза, в бездонные, полные боли глаза, - я не знал кто. Мне не сказали. Это бывает. Люди умирают. Просто так. И я знаю, как это больно.
Ольга опять заплакала, бессильно опустив плечи. Сидела на тумбочке и плакала. А её муж лежал на кровати.

Медики и полиция приехали почти одновременно. Олю увели на кухню. Её трясло. Усатый врач посмотрел на Володю, пощупал пульс. Сказал, что они тут не нужны. Я поймал его уже в коридоре.
- Женщине успокоительного вколите, - попросил я, - 30 лет, аллергии нет. Первый месяц беременности.
Врач кивнул, зашёл на кухню. О чём-то тихо поговорил с Ольгой. Достал ампулу, шприц. Сделал укол.
Полицейский написал протокол. Дал свою визитку. Рассказал, куда звонить завтра.
Приехала труповозка. Два накачанных паренька положили Володю в мешок и понесли на выход. Оля было дёрнулась, но бессильно опустилась на стул. Лекарство начало действовать.
Я постелил Оле на диване. Перенёс её, засыпающую, на него. Выключил свет.
Всю ночь сидел и читал Прилепина. Под утро задремал. Проснулся от плача.
Ольга лежала на диване и плакала. Я подошёл.
- Мне очень жаль, - сказал, - но тебе сейчас надо встать, умыться, привести себя в порядок. У нас много дел.
- Я не хочу, - тихо ответила она, перестав плакать, - я ничего не хочу. Я хочу, чтобы он вернулся. Чтобы он снова жил.
- Оленька, милая, - я положил руку на её волосы, - он умер. А ты жива. И тебе надо похоронить мужа. Потому что ты его жена. Поэтому вставай, чисть зубы, умывайся, причёсывайся, одевайся - и на кухню. Завтрак я приготовил.
- Мне больно, - заплакала Оля, - мне очень больно. Ты же Ангел. Ты можешь вылечить эту боль? У тебя есть лекарство?
- Есть, - сказал я, - это лекарство время. Боль утихнет. Она не уйдёт насовсем, но утихнет. Я знаю. А сейчас вставай. У нас много дел.

Ольга встала. Шатаясь, скрылась в ванной. Я за это время приготовил ей овсянку и положил на стол лист бумаги и ручку.
Ольга вышла из ванной спустя 15 минут. Под глазами круги. Но причёсанная, умытая и немного накрашенная. Поела. Попили чай.
Раздался телефонный звонок. Ольга посмотрела на меня сумасшедшими глазами.
- Это его телефон. Он в пальто, в прихожей, - сказала шёпотом.
Я вышел в прихожую, достал из пальто звонивший телефон. Ответил.
- А Владимира Ивановича можно? - спросили в трубке.
- Нет, нельзя, - ответил я, - он умер.
Пауза.
- Вы не шутите? - ответили в трубке. - Он же вчера на работе был. У нас сейчас совещание.
- Это с работы, - сказал я Оле, а в трубку ответил, - перезвоните через час, пожалуйста. Лучше всего на Олин телефон.
- Да, да, - ответили в трубке, - а вы кто? И что случилось?
- Я друг семьи, - ответил я, - а случилась тромбоэмболия легочной артерии.
На другом конце провода ойкнули и повесили трубку.
- На следующие звонки будешь отвечать ты, - сказал я, протягивая Ольге телефон.
- Я не хочу, - опять заплакала она, - я не хочу говорить, что он умер. Может, ты будешь отвечать?
- Ты будешь это делать, - сказал я, - это твоя обязанность. Я буду тебе помогать в другом. Чай заварить или подвезти куда. А разговаривать и делать дела будешь ты.
- Я не смогу. Мне больно понимать, что его уже нет и больше не будет, - тихо сказала Ольга, - может, в загробной жизни? Может, мы с ним ещё встретимся?
Она с надеждой посмотрела на меня.
- Нет, - ответил я, - вы никогда не встретитесь. Он умер. Его больше не будет. Всё. И никакой загробной жизни нет. Это всё сказки.
- А что же мне теперь делать? - спросила Оля. - Я люблю его. Я же жила только ради него. Что мне теперь делать?
- Дальше жить, - ответил я, - жить и жить. Помнить. И растить его ребёнка.
- Ой, я даже забыла о беременности, - положив руку на живот, сказала Ольга и опять заплакала.
- А ты не забывай, - посоветовал я ей, - и знай, что ты уже не одна. Вас двое.
Я придвинул лист бумаги к Ольге, и мы вместе составили список тех, кому надо было позвонить и сообщить о трагедии. Родителей у Владимира не было. В списке оказались брат, тётка, бывшая жена, сослуживцы, друзья, Олины родители.
Потом Оля звонила всем по этому списку и рассказывала, что произошло. Иногда плакала. Иногда просто сухо сообщала о происшедшем, выслушивала слова сочувствия и благодарила. К концу списка она более-менее успокоилась.
Позвонили с работы Володи. Сказали, что помогут.
Затем мы с Олей искали в интернете похоронное бюро. Нашли. Позвонили. Договорились о встрече.
Пообедали в кафе недалеко от дома. Съездили в бюро. На работу. Оля взяла бессрочный отпуск.
Вечером пришли друзья. Я сбегал домой и переоделся. Посидел со всеми. За полночь.

На следующий день с утра поехали в полицию за справкой. Потом в ЗАГС. Потом ещё куда-то.
Многие предлагали свои услуги. Но я был непоколебим. Всё сама. Я старался загрузить Ольгу различными мелкими заботами, чтобы она ни на минуту не оставалась одна со своим горем. Покупка цветов, договориться насчёт поминок, выбрать гроб - всё сама. Она моталась по городу, готовясь к последней встрече со своим любимым мужем. И у неё не было времени предаваться горю. Кроме ночи. Я слышал, как она плакала. А потом затихала. А я сидел и читал ночами напролёт. Бессонница - это профессиональная болезнь ангелов.
Похороны прошли нормально. Оля держалась молодцом. После похорон поминки. Небольшой ресторанчик. Около 20 человек приглашённых.
К Оле подошёл друг Володи, который занимал ему денег на квартиру. Покосился на меня.
- Я по поводу денег, - сказал Оле, - которые я давал Володе на квартиру. В общем, ты не парься по этому поводу. Для меня сумма не большая. Отдашь, когда сможешь. Хоть через 10 лет, хоть через 20.
- Спасибо, - сказала Ольга.
- Не за что, - ответил он и добавил: - Если что, обращайся.
И отошёл в сторону.
Подошли ещё несколько людей. Завязался разговор. Вначале о покойном. Потом обо всём на свете.
Народ потихоньку начал расходиться, и к полуночи уже никого не было. Ушли и мы. На такси доехали до дома. Разошлись. Я на кухню, Ольга на диван.

Утром она позавтракала. Села напротив меня.
- И что мне дальше делать? - спросила.
- Сейчас пойдём гулять, - ответил я, - ты будущая мать. Гулять каждый день часа по два в идеале надо.
- Что мне ещё надо делать? И почему ты решаешь, что мне надо делать? - спросила Оля.
- Потому что я твой Ангел-хранитель, - ответил я, - потому что я специалист по таким ситуациям. И потому что я лучше знаю, что тебе следует делать, а что нет.
- А если я не хочу? - вновь спросила Оля.
- Захочешь, - ответил я, - ты молодая женщина, и у тебя ещё всё впереди. Ты жива, здорова, ждёшь ребёнка.
- А как же Володя?
- А Володя умер, - жёстко ответил я, - это не значит, что ты про него должна забыть. Нет. Помни о нём. Помни о том счастье, что вы дарили друг другу. Но тебе придётся жить без него. Потому что его нет и больше никогда не будет.
- Я не могу без него.
- Сможешь. Все могут. Ты не уникальна. Тысячи людей теряют своих близких и находят в себе силы жить дальше. Сможешь и ты. Вопросы есть?
- Вопросов нет, - откликнулась Ольга.
- Тогда гулять, - сказал я, - а потом мы разберём Володины вещи, старьё выбросим. Более-менее новое постираем и раздадим. Оставим только фотографии. И несколько вещей, что особенно дороги.
- Хорошо, сказала Оля, - а плакать можно?
- Плакать нужно, - ответил я, - поплачь. Со слезами уходит боль.
И Оля заплакала.
А потом мы гуляли по парку. Кормили уток.
После обеда разбирали вещи. Ольга плакала.
Вечером пришли друзья. Посидели. Разговоры, воспоминания.
И так прошло несколько дней.

По вечерам Ольгу обязательно кто-то навещал. Друзья, родственники, сослуживцы. Днём я выгуливал её, придумывал различные дела, разговаривал. Старался отвлечь.
На 9 дней пришло человек пятнадцать. Посидели в квартире. Выпили. Потом все разошлись. На следующий день уже никто не пришёл. У людей свои заботы, семьи, дела.
Пришлось мне почти все дни проводить с Ольгой. Днём мы гуляли, ездили куда-то, что-то делали. Вечером разговаривали.
Я таскал её в кино, на концерты. Подсовывал книги. Рассказывал истории из жизни. Старался, чтобы она не оставалась одна со своей бедой.
Спустя дней десять Ольга сама первая сказала, что ей надо возвращаться на работу и продолжать обучение. Я поддержал.
Стало полегче.
До обеда она работала в консультации. После обеда мы гуляли. Вечером, как примерная семья, занимались домашними делами или шли в кино. Или смотрели сериал. По телевизору.
Потом Оля укладывалась на диване, а я на кухне садился с книжкой в руках.

Спустя пару месяцев однажды ночью Ольга пришла ко мне на кухню. Села за стол напротив меня.
- А ты вообще никогда не спишь? - спросила.
- Сплю, но редко, - ответил я, - а ты чего вскочила?
- Да я тоже плохо сплю, - ответила Ольга, - а в спальню так войти не могу до сих пор спокойно. Кажется, что он там лежит.
- Может, тебе квартиру сменить? - спросил я.
- На что? - удивилась Ольга. - У меня из доходов только моя зарплата. И немного сбережений, которых хватит месяца на три-четыре пожить в съёмной квартире.
- Я не говорил снять, - задумчиво произнес я, - я говорил сменить. Есть у меня один должник, я ему в своё время жизнь спас. У него хорошая трёхкомнатная квартира. Правда, в другом конце города. Но зато к твоей консультации поближе будет добираться.
- А эту квартиру куда? - ошеломлённо спросила Ольга.
- А эту сдавать будешь, - нашёлся я, - а вырученные от аренды деньги начнешь откладывать на памперсы, ползунки и что там ещё для детей надо.
- Я не поеду к какому-то мужику жить, - твёрдо заявила Ольга, - ты с ума сошёл.
- Поедешь, - сказал я ей не менее твёрдо, - я за тобой целую жизнь приглядывать не нанимался. А мужик этот нормальный. У него аллергия на женский пол. Так что приставать не будет. А ты в качестве платы за жильё обеспечишь уют в его берлоге. Пожрать приготовишь, одежду постираешь. Я был у него несколько месяцев назад в доме. Вроде и не так сильно грязно, но уныло. Стёпа его зовут. Хороший человек. Надёжный. Боксом занимался когда-то. И ребёнок у него есть. От первого брака.
- Я не знаю, это как-то внезапно, - протянула Ольга.
- Тебе надо сменить обстановку, - категорично сказал я, - я давно об этом думал. Одним выстрелом убьём трёх зайцев. Сменим обстановку и денег накопим на будущие роды.
- А третий заяц какой? - спросила Ольга.
- В отпуск уеду, - улыбнулся я, - надо же и ангелам когда-то отдыхать.
Ольга ещё посидела немного. Попила со мной чаю. Порасспрашивала про Степана. И отправилась спать.

А наутро я проводил её на работу. И, достав телефон, набрал номер своего знакомого.
- Привет, - обрадовался тот, - давно тебя не слышал. Как ты?
- Я к тебе по делу звоню, - сразу начал я, - по серьёзному. У тебя же есть свободная комната в квартире?
- Есть, - ответил Степан, - Катина комната. Пустая стоит. А что?
- Надо бы приютить тётку одну. Беременную, - сказал я.
- Нафига? - обалдел на другом конце провода Степан. - На кой ляд мне баба в доме? Я и так неплохо живу.
- Стёпа, - вкрадчиво начал я, - ты помнишь, что ты мне должен? Что я из твоей дурной головы три года назад кое-какие дурные мысли выбил. И что ты мне обещал помочь, если мне вдруг понадобится.
- Помню, - буркнул Степан, - но я не думал, что эта помощь будет в виде беременной женщины.
- Она нормальная женщина, - так же вкрадчиво продолжил я, - порядок у тебя наведёт. Обеды и ужины будет готовить. И ни на что претендовать не будет.
- Да я же девок периодически к себе таскаю, - предпринял последнюю попытку Степан, - а тут жиличка. Куда мне их вести, если припрёт?
- Найдёшь куда, - ответил я, - отельчик на час снимешь. Это даже проще.
- Хорошо, - вдруг согласился Стёпа, - возьму. На пару месяцев. Не больше. Что за тётка-то ? И почему беременная и без мужа?
- Умер у неё муж. Недавно, - сказал я, - тяжело человеку. Я за ней присматриваю. Но чувствую, что надоел уже. Надо сменить обстановку.
- Хорошо, - повторил Стёпа, - пусть живёт. Только я домой всего лишь ночевать прихожу. Работы много. У нас новый проект запускается. И ребят свежих под него набрали. Приходится команду сколачивать, да и самому вкалывать.
Я договорился со Стёпой, что мы приедем к нему в выходной, то есть послезавтра.
Ольге о переезде сообщил во время прогулки в парке.
Она обалдела. Заартачилась. Мол, очень всё быстро. Но я был непоколебим.
Весь следующий день мы собирали вещи. Собрали. Упаковали. Всё в машину не влезло.
Приехали к Степану.
Хозяин встретил нас радушно. Помог перенести вещи в квартиру.
- Да вы серьёзно подготовились, - заметил, таща сразу два пакета с вещами.
- Это ещё не всё, - смотря в сторону, обронил я.
Степан крякнул, но ничего не сказал. А я быстренько отправился за остатками во второй рейс.
Через два с лишним часа приехал. Стёпа с Олей пили чай на кухне. Разговаривали.
Занесли вещи в комнату Оли. Я направился к выходу.
- Шестой, а ты ничего не хочешь нам сказать? - услышал я в спину.
- Мне отчёт писать, - вываливаясь из квартиры, крикнул я, - завтра к обеду приеду. Не скучайте.
И я бегом спустился по лестнице. Но никто не гнался и не бил в спину. Это было хорошо.
Утром я заскочил в ближайшую риэлторскую контору и договорился с ними о поиске арендаторов на Олину квартиру.
Затем заехал к Оле на работу. Подвёз её до квартиры Степана, по дороге выслушав о себе много нелестного. Уговорил её пожить хотя бы недельку.
Погулял с Олей. Парка рядом не было. Была набережная.
После прогулки поехал к Степану на работу. Там тоже послушал о себе. И о своём коварстве.
Но Стёпа был поспокойнее.
- Да пусть живёт, - сказал он, - пару-тройку месяцев потерплю. Зато человеку помогу.
На этом и порешили.

Следующие два дня я показывал квартиру потенциальным арендаторам. Которые думали, что они выбирают квартиру. На самом деле это я их выбирал.
И выбрал. Молодую пару. Так и сказал им: «Вы нам подходите».
Ребята рассмеялись и согласились.
Подписали документы, я получил задаток, отдал ключи.
Вечером приехал к Степану и Ольге. Отдал деньги и договор.
Оля начала читать договор и охнула.
- Ты квартиру на год сдал, - сказала она растерянно, - с правом продления.
- Ну, не на неделю же её сдавать, - воскликнул я.
- Вот я так и знал, - рассмеялся Стёпа, - Шестой в своём амплуа. Гнёт свою линию, невзирая на мнение окружающих.
- За это меня и любят, - отшутился я, - вы-то нормально? Подружились?
- Подружились, - ответил Степан, - всё нормально. Но я тебе это всё равно припомню.
- И я тоже, - подала голос Ольга.
- Злые вы, - сказал я, - стараешься для вас, стараешься. А никто не ценит. Пойду я.
И я пошёл. Дошел вначале до машины. Потом доехал до своего дома. Где вытащил брошенный несколько месяцев назад на антресоли дорожный чемодан.
Вызвал такси и поехал в аэропорт.
В машине получил сообщение от Референта М: «По вашему запросу подтверждаю совместимость Степана и Ольги на 79 процентов. Сообщите, как закончите. Есть новое задание».
Я ничего не ответил. Доехал до аэропорта. Вышел из машины. Зарегистрировался на рейс до Афин. Прошёл паспортный контроль.
В ожидании рейса сел в баре. Заказал томатный сок. После чего не торопясь достал из сумки планшет.
И напечатал послание наверх: «Я в отпуске. Идите на фиг. Целую. Шестой».

Вадим Фёдоров
http://vadimfedorov.eu

Вадим Фёдоров , 09.09.2017

Печатать ! печатать / с каментами
Камрады, сайт очень нуждается в вашей помощи. Если можете, поддержите нас. Наши реквизиты вот здесь. Заранее большое вам спасибо.

Ваша помощь

ты должен быть залoгинен чтобы хуйярить камменты !


1

tumbler., 09-09-2017 11:46:06

бубухъ.

2

tumbler., 09-09-2017 11:46:23

трамтарарамъ.

3

tumbler., 09-09-2017 11:46:35

кукук.

4

13 тысяч фаллосов, 09-09-2017 13:51:36

Читайте осторожно, а лучше нахуй не читайте. Там из под шортов ноги торчат

5

shush, 09-09-2017 13:55:31

чочо шыстой помир штолле?
нибуду тодой чытадь, АТО зоплакайу
он ходь и нудной но доброй

6

абырвал, 09-09-2017 14:03:37

Мне понравилось. Все как положено. Развязка, сюжет. Смысл, содержание. Аффтар, хуяч далее про шестого.

7

tumbler., 09-09-2017 15:20:03

сранае разьдельнвэ 'не', ебанае, блять, 'с', упоратыя, блять, калхозьнеге, нахуй, 'пакушать', 'пакушать111', ёбаныя вы, нахуй, волке, штожвы, сука, тварити, блять. себя, ебатькалатить, пакушайте, пиздикляусы.

8

Славег-Алкаш, 09-09-2017 18:47:46

ответ на: tumbler. [7]

Зачод

9

Славег-Алкаш, 09-09-2017 19:25:38

А разве Степан с  Катей развёлся, а не с Олесей? Че-та нестыковка

10

Славег-Алкаш, 09-09-2017 19:26:48

Бля вот я Мудогаскар, Катя- дочь Степы.

11

Мёртвые Слонята, 10-09-2017 01:52:52

хуясе тут санкта-барбора. не чейтал и уже давно. потомукак нуивонахуйц

12

snAff1331, 10-09-2017 04:26:24

ниасилел.    Да и не нужно, после первого рассказа. Повторения неинтересны.

13

alena lazebnaja, 10-09-2017 10:07:59

нормально. Но вот это покушали - попили чаю поддостало. Удивительно здоровый аппетит у утратившей мужа ЛГ.

14

бомж бруевич, 10-09-2017 13:18:42

Не понравилось

ты должен быть залoгинен чтобы хуйярить камменты !


«Нищий гурман Князев, помня про генитальные напасти будущего тестя, утками брезговал, зато вдоволь кормил ими Кисю, занимаясь одновременно дрессировкой. Дошло до того, что при слове "утка" умный кот, натурально, делал стойку, вероятно воображая себя реальным почти спаниэлем.»

1
1

«Когда вам сосать и кому ставить сраку,
Кто ваши враги и кто ваши друзья –
Об этом вещает дельфийский оракул –
В его ипостаси для вас – это я.»

— Ебитесь в рот. Ваш Удав

Оригинальная идея, авторские права: © 2000-2018 Удафф
Административная и финансовая поддержка
Тех. поддержка: Proforg