Они проходят передо мной вереницей. Женщины. Мои женщины. Я вижу каждую из них, различаю мельчайшие детали. Я знаю про них то, чего сами они не знают про себя. Я думаю о них.

Совсем девочка, лет 15. Такая дюймовочка, с неразвитой еще грудью. Попка узкая. Раздеваю ее. Сисек почти нет. Я стягиваю с нее джинсики. На ней обычные трусы. Приспускаю их, вижу легкий пушок на лобке. Погружаюсь языком в ее пелотку. Это очень заводит меня. Резко разворачиваю ее и ввожу член в анус. Она кричит, ей очень больно. Терпи моя красавица, сколько еще будет у тебя мужиков. Деру ее раком, она извивается на моем члене. Кончаю быстро. Кровь на члене перемешана с кровью.

Женщина лет 35. Из одежды на ней только черные чулки. Она ложится, раздвигает ноги и зовет меня к себе. Я подхожу, опускаюсь перед ней на колени. Вся ее пизда  заросла волосами. Но ничего, сегодня можно. Я целую ее половые губы, погружаюсь языком во влажные тайны. Она вся течет. Вставляю в нее хуй. Первые несколько толчков приятны. Затем ощущение такое, будто хуй тонет в вязком болоте. Мну ее сиськи, думаю о Шарлиз Терон и еле-еле кончаю на ее волосатую пиздень.

А вот блондинка. Наверное, студентка. Лицо ее черно от загара, несмотря на то, что на дворе февраль. Ненавижу этих сук, загоревших в соляриях среди зимы. С яркими блестящими губами. В одежде со стразами и журналом Дом-2 в руке. Я бью ее ладонью по лицу, она отлетает к кровати и испуганно смотрит на меня. Я подхожу, бью ее еще раз, хватаю за волосы. Одной рукой расстегиваю, другой притягиваю ее к своему члену. Эта тварь начинает сосать. Я даю ей в рот. Сам в это время курю и стряхиваю пепел на ее тупую башку. Кончить не получается. Ну и хуй с ним. Тяну ее за волосы. Она поднимает лицо, смотрит на меня. Ссу на нее. Вонючая и мутная похмельная моча бьет ей в лицо, в глаза, стекает по подбородку. Мне противно. Выволакиваю ее за дверь. Пошла нахуй, сука!

Старуха с неизменной коляской и сумкой на ней, полной какого-то старческого говна. Как они меня бесят! Старые проститутки с обвисшими сиськами и намертво от времени слипшимися и заросшими пездами.  Со всей дури пинаю ее чуть повыше жопы. Вонючая мразь растягивается  на полу. Бью остроносыми ботинками по морде, слышу какой-то треск и скрежет. По полу разлетаются какие-то предметы. Зубы что ли? Старая сука, откуда у тебя зубы? А, это вставной челюсти пришла пизда. Хуй с ней, жевать тебе больше не придется. Крушу ее ребра, прыгаю у нее на спине, на голове. Подыхай, скотина! По полу растекается лужа крови. Старуха еще дышит, хрипит из последних сил. Пинаю еще два раза. Затихла.

Суки, как я вас ненавижу! Ненавижу это ебаное утро, это холод, эту грязь, этих людей!

Лестница уносит меня. Девочка, блондинка, женщина и старуха мирно уехали вниз по эскалатору, так и не узнав, какие мысли промелькнули в моей голове по пути наверх. Выхожу в вестибюль станции «Технологический институт». Ну что, попиздили на работу?

Аллах акбар, пятница!