Этот ресурс создан для настоящих падонков. Те, кому не нравятся слова ХУЙ и ПИЗДА, могут идти нахуй. Остальные пруцца!

Аршавин

  1. Читай
  2. Креативы

Посвящается XIX Чемпионату мира по футболу.



- Андрюха, очнись! Ты как?

Аршавин поднял голову и встретился с взволнованным взглядом Семака.

- Нормально, Серег, нормально. Просто как-то не по себе, слишком непривычно.

Андрей глубоко вздохнул, расправил плечи и еще раз оглядел раздевалку: бамбуковые шкафчики для одежды, грубые деревянные топчаны, обтянутые вонючей плохо выделанной кожей неизвестного животного, и солома на полу вместо привычного ковролина. Где-то сверху, над скрывающим недра стадиона полотняным пологом, оглушающее били барабаны, и роем навозных мух жужжали местные дуделки.

- Это вувузелы, - пояснил образованный Анюков. - Национальный музыкальный инструмент.

- Засунуть бы их национальный инструмент в их черную национальную жопу, - пробурчал Кержаков, не обращая внимания на прищуренный взгляд Дзагоева. - Башка уже трещит от этого гула. А нам еще целый матч играть!

- Ничего, потерпишь, - отрезал Семак. – Если так мешает, возьми беруши. Ладно, парни, пора!

- Вставай, Шава! – Вася Березуцкий весело толкнул в плечо Аршавина. – Порвем этих уродов!

Андрей в очередной раз сделал тяжелый вздох и поднялся с топчана. С момента прибытия команды в Южно-Африканскую Республику его не покидало странное, доселе неизвестное чувство тревоги. Тяжелое, гнетущее, оно не отпускало ни на минуту, мешая сосредоточиться на тренировках, отбивая аппетит и подрывая так необходимый футболисту сон. Андрей пытался отбросить тяжелые мысли, загнать их поглубже в подсознание, но, к сожалению, ничего не выходило. Напротив, чем ближе к первому матчу со сборной ЮАР, открывающему очередной Чемпионат Мира, тем сильнее давило это ужасное ощущение.

- Так, вспомнили детский садик, построились парами и взялись за руки, - ухмыльнулся поправляющий капитанскую повязку Семак. – Ром, ты чего, я ж пошутил!

Павлюченко, смущенно бурча себе что-то под нос, отпустил руку отчаянно вырывающегося Быстрова.

- Ну что, с Богом? Стоп… А где тренер? – капитан российской сборной растерянно огляделся по сторонам. – Господин Хиддинк, нам пора!

- Oh, fuck my ass! – дверь в тренерскую распахнулась, и из нее выплыл улыбающийся во все тридцать два зуба Гус Хиддинк, на ходу выбрасывая в урну окурок. Из дверного проема потянуло терпким запахом марихуаны. – Let’s go, guys!

- Ох, блять… - тихо добавил Аршавин и, подтолкнув принюхивающегося к знакомому аромату Березуцкого, побрел к выходу из подтрибунного помещения.

Длинный тоннель с ярким пятном выхода закончился, и в лицо Андрея пахнуло сухим африканским жаром. В уши с новой силой ударил гул встречающих футболистов дудок. Яркое южное солнце резко ударило в глаза, и Андрей прикрыл лицо рукой, закрываясь от разящих лучей и старательно моргая в попытках привыкнуть к освещению. Попытки закончились спиной Игнашевича, в которую уткнулась рука. Андрей споткнулся, остановился, огляделся и… открыл от удивления рот.

Вместо привычного газона на поле золотился песок. Разметка была сделана из покатых булыжников, а ворота представляли собой аккуратно остриженные пальмы с накинутой на них сеткой. Периметр поля ограждали два ряда остро отточенных кольев, за которыми суетились непривычные к таким условиям видеооператоры.

- Что это за х… - начал было возмущаться Игорь Акинфеев, но внезапно застыл. Аршавин на автомате проследил за взглядом вратаря, и его рот раскрылся еще шире: из соседнего прохода появилась сборная ЮАР.

Из стандартной амуниции современного футболиста на них были лишь бутсы, причем именно обувь наименее вписывалась в имидж хозяев арены. Срам прикрывался юбками из пальмовых листьев, а тела были разрисованы рисунками немыслимых расцветок, на которых с трудом угадывались порядковые номера. Головы некоторых игроков украшали хитрые головные уборы из перьев и дешевой бижутерии, в ушах висели огромные серьги, а носы пронизывали косточки мелких животных. Голкипер команды отличался от полевых игроков яркой накидкой из добротной парчи, а руки его сжимали шаманский жезл, увенчанный небольшим оскаленным черепом.

- Господин тренер, ты куда нас привез?! Что это за маскарад? – Семак первым вышел из ступора.

Аршавин оглянулся назад в поисках наставника. Гус стоял у темного зева тоннеля и, скорчившись пополам, беззвучно хохотал, периодически утирая слезы.

- Нет, я с этими обезьянами играть не буду! – возмутился Березуцкий. – Это же какой-то пиздец! Я не подписывался на эту…

Свисток кривоногого монгольского судьи заглушил тираду защитника: главный арбитр встречи пригласил команды на поле. Российская сборная вопросительно уставилась на главного тренера, но тот, не меняя положения тела в пространстве,  лишь махнул рукой в сторону: «Играйте, мол, играйте… Не до вас сейчас…»

Чувство тревоги накатило с новой силой. Андрею казалось, что звуки вувузел сейчас материализуются в огромный рой диких пчел и буквально разорвут всю команду на части. Тревога грозила перерасти в панику. Андрей еще раз огляделся и вдруг увидел на трибуне за воротами родные бело-сине-красные флаги, яростно разрывающие тугой горячий воздух.

«Наши! Наши тут! Они приехали болеть за тебя, не побоялись! Преодолели тысячи километров, забрались в эту жопу и сейчас здесь, с тобой! Соберись, тряпка! Хватит хандрить!»

Андрей яростно встряхнул головой, расправил плечи и уверенным шагом направился к центру поля. Пора начинать матч.

Первый гол в ворота сборной ЮАР влетел легко и непринужденно буквально на второй минуте матча. Вратарь хозяев разжег в железной миске какие-то травы и, помахивая своим жезлом, окуривал вонючим дымом свои ворота. Чем, недолго думая, и воспользовался невозмутимый Игнашевич, с сорока метров всадив кожаный снаряд в угол беззащитный створок. Игроки южноафриканцев долго что-то пытались доказать монгольскому судье, но тот был непреклонен – голу быть. С трибун в судью полетели камни и пестрокрылые дротики, но возмутившихся фанатов быстро успокоил местный «ОМОН»: резиновые пули и в Африке действуют крайне эффективно.

Игра вскоре возобновилась, и сборная России вновь пошла вперед. Ребята превосходили южноафриканцев по личному мастерству, по тактике, по командному взаимодействию, но вопреки всему на поле творилось что-то необъяснимое. Быстрые, словно антилопы, выносливые, словно буйволы, и зажженные на победу десятками тысяч болельщиков, они яростно боролись за каждый мяч. Они неслись к воротам Акинфеева, не обращая внимания на подкаты защитников и свистки низкорослого судьи. Они ложились под удары нападающих и безжалостно выдирали мяч у полузащитников. А если российские игроки доводили дело до удара, в игру вступал вратарь в своей смешной накидке. Он брал все, что бралось и тянул все, что тянулось. Головокружительные прыжки и безумные сейвы заставляли коллег Аршавина хвататься за головы, а в те редкие моменты, когда голкипер южно-африканцев уже не мог помочь своей команде, мяч невообразимым образом летел в  штангу или перекладину, либо просто проходил в сантиметрах от ворот.

*    *    *

- Не зря этот гондон тряпки свои жег в миске, - высказал общую мысль Березуцкий. - Что-то вообще не идет.

Команда вышла на перерыв с преимуществом в единственный пока что мяч. Одна вынужденная замена уже была произведена: щупленького Быстрова “подтолкнул” защитник юарцев, и тот влетел в ограждающий поле частокол. Теперь Вова лежал в углу раздевалки, а вокруг суетились меняющие окровавленные бинты врачи команды. Впрочем, счет по “вынужденным” у команд был равным: справедливый Анюков вблизи бровки в красивом подкате снес африканского полузащитника, который буквально распластался на кольях.

- Голландские магические травы тут почему-то не помогают, - мрачно пробурчал через переводчика Хиддинк. - Нужны ваши, русские замуты. Что предложите, парни?

- Ну, помолиться можно.

- Нет, я молиться не буду, не хочу, - возразил Кержаков.

- Сибирскими пельменями их закидаем? - мрачно пошутил Семак.

- Пельмени придумали китайцы! - начитанный Анюков был тут как тут.

- Тогда русской водкой затравим, ее русский Менделеев придумал, - не сдавался капитан.

- А давайте ща быренько наебенимся и пойдем им ебальники бить! А? - тут же оживился Березуцкий, - А чо, парни? Чем вам не русская магия, епть?

- Хм-м... Ебанем по соточке... Ну по две, Вась, по две, ладно, и будем их ломать. Ну, аккуратно нужно, стараться в рамках правил. Просто замена то у них всего одна осталась... - смущенно закончил Акинфеев.

- Да ты чего, это не гуманно!

- Стоп! - Хиддинк задавил в зародыше начавший было разгораться спор. - А в этом есть зерна истины... Всем заткнуться, мне нужно подумать. А ты, Вася, молодец! Можешь ведь, если захочешь!

- Спасибо, коач! - радостно осклабился Березуцкий. - Я старался!

- Сказал же заткнуться! - рявкнул голландский тренер и задумался. Его руки на автомате скручивали новую папироску.

Игроки послушно притихли и разбрелись по раздевалке. Они давно прекрасно изучили подобные моменты: если тренер сказал замолчать, то лучше так и сделать. Значит ему действительно нужно подумать. И всегда после подобных моментов он выдавал такие инструкции, во многом благодаря которым российская сборная и смогла выйти из отборочного цикла чемпионата мира.

Андрей присел на топчан и постарался успокоиться. Фантастическое невезение команды заставило вернуться вроде бы уже откинутое чувство тревоги. Его товарищи по команде по-своему реагировали на обстановку: Березуцкий с блеском в глазах ходил, потирая руки, по раздевалке, Павлюченко отгонял жирных мух от переломанного Быстрова, Семак сосредоточенно просматривал повторы прошедшего тайма, а Акинфеев с Дзагоевым яростным шепотом о чем-то спорили у выхода.

- Так, ладно, из моих личных запасов выпиваете по двести пятьдесят... - главный тренер жестом заглушил радостный вскрик Березуцкого. - По двести пятьдесят граммов коньяка и аккуратно гасите этих уродов. Аккуратно! Старайтесь не доводить до провокаций, играйте жестко, но в рамках правил. Всем понятно?

- Конечно, коач, что ж тут непонятного?! - Березуцкий протер краем футболки чайную кружку.

Хиддинк звонко щелкнул пальцами, и помощник тут же вынес из тренерской ящик элитного молдавского коньяка. Ароматный напиток быстро разлился по емкостям.

- Вот, парни, угощайтесь! - запасливый Анюков достал из сумки трехлитровую банку соленых огурцов. - Как знал, что пригодится на чужбине!

- Ну ты извращенец, коньяк - огурцами... - скривился Кержаков, но от угощения не отказался.

- Ну что, мужики, - поднял свой бокал капитан команды, - за победу не пьют, поэтому скажу просто: с Богом!

- С Богом!

Кружки с дружным звоном столкнулись, и раздались глубокие шумные выдохи, разбавляемые сочным хрустом огурцов. По раздевалке потянулся запах перегара, перебивающий даже вонь кожаных топчанов.

Команда вышла на поле бодро, в приподнятом настроении. Глаза футболистов зажглись задорным блеском, в движениях появилась большая раскованность, в жестах - четкая уверенность в своих силах. Андрей тряхнул головой, “выравнивая” начавшую было плыть горизонталь земли, и улыбнулся. Алкоголь подействовал на приученный к спортивному режиму организм как и следовало ожидать: страх улетучился, сменился злостью и пьяным пофигизмом.

Монгольский судья дал сигнал начинать второй тайм, и российская команда дружно кинулась в атаку. Африканская ярость столкнулась с яростью русской. Обе сборные беспощадно шли в жестокий контакт, не щадя ни себя, ни оппонентов. Игроки получали по ногам, но тут же вставали и неслись дальше, вперед. Свистки рефери раздавались буквально каждые две-три минуты, “желтые” взмывали в воздух через нарушение, но соперникам на это было наплевать - игрой руководили принципы. Хиддинк, задорно прищурившись, размешивал коньяк с колой в пластиковых бутылочках, из которых утоляли жажду его подопечные.

Трибунам передался накал матча, болельщики бесновались, восторженно ревя. Гул человеческих голосов смешивался с воем вувузел и выплескивался на поле безумным коктейлем, заставляющим игроков рваться вперед с еще большим усердием. Еще вчера обещавший стать заурядным, футбольный матч превращался в настоящую Игру. Игру нервов и страстей.

Под конец первой пятнадцатиминутки второго тайма игра все же вышла из-под контроля: явно не успевающий за Жирковым южноафриканский защитник с силой саданул россиянину по ногам. Юра сделал в воздухе полный оборот через голову и мешком рухнул на песок. Находившийся поблизости Кержаков, мгновенно придя а бешенство, отомстил за товарища ударом ноги в грудь... и через какие-то секунды на поле образовалась мельтешащая руками и ногами разноцветная каша. Удары летели направо и налево, тела падали, вставали и снова падали, рты раскрывались в заглушенных трибунами яростных криках. Маленький судья носился в толпе, уклоняясь от мельтешащих конечностей, и истошно свистел, пытаясь успокоить дерущихся. Вскоре он понял бесполезность всех попыток закончить встречу миром, отошел к ограде поля, швырнул на песок замызганную красную карточку, сел на валун и горько заплакал.

Тем временем обезумевшие болельщики рвались через заградительные отряды на помощь своим любимцам. По всему периметру игровой площадки раздавались звуки выстрелов, но резиновые боеприпасы уже не могли остановить толпу: то тут, то там особо ярые фанаты вырывались на поле и мгновенно ввязывались в потасовку. Российский сектор с криками “Вали говно!” так же прорвал оборону и вклинился в густую массу разъяренных африканцев. Полетели алыми звездами “фаеры”, оставляя за собой серые хвосты дыма. Глухо ухнул взрыв какого-то пиротехнического изделия.

Андрей яростно тряхнул головой, сбрасывая первоначальный шок от происходящего, резко выдохнул и, широко размахнувшись, ударил кулаком в первую попавшуюся чернокожую голову.

«Да ни хуя себе! Наших бьют, суки!»

Чернокожая голова дернулась, брызнула алым и ушла куда-то вниз. Вторая голова, бешеный оскал жемчужных зубов, удар левой и снова алые брызги. Русский мат сзади. Разворот. На кого-то из своих наседают сразу трое, на кого именно - не понять. Ближнему шипами в спину, второму - кулаком в горло... и оглушительный хлопок в правом ухе. Мгновения темноты, хруст соленого песка на зубах, откуда-то взявшаяся влага в носу и резкая боль в ребрах. Андрей инстинктивно сжался, прикрывая руками голову, но удары сыпались со всех сторон, становясь все сильнее и яростнее.

«Неужели это всё? Вот так вот, хуй знает где?..»

Удар по ребрам, сбивающий дыхание, еще удар - тяжелых хрип из легких.

«Нет, не хочу так, не хочу!»

Рывок из последних сил, попытка встать и снова удар. И опять песок во рту. Очередная порция, мать ее. Фирменное африканское блюдо?

Еще один удар... и Андрей угасающим сознанием почувствовал, что отрывается от земли. Десятки крепких рук вскинули отбитое тело над землей, встряхнули. Сквозь гул в ушах пробивались резкие лающие возгласы на незнакомом языке, крики на ломанном английском и радостное улюлюканье. Андрей опрокинул голову на бок и с трудом разомкнул слипшиеся веки. Его несли над орущим человеческим морем куда-то к краю поля. В нескольких метрах плыло еще одно тело в светлой форме российской сборной, белесая пелена перед глазами не давала узнать товарища по несчастью. Андрей попытался сплюнуть соленый вязкий сгусток, норовивший забить горло, но язык, словно чужой, отказался выполнять приказ, и из распухшего рта вырвался лишь глухой протяжный хрип. Андрей несколько раз моргнул в попытках прогнать пелену перед глазами и постарался сфокусировать зрение. На удивление ему это удалось, и он увидел в углу поля, там, куда, судя по всему, его и тащили, исходящий паром огромный котёл на внушительном тагане. Под котлом весело трещал костёр. Возле котла на высоком деревянном помосте стоял ярко разряженный человек и что-то активно перемешивал.

«Что это за хуйня? Что эти сволочи творят? Что они варят? Они что, нас жрать собрались?!»

От пришедшего в голову осознания внутри всё похолодело. Холод мгновенно перешел в жар, порождающий огненный шар в груди. Шар прокатился через сердце и взорвался в голове, волной разнося по телу неизвестно откуда взявшуюся силу. Быть может, это был последний резерв организма, открывшийся от безысходности, быть может что-то иное, но Андрею было не до философских рассуждений. Он резко дернулся и крутанулся вокруг своей оси, вырываясь из цепких рук. Державшие его по всей видимости не ожидали подобной прыти от только что лежавшего мешком человека, и тело Андрея упало на песок. Снова этот чертов песок...

Андрей перевернулся на спину, силы уже готовились окончательно покинуть его, как перед ним возник... Гус Хиддинк!

- Hello, Andriusha, how are you? - Хиддинк внимательно посмотрел Андрею в глаза и вдруг резко ударил его ладонью по щеке. - Очнись, Андрей!

Последние слова Гус произнес совершенно другим голосом, по-русски и без акцента. Женским голосом

- Андрюшенька, очнись! Очнись! - еще одна пощечина, и еще, теперь по другой щеке. - Очнись!

Андрей встряхнул головой, судорожно вздохнул полной грудью и... очнулся на кровати. Над ним с заплаканными глазами нависла его жена, Юля, и отчаянно хлестала его по щекам.

- Тьфу, стой! Юлька, стой, хватит! - Андрей закрыл лицо руками. - Ты чего?

- Фу-у-ух... Очухался... - Юля устало опустила руки, посмотрела мужу в глаза и всхлипнула. - С тобой все нормально? Ты как сумасшедший метался по всей кровати, махал руками и выкрикивал какую-то херню. Еле успокоила тебя, всю морду пришлось разбить! Кошмар приснился?

- Кошмар? Да как тебе сказать, - пробормотал еще не отошедший Андрей. - Ужас какой-то. Вот привидится же такое... Надо заканчивать с дурью перед сном. Сколько времени, милая?

- Рано ещё, половина четвертого утра. Спать давай. Только больше без всяких кошмаров, хватит на сегодня.

- Да, давай спать, - Андрей повернулся на бок, поправил подушку и обнял еще всхлипывающую жену.

«Как же хорошо, что мы не попали на этот сраный чемпионат...»

Фамич , 24.05.2011

Печатать ! печатать / с каментами

ты должен быть залoгинен чтобы хуйярить камменты !


1

fragment, 24-05-2011 10:32:55

хуй

2

Коньебал Лектор, 24-05-2011 10:33:30

хуйнявин

3

Двухяйцевый працессар, 24-05-2011 10:33:41

хуершавин

4

ДэвидБездуховны, 24-05-2011 10:34:07

Фуйболъ

5

ДэвидБездуховны, 24-05-2011 10:34:30

Шершавин

6

fragment, 24-05-2011 10:36:05

Ыжычлявин блять

7

Tor4_ok, 24-05-2011 10:39:59

про аршавина штоль?

8

Мест, 24-05-2011 10:42:51

ногомяч не люблю, ЧМ-18 не приемлю, крео не читал

9

Двухяйцевый працессар, 24-05-2011 10:48:25

заебца

10

СамыйЧеловечныйЧилавег, 24-05-2011 11:26:40

до половины добросовестно прочел, дальше скролил по диагонале.
Концофка предсказуема, но, в общих чертах, ничего, покатит, как "кожанный снаряд"(тьху, бля, надоже такую банальщину заебенить).

Хорошо, что вовремя написал, а тоя ужэ и забыл, что у нас тренером был голландец Гус, а не Наполеон Ебланович Газпромов.

Вопщем, ждем рассказа про Олимпиаду 1988 года, Савичев и Татарчук, наше фсё!

11

роботы из Бригады Заката, 24-05-2011 11:37:26

Щячлявин был?

12

В. А. и Н., 24-05-2011 12:52:17

ибать простыня. Читать нет???

13

В. А. и Н., 24-05-2011 13:15:59

Не асилил нихуя.
ЧМ в ЮАР? Наших там не было. Какого хуя вообще? Про чо тут? Дальше читать не стал.

14

геша, 24-05-2011 14:23:32

нипанрравилось

15

Северянин, 24-05-2011 14:47:01

а мне понравелось! тыцнул 5*

16

Фамич, 24-05-2011 17:24:44

Благодарю за мнения!

17

ЖеЛе, 24-05-2011 17:45:57

тродицыонно новичьковый прейом: а патом он праснулсо...

18

Лохоёбст, 24-05-2011 17:50:30

Гавноногомяч. Спасибо, давно так не блеваллл

19

Хандавод, 25-05-2011 13:59:00

а где чипсы? и бапкин сфитер?

20

MRZ, 26-05-2011 07:33:35

ну, многовато букаф имхо

21

Упал с верхней полки, 26-05-2011 16:05:27

бугага

22

Фамич, 27-05-2011 15:44:36

ответ на: MRZ [20]

Да, букаф много чета получилось... Да и похуй.

ты должен быть залoгинен чтобы хуйярить камменты !


«Подожду лучше пока подрушка моя вернецца. Она васче у меня девчёнка то хорошая, классику любит. Шюбирта там, Глинку и в песду ибацца.»

вход для своих

Раздеть фото через раздеватор Razdevaka.ru

«Я сам свою сперму на вкус не пробовал. Так, лизнул один раз на руке ради интереса. Чужую тоже не пробовал ни разу. Но была у меня одна подружка, чрезвычайно в этом деле продвинутая. Очень любила отсосать. И владела этим мастерски.»

— Ебитесь в рот. Ваш Удав

Оригинальная идея, авторские права: © 2000-2025 Удафф
Административная и финансовая поддержка
Тех. поддержка: Proforg