-Я же тебе говорил: трудовик-мудак. Попали теперь. -проговорил Толик, вырывая страницу из дневника.
-Но работа стоящая! Другой бы пятёрки поставил, а этот, сука, двойки и родителей в школу. -ответил я понуро. -Хотя похуй, щас отца приведу, он-то что-нибудь наверное сделает. Ты-то своему скажешь, чтобы пришел?
-Ага, -сказал Толя. -только я сам не пойду, нехуй позориться.

Трудовик, Василий Петрович, поставил нам с Толиком по двойке и приглашал родителей в школу из-за деревянного члена, который мы выточили на станке. Хер, кстати сказать, получился славный, мы, даже, его отполировали шкуркой, как следует. Зачем нам был нужен деревянный член? Потому что папа как-то раз намекнул мне, если у бабушки будет секс, то она будет не такая злая. Конечно, сперва я хотел сделать анальную пробку для деда с его недержанием, но, поразмыслив вместе с напарником по станку, мы решили, ввиду сложности изготовления пробки, выточить бабке имитатор. Он был длиной сантиметров тридцать, диаметром наверное около пяти и без яиц.
Когда мы, в конце урока, поднесли изделие учителю, первым делом он спросил:
-Это че такое?
Я тут же смекнул, что дело начинает попахивать говнецом, но не растерялся:
-Это ножка для табуретки!
-Ага, -задумчиво потер подбородок Петрович, внимательно рассматривая плод наших с Толей трудов. -а зачем на ней залупа?
Мы стояли и молчали, как два еблана, ибо мозгов явно не хватало на приличный ответ. Подождав немного, учитель потребовал наши дневники и поставил каждому по двойке, записав, к тому же: "родителей в школу".

По пути домой, мы с Толей договорились, что его папаша будет ждать меня и моего отца у подъезда, дабы пойти к трудовику вместе. Придя домой, я все рассказал папе и он сообщил, что как только отобедаем, сразу пойдем разбираться с Петровичем. На обед был гороховый супец, весьма неплохой. Мне хватило и тарелки, а папа еще захотел второго. Он заточил еще картошечки с грибами, причем, закусывал все это дело солеными огурцами. "Как же он, наверное, будет пердеть".

-Первым делом надо причесаться! -сказал папа, ища расческу, которой нигде не было. После долгих, изматывающих поисков, он решил не тратить время и взял вилку. Брутально причесав, с помощью столового прибора, волосы, папа оделся и начал было надевать ботинки, как шнурок правого лопнул. -Пизда, приплыли! -заявил папа. После долгих размышлений на тему замены шнурков, папа изрек:
-Значит, так! Есть два варианта: либо зашить, либо- нет. Тебе как больше нравится?
-Да мне, в принципе, все равно, но зашивать, я думаю, не вариант.
-Хорошо! Неси чемодан с инструментами! -повелел отец, стоя в прихожей с ботинком без шнурка на ноге.
Я притащил чемодан, едва не обосравшись от его тяжести. Папа взял длинный гвоздь, плоскогубцы и, вставив гвоздь в две дырки для шнурков, загнул его кольцом. Затем, он также поступил с еще тремя гвоздями, после чего произнес:
-Ну все вроде, пошли!
-Пойдем! -сказал, я подумав, что папе надо было не смотреть никогда "оч.умелые ручки".

На улице нас ждал отец Толи, который, как только мы к нему приблизились, сразу же предложил папе выпить для разогрева. Папа согласился и, вскоре, я уже выжидал их при входе в рюмочную. Через полчаса они показались. Выяснилось, что Толин папа, нажрался так, что идти не мог, поэтому, моему отцу пришлось нести его в школу на плече . 

Вломившись в кабинет трудов, папа бросил собутыльника на верстак и подошел к Василию Петровичу, который, показывая на Толиного отца пальцем, произнес:
-А это че за чучело?
-Где? -прикинулся дураком папа, вертя головой по сторонам.
-То, что вы принесли в мои мастерские.
-А-а-а. -откликнулся отец. -Это Саня Баклахин, отец Толи.
-Тогда все ясно! -сказал Петрович.
-Зачем звал? -решил не ходить вокруг да около папа.
-А вот зачем! -ответил трудовик, кладя на стол деревянный член.
-И что? -ввел папа в ступор учителя. Тот, видимо подумав, выдал:
-Акакий, объясни отцу, как такое получилось и зачем! И почему не пизду вы смастерили, а член?
Я рассказал, для чего елда, и что пизду не выточили потому, что твердо ебать, и что трудовик сам сказал перед уроком "делайте что хотите".

-Да ты че охуел вызывать меня по такому пустяку? Ты че написал в дневнике, а? -сразу после моего рассказа, напустился на трудовика отец, перданув как из пушки. Он взял мой дневник, открыл его, и положил на стол учителя.
-Это разве пустяк? Дети члены вытачивают, а тебе хоть бы хуй. -густо сплюнул Петрович в мой дневник и закрыл его.
-Это я их попросил, для тещи! -не остался в долгу папа, заткнув одну ноздрю пальцем и смачно сморкнувшись на спецовку трудовика. Сопля висела медалью на груди Петровича, но он, похоже, ее не замечал. Он стоял в ступоре и над чем-то размышлял, глядя на нас исподлобья.
-Ну, так уж и быть, тройки я им поставлю, но не больше. И чтобы впредь делали только пристойные вещи. -случайно увидев железные шнурки отца сказал учитель. Папа хотел начать торговаться, но я вовремя дернул его за рукав. Мы хотели было уже уходить, как трудовик напомнил нам о забытых вещах: дяде Саше и члене.

-Твоя бабка будет рада подарочку. -спускаясь со школьного крыльца проговорил папа.
-Ты хочешь чтобы я его вручил? -испугался я. Ведь если что, то бабуля вполне может и зубы выбить.
-Ну, если хочешь, я сам ей преподнесу.
-Хотел бы я на это посмотреть. -мне было очень интересно, что придумает папа, но в глубине души я чего-то боялся, хотя до встречи с бабушкой оставалось еще много времени.