Произошла эта беспесды готичная и одновременно абасачная  история в начале девяностых. Мне тогда было лет, эдак, тринадцать. Как раз в ту пору на экранах телевизоров массового  стали мелькать ёбла супергероев. Чакнорисы, джекичаны, вандаммы, рэмбы и прочие любители красиво для начала получить, а потом и обязательно раздать некислых пиздюлей врагам и прочим недоброжелателям. Но особняком в этом ряду стоял простой пендосский парень, Майкл Дудикоф, он же, блять, знаменитый пламенный американский ниндзя. Некоторым нашим гражданам этот ниндзя засел и занял круговую оборону в башне так крепко, что хуй выковыряешь, наверное, и по сей день.

  Параллельно поучительно-познавательным кинофильмам про приемные пункты пиздюлей,  в продуктовых магазинах  появился алкогольный напиток «Кириллыч». При разовом его употреблении в голове такие гонки вооружений начинались, штопесдец. А если хуярить этот чудесный эликсир постоянно, то башню посещали такие  тараканы, что база данных историй болезней любого желтого дома покажется подростковой энциклопедией. Помимо того, что нектар Богов «Кириллыч» имел свойство жестоко и подчас неадекватно выхлестывать, он обладал еще одним неоспоримым преимуществом – стоил крайне дешево.

  Мой сосед в то славное время, ассенизатор по профессии, клоун по призванию, пожилой, коренастый мужичок дядя Миша, быстро нашел с новым корешем «Кириллычем» общий язык, точнее сказать, общую, дяди Мишину глотку. Завтракал с ним, обедал, ужинал, а иногда и вовсе даже полдничал, сцуко, гурман вобщем еще тот оказался. Поскольку, вкусив этой бормотухи в одно свое жало, дядя Миша частенько выходил на улицу в неадекватном состоянии, в поисках, так сказать, приключенческих катаклизмов и техногенных катастроф, я и мой товарищ  Денис, старались не упустить его выходов в свет, которые по традиции заканчивались самым что ни на есть реалити-шоу.

  Как-то бесцельно бродя возле дома, наши с Денисом окуляры поймали в перекрестие бухого в жопу дядю Мишу, за полдником заглянувшего в «синий буфет».
Поскольку дядя Миша работал на ассенизаторской машине, мы с Денисом постоянно выводили его из шаткого душевного равновесия одним лишь окриком: «Говночерпий! Говночерпий идет!» Так случилось и в тот летний вечер. Однако реакция дяди Миши оказалось не совсем обычной. Он не стал кидать в нас камнями, не предпринял попытки догнать нас и не падал, счесывая нос. Он даже не стал обзывать нас нехорошими словами…

  …За день до этого, вечером, по телевизору показали подряд сразу три части  « Американского ниндзи». Судя по всему, для дяди Миши фильм стал откровением. Для него это было равносильно эффекту разорвавшегося снаряда. Кумулятивного снаряда. Вот дядя Миша и словил этот снаряд своей башней, в результате чего, судя по всему, снаряд окончательно прожег его видавшую всякие виды лобовую броню.
- Я, сынки, не говночерпий! – вдруг заулыбался улыбкой Брежнева дядя Миша, - я – ниндзя!
- Пиздите, дядя Миша, ой как пиздите! Какой же ниндзя из вас? – охотно вступил в диалог Денис.
- А самый что ни на есть настоящий! Проходил обучение! – быстро вошел в роль дядя Миша и принялся усердно размахивать перед нами руками, выразительно знакомя нас со смертельным боевым искусством, которое нам, соплякам, было неподвластно.
- Ну так и я смогу, - сказал я, пытаясь выглядеть как можно более разочарованным.
- Настоящий ниндзя может по стенам лазить! Для ниндзи это, как вам, дядя Миша, по пьяни два пальца на ноге обоссать, - подогревал здоровый спортивный интерес в пожилом «синем» ниндзе Денис.
- Сейчас! – в глазах дяди Миши загорелся огонь и он чуть ли не бегом понесся домой.

  Когда через пять минут он вернулся, мы поняли, что огонь в глазах он уже успел чуть-чуть притушить новой порцией «Кириллыча». Дядя Миша натянул на себя старую штопесдец перештопанную майку с логотипом спортивного общества «Динамо», голубое готичное трико с обвисшими, дырявыми коленями. Но главное – он нес с собой когти, приспособление, которое используют электромонтеры для лазания по столбам. Пездец, Фредди Крюгер к подвигу готов! Обратный отсчет до новой катастрофы, похоже, начался.

   Облачив свои ноги в эти самые когти, дядя Миша с нескрываемым превосходством посмотрел на нас, произнес : « Учитесь, сопляки, пока мастер жив!», и как распоследняя обезьяна полез по деревянному столбу, на котором висел уличный фонарь.

  «Синий» ниндзя, решительно и стремительно вскарабкался на высоту примерно три метра над уровнем земли. Мы с Денисом с интересом наблюдали за нинздей-ассенизатором. Тот, повернув голову к нам, победно и агрессивно помахал нам сжатым кулаком. « Видали,бля?» - спросил нас верхолаз и вновь замахал поднятой вверх рукой со сжатым кулаком. В следующую секунду сраный боевой альпинист потерял равновесие, с пугающей быстротой замахал руками. Верхняя точка его тела отделилась от столба и стремительно начала описывать в воздухе полукруг вниз. Ноги же отважного воина, с оставались на месте, в когтях сжимая деревянный столб. Верхняя часть тела, описав дугу, развернувшись на  180 градусов, с глухим звуком, как будто кто-то скинул с крыши мешок с говном, уебалась об столб. Хуев эквилибрист повис вверх ногами на столбе.
- Ахуеть, четвертый дан! Черный пояс! Вот это ниндзюцу! – захохотал Денис.

  «Синий» ниндзя, уебавшись горбом об столб, пару секунд соображал, потом аццки оскалился и издал звук : «Ыыыгыыгы». Хуле, ниндзя же, ебанарот. Они же боли не чувствуют, особенно когда свои выпученные шары «Кириллычем» зальют.

   Прошло еще секунд десять, как дядя Миша изрек : «Ууууу, блять». И продолжал висеть головой вниз. Картина, блять, « И вы еще спрашиваете, при чем здесь пиво «Сокол»? Вечер, суканах, в грушевом саду.

   Нам стало тревожно за судьбу сэнсея, болтавшегося, как негр на позорном стобле. Мы побежали звать соседей, чтобы спасать пьяного гимнаста. Но ситуация для верхолаза дяди Миши опять круто развернулась. И снова на 180 градусов. На наших глазах он исполнил, блять, вторую часть Марлезонского балета. Видимо от того, что его ступням стало нестерпимо больно, он обхватил столб руками и начал пытаться освободить ноги. Это ему, как и подобает настоящему ниндзе, удалось сделать.  Теперь уже нижняя точка тела эквилибриста, там где голова и руки, осталась на месте, а ноги гуттаперчевого дяди Миши, разведенные в стороны, опять описали дугу. Опять заложив лихой вираж на 180 градусов, ниндзя теперь встретился со столбом аккурат яйцами. После чего, с гиканьем, с метровой высоты, совершил аварийную посадку на земле, использовав вместо шасси копчик.
- Ахуеть, -  сказал Денис и заржал, - за артистичность -6,5, за технику исполнения – 7,0.
Посидев немного на жопе, гуру боевых искусств произнес «Ууууу, блять». После чего завалился на бок, закрыв глаза ушел в сасозерцание и медитации.

  Мы с Денисом подумали, что восточный воин отъехал в мир иной. Сразу побежали к нему домой, к жене отважного верхолаза. Та как раз смотрела мексиканский сериал. Известие о том, что ее муж, бесстрашный ниндзя дядя Миша только что упал с фонарного столба и, возможно, принес себя в жертву боевым искусствам, настолько ошарашило и одновременно разозлило ее, что она сорвалась на место трагедии с воем сирены : « Ай-ай-ай, ирод окаянный! Скотина! Пьянь подзаборная! Сколько же ты будешь еще мои нервы мотать? Вот тварюка!»

  Выбежав на улицу, жена храброго акробата увидела его вполне живым, здоровым, бухим, жизнерадостно оглядывающим покоренную страшную высоту.  
   -Ты за каким чертом на столб поперся, дьявол старый? А, козел пьяный, тебя спрашиваю?! - молвила супруга, уперев руки в бока и горестно качая головой.
  - Починить полез, - тихо выдавил из себя хуев ниндзюцу, виновато склонив седую голову, почесывая через трико ушибленную аварийной посадкой жопу.
  - Чинить! Ты себя в зеркале видел, чинитель? А ну марш домой, антихрист! Отсыпаться! – раздраженным голосом, не терпящим возражений, ответила супруга.

   «Синий ниндзя», отважный верхолаз, чемпион, бля, паралимпийских игр по гимнастике, дядя Миша понуро поплел домой, по пути пробурчав нам :  «Что, сволочи малолетние, шестернуть уже успели? Суки, блять!»

  На том путь воина и закончился. Такое вот бусидо. На следующее утро дядя Миша протрезвев, обнаружил, что вчера, во время падения  ниндзя в нем умер. Похоронил ниндзю пожилой ассенизатор утром в сортире.

  Но хоть воин-ниндзя в дяде Мише геройски погиб, отжыгать дядя Миша в последствии не перестал. Видимо вследствие контузии, полученной во время воздушной катастрофы, отжыги его даже усилились…