Этот сайт сделан для настоящих падонков.
Те, кому не нравяцца слова ХУЙ и ПИЗДА, могут идти нахуй.
Остальные пруцца!

Стрелецкий :: Кодекс Тесла
Сон был плохой, беспокойный. Сначала я обнаружил на своих ногах какие-то белые кеды. Явно не мои. Немного ношенные, но в хорошем состоянии. Вроде бы мне подарила их сестра. Откуда-то я это знал. Потом я куда-то плыл на какой-то покрышке или на чём-то в этом роде. Махал рукой. Ей, сестре. Пытался её догнать, блуждая по узким, пересекающим друг друга под прямыми углами, каналам. А затем выяснилось, что по этим же каналам за мной плавают какие-то бревна. Очень целенаправленно.

Хорошо, что проснулся.

Было абсолютно темно.

“Это понятно, - решил я, - значит я у бабушки. В деревне. Здесь отродясь света на улице не было. Но это хорошо. Раз я здесь, значит сейчас лето. В школу ещё не скоро. Наверно, дедушка опять храпел в соседней комнате, вот я и проснулся. Да мало ли ещё от чего. Деревенский дом - это вам не городская квартира. Он живёт своей жизнью и всегда полон звуков. Сверчки, мыши, кошка, собака на улице. Да мало ли ещё кто или что? Может и домовой?”

“Ха, ха, - обратился я к себе самому. - Что, страшно? Да?”

А потом вспомнил: “Какая ещё деревня?! Какая бабушка?! Ты уже взрослый и давно у них не бывал. Скучно. И неудобно. Туалет во дворе. Опять вот эта возня с перепачканными в черноземе червями и рыбалка в утреннем тумане возле речки. Неинтересно. Я уже студент. Девчонки, тусовки, вечеринки. Экзамены!”

Чёрт! Экзамены?!

“А ведь действительно, - подумал я, - завтра же экзамен. А я не готов.” И неприятный холодный мороз по коже. Что-то сжалось в груди: “Неужели для меня это так важно? Главное - не паниковать. И не сдаваться! Будем цепляться за любой шанс”.

А потом вдруг отлегло.

“Какие ещё экзамены? Последний экзамен в институте был сдан десять лет назад. Ку-ку! Завтра на работу! О, боги! Я опять проснулся раньше времени. А всё нервы. Теперь уже не засну. Как следствие, не высплюсь. Буду весь день… прокрастинировать. Опять. А ведь были такие планы. Амбиции”.

Все разъяснилось очень просто. И неожиданно.

В темноте прямо перед моим лицом загорелся сначала тусклый, а потом, по мере того как мои глаза привыкали к свету, набирающий яркость дисплей. Кажется, он висел прямо в пустоте. Приятное и невыразительное женское лицо, тихим ласковым голосом в сопровождении субтитров поведало мне, что я нахожусь в криокамере.

“Вы были заморожены, - доброжелательно сообщила условная девушка. - теперь вы возвращаетесь к жизни в запланированное время. Сейчас 2344-ый год. Пожалуйста, не волнуйтесь”.

В этот момент я и начал волноваться. На экране тут же появились показатели, вернее, они всегда там были, но заметил я их только сейчас, когда график пульса пополз резко вверх. Из бледно-жёлтой линия превратилась в ярко-оранжевую.

“Вам уже была закачана искусственная кровь, она запустила процесс формирования вашей собственной крови. Электрический импульс разбудил вас. Ваши внутренние органы функционируют в штатном режиме”.

Я дёрнулся и обнаружил, что пространство вокруг меня заполнено чем-то вроде желе.

“У вас на лице дыхательная маска, - рассказала мне новая знакомая, - постепенно к вам возвращаются чувства. Первое время могут быть неприятные ощущения в мышцах, напоминающие обыкновенную крепатуру”.

Чисто автоматически, я поднёс руку к лицу и действительно обнаружил нечто похожее на противогаз.

“Когда будете готовы, прежде всего психологически, нагнитесь к ступням. Дело в том, что в дьюаре вы находитесь вниз головой. Сейчас вы этого не чувствуете из-за дезориентации в пространстве. Нагнувшись к ступням, нащупайте ручку люка, чуть дальше ваших пяток”.

Я так и сделал.

“Спасибо, что воспользовались услугами нашей компании, - дежурно отрапортовала красавица, - всё необходимое: одежду, документы, питание и консультации вы найдёте снаружи.”

“Пожалуйста!” - огрызнулся я и повернул железный рычаг.

Снаружи дьюар, где я провёл столько времени, оказался похож на огромный бидон для молока из моего далёкого-далёкого детства. Рядом с ним располагались такие же ёмкости в несколько рядов. И никого больше. Ни одной живой души.

С другой стороны, чего я ожидал? Оркестра? Фанфар и транспарантов? Может быть для жителей будущего (простите, настоящего) появление очередного крионавта (как ласково называл я сам себя, пробудившегося от криосна) - будничное явление. 

Зато здание криокомплекса выглядело таким же, каким я его запомнил. Лично мне оно больше всего напоминало лягушку, которую я когда-то видел по одному из образовательных каналов. Лягушку с прозрачной кожей, у которой видны все внутренние органы. Большинство панелей, из которых состояли как внешние, так и внутренние стены здания, были полностью прозрачны. Сквозь них я мог наблюдать обычный унылый пейзаж Среднерусской возвышенности переходного времени года. Хорошо, что, хотя бы климат, кажется, кардинально не поменялся. Непрозрачными были только перекрытия между этажами, если смотреть снизу. А пол, то есть те же панели, но в другом ракурсе, был вполне прозрачен. Отдельными тёмными вкраплениями сквозь эту стеклянную толщу виднелись капсулы уборных комнат. Все коммуникации были также видны, но выделены своим цветом. Вот бирюзовые трубы вентиляции, ярко-оранжевые - канализационные и так далее. Но не так уж много, ведь обогрев осуществляли сами панели, а электричество ещё в моё время стало беспроводным. 

Однако, я пока нигде не видел обещанных мне одежды и документов. Пройдя по коридорам и присмотревшись сквозь здание, я, как мне показалось, обнаружил что-то вроде огромного гардероба. Пробравшись к нему, я понял, что был прав. Причём, в него входила самая разнообразная, подчас, абсолютно футуристическая, как для меня, одежда. А ведь меня не так легко удивить. Я видел короткие штанишки, едва ниже колен, одновременно с длинными бородами. И это только у женщин. Наверно, здесь было полное собрание за все те триста с лишним лет, что я провел в глубокой заморозке. От чего-то вроде скафандров и экзоскелетов до невзрачных лоскутов, которые могли применяться как угодно всеми пятью полами.

На чём же остановить свой выбор? Что носят в этом новом для меня времени? Снаружи, естественно, ни души. Я был уверен, что таков закон “подлости”. Как только я оденусь и окажусь на улице, то тут же встречу множество людей, каждый из которых будет показывать на меня пальцем. А с другой стороны, уже в моё время (кажется я, как настоящий пожилой, как не толерантно это бы ни звучало, человек, начинаю постоянно употреблять это словосочетание) на улице можно было встретить любого фрика. Пусть даже с кастрюлей на голове.

Ну, к такому радикальному решению я пока не был готов. Самый простой способ - найти ту одежду, в которой я сам сюда пришёл. Но сделать это без помощи со стороны было невозможно. А её, помощи, ждать было неоткуда. Я выбрал то, что показалось мне соответствующим погоде, нейтральным и, одновременно, готовым защитить меня от различных неожиданностей.

В таком виде я и оказался на улице. Так, а где гиперлупы, летающие тарелки, разгуливающие среди людей инопланетяне, и вот это вот всё? Тишина, и какая-то обыкновенная асфальтированная дорога, ведущая через лес. Ну что ж, наверняка она, так или иначе, соединена с городом. А там-то я точно встречу людей, или то, во что они превратились за это время. Вперёд!

Неожиданно, мимо меня, посигналив и обрызгав грязью из лужи, промчался какой-то ретро-автомобиль. Стоп! Какой ещё автомобиль? Уже в моё время (вот опять это словечко) вовсю летали квадрокоптеры. Частные и такси. По дорогам ездили исключительно электросамокаты, гироскутеры и разные моноколёса.

Ага, а вот телефонная будка. Что это - украшение парка вроде скульптуры или арт-объект? Они давно исчезли из реальной жизни. Я имею в виду будки. Не арт-объекты. Этого, как раз, достаточно.

Любопытно. Я зашёл внутрь тесной кабинки и вроде как открыл дверь в детство, когда всё это ещё было реальностью. Те самые бидоны, VGA-мониторы, игры на дискетах. Поднял трубку над дисковым циферблатом и выронил от неожиданности. Отчётливо был слышен длинный гудок.

***

Конечно, я ждал этот звонок. Именно поэтому и поставил телефон на стол перед собой. Хорошо, что хватило провода. На противоположном углу деревянной поверхности тихо бурчал “зомбоящик”. Так я называл небольшой радиоприёмник, включенный в соответствующую точку. Радиоточку.

И, конечно же, книги! Куда же без них в комнате классического “ботана”? Я всегда мечтал, чтобы у меня была стена, снизу до верху уставленная равномерными рядами разноцветных корешков. Так, чтобы самих деревянных полок почти не было видно. В реальности, книги свалены, как попало. Лежат одна на другой и образуют гигантские башни, которые готовы вот-вот рухнуть. И так много дней. Но главное! Главное - это запах. Книг, конечно. Пахнуть лучше, чем свежая полиграфия, может только книга настоявшаяся. Её страницы, впитавшие в себя ауру квартиры, буквально передают тепло.

Временное безделье - лучшее время записать пару мыслей в дневник, к чьей кожаной обложке так приятно прикасаться. Особенно мне нравится карта на первом развороте. Кажется, мог бы рассматривать её часами. Мечтая. Фантазируя? О чём? О путешествиях? Но у меня есть только один доступный вид приключений. Именно к нему имеет непосредственное отношение звонок, который вот-вот нарушит идиллическую картину.

“Дззз-дззз!” - противное металлическое дребезжание.

Наконец-то!

Это - Егор! Внешне Егор - моя полная противоположность. Если я - довольно упитанный малый. И это моя, оптимистичная, точка зрения. Многие нетолерантно считают меня просто толстым. То Егор очень худой и носит огромные очки. Мы две стороны одной медали, которая называется “заучка”. Кажется, я уже говорил об этом.

Есть у нас ещё одно принципиальное различие. Но есть и общее дело. Общее в том, что мы оба считаем, что ОНИ существуют. Следы чего-то большего на нашей планете. Чего-то более технологичного. Разница в том, что Егор считает - это оставили инопланетяне. Возможно случайно. Как к морскому берегу прибивает разный мусор, попавший в воду с кораблей или вынесенный туда реками. А мы, как аборигены, понятия не имеем, что это. Второй вариант - инопланетяне посещают нашу планету, но правительство об этом скрывает.

И в чём-то он прав.

Вы действительно считаете, что гипотетические инопланетяне прилетят на торжественную встречу к алчущей общественности? Или, в худшем случае, превратят нас в рабов? О, это, похоже, наши собственные комплексы. Рабский труд неэффективен. Это поняли давным-давно. И вряд ли на нашей планете есть какие-то особые полезные ископаемые, каких нет, скажем, на безлюдном Марсе, чтобы связываться с такими неспокойными ребятами, как мы. В лучшем случае мы обрабатываем что-то для инопланетных заказчиков. Что-то примитивное, вроде алюминия. И продаем за какие-нибудь инопланетные бусы, которые кажутся землянам вершиной технологии.   

Таким было мнение Егора. Моё было другим.

Я считаю, что нельзя унижать нашего брата человека. Почему мы так несправедливы к себе? Нам всё время кажется, что пирамиды построили инопланетяне. А на самом деле, мы просто недооцениваем силу правильно организованного коллектива. Исходя из всего этого, я искренне полагал, что все загадочные технологии - это остатки других более развитых, но человеческих цивилизаций. В самом деле, что тут такого? Человек в таком виде, как мы, существует как минимум несколько десятков тысяч лет. Если не больше. За это время вполне могла быть создана не одна развитая цивилизация. И разрушена. По каким угодно причинам - внешним или внутренним. Начиная от природного катаклизма, до глобальной войны и эпидемии. Вы спросите, а где же следы? Неужели безвозвратно исчезли заводы, дороги, дома? А я отвечу: вы когда-нибудь видели, как быстро разрушается дом, в котором никто не живет? Пусть даже он построен из прочного кирпича. Дайте ему десять тысяч лет, и вы не найдёте следа. А то, что действительно могло остаться, и является целью наших в Егором изысканий.

Но самое интересное, что в нашем коллективе был третий человек. И это была девушка!

Саша имела на счёт происхождения таинственных объектов своё особое мнение. Мнение это совмещало в себе элементы моего и Егора виденья. Она была согласна, что всему виной инопланетяне. Но были они на земле когда-то давным-давно. Иными словами - ярая сторонница “палеоконтакта”. Но самое интересное, что это была очень симпатичная молодая девушка. Что она делал с такими неудачниками, как мы? Вот это настоящая загадка, а не какие-то там другие разумные существа.

Так вот, звонок - “дззз”!

Мы встретились возле выхода из метро. Сделали буквально два три шага, повернули во двор, оглянувшись, откинули тяжёлый канализационный люк и… попали в другой мир.

А вы не знаете, что у нас под ногами есть другая параллельная реальность? Вот прямо там, где вы обычно ходите. Особенно в центральной части города. В этой реальности не слышно звуков суеты от слова “совсем”. В то время, как где-то наверху - зуд толпы и звуки клаксонов. Там, внизу, нормальный чистый воздух. Пол не грязнее, чем на улице. Да, я видел какие-то брошенные зажигалки и старые покрышки, но вот прям, чтобы было насрано (в прямом смысле) - такого нет. Вопреки расхожему стереотипу, нет бездомных и даже крыс. А всё потому, что сыро (стопроцентная влажность) и жрать нечего. Этот мир населяют только улитки, мокрицы и летучие мыши. Последние и то не всегда.

Кстати, о воде. Она там повсюду. Течёт ручейками. Капает с потолка. Льётся в колодцах, напоминающих вентиляционные шахты из какого-то фильма ужасов. Со стенами из окаменевшего дерева: “у-у-у-у”. И вода эта - питьевая. Она - чистая. “Ведь прошла сверху все слои почвы. Как естественный фильтр: земля, песок, мёртвые динозавры, - выразился однажды Егор”.

Это место, цель нашего сегодняшнего путешествия, мы обнаружили совершенно случайно. Сюда точно не могут зайти посторонние люди. Обычно это подростки, чуть младше нас, студентов. Их тянет на приключения. Но не к систематическому исследованию подземелий. А ведь здесь можно элементарно заблудиться. Не говоря уже о такой опасности, как “коллекторная волна”. Вас смоет, как бычок в унитазе.

Так вот, место. Мы нашли скрытую гнилыми досками и белесым налётом, который тут в пещерах повсюду, дверь, под вывеской в виде яблока. Яблоко это было обломано с краю. Возможно, результат каких-то катаклизмов, обвала или чего-то в таком роде. Но главное - на двери был замок в виде кнопок с цифрами. А, не в виде крутящегося циферблата, как на обычных телефонах. Само статичное расположение кнопок на металлической панели говорило об особенном происхождении технологии.

Но каков пароль?

Егор не без основания предполагал, что мы его не отгадаем, ведь он может быть сколь угодно сложен.

- Его придумали инопланетяне! - воскликнул он. - Код может состоять из восьми, да что там восьми - шестнадцати цифр!

Я молчал. А Саша подошла и нажала четыре цифры. И все четыре были нулями.

- О, Боже! - патетически воскликнул наш друг. - Ты сама в это веришь?

Саша пожала плечами и нажала четыре единицы подряд. Что-то громко щёлкнуло. Она потянула за ручку, и дверь поддалась. У нас перехватило дыхание.

Что мы ожидали увидеть? Хрустальные саркофаги с мумиями инопланетян? Или не с мумиями, а с вполне живыми гуманоидами, вроде нас? Огромную вычислительную машину?

То, что мы увидели, больше всего напоминало прилавок. Естественно, товары, если их можно так назвать, были абсолютно не тем, что мы ожидали. Даже близко. Из чего-то такого, что мы могли хоть с чем-то связать из нашего мира, были только предметы, похожие на шлемы и на очки. А больше всего нас поразили небольшие, полностью прозрачные пластины. Очень тонкие, величиной с ладонь. Без каких-либо надписей. Их предназначение оставалось абсолютной загадкой. Но самым неприятным было то, что все эти предметы оставались абсолютно мертвы. Не мигали лампочки. Не горел свет. Ничто не жужжало и не откликалось на касания.

- Села батарейка, - констатировал я.

Из всего увиденного на поверхность мы решили взять именно прозрачные пластины. Я не знаю, почему. Может быть эта была загадочная смесь обычного и загадочного. Любой сторонний наблюдатель мог бы принять их за обрезки стекла. Только мы знали тайну их происхождения.

Только оказавшись на поверхности, мы решили достать пластинки и рассмотреть их при солнечном свете. И тут они ожили! Взятое в руку вещество расплавилось, потекло. Прилипло ко внутренней части ладони. Слилось с ней и стало незаметно. Оно загоралось только если хозяин пальцем другой руки тыкал прямо в ладонь. Загоралось разноцветными огнями. А ладонь превращалась в экран. В окно в другой мир, полный неизвестной информации и живущий своей особенной жизнью.

***

“Информационная гигиена не менее важна, чем физиологическая. Мы это не только то, что мы едим. Мы - это то, что мы думаем. О чём мы думаем. Какой информационный продукт потребляем: что смотрим, что читаем. Именно поэтому так много желающих засрать нам мозги.

Именно поэтому, так важно обладать критическим мышлением. Что это такое? Это умение задавать вопросы. Не обязательно вслух. Можно про себя, когда информации особенно много, как сейчас.

Когда что-то слышите, первый и самый главный вопрос: а насколько это правда? Это факт? Ведь оратор может элементарно врать.

Затем нужно спросить: а кто тот, кто это утверждает? Какое право он имеет так говорить? Он специалист в данном вопросе? Насколько он объективен? Ведь если он говорит о ком-то, может быть он просто враг того человека или целой группы людей.

И главный вопрос: зачем он это говорит? Может быть он манипулирует, преследует свои личные корыстные цели? Этим вопросом надо задаваться всегда, когда слушаете или читаете что-то. Даже сейчас.”

Пожалуй, это было единственная интересная мысль, которую я нашёл во всём этом информационном многообразии, что нахлынуло на нас с наших ладоней. Ещё радовало то, что я оказался прав - это были остатки другой, более развитой цивилизации. Причём, человеческой.

Оказалось, что с помощью приспособлений, которые слились с нашей кожей так, что никто кроме нас не мог их заметить, можно не только читать, писать и переписываться друг с другом. Оказалось, что можно фотографировать. И, что самое интересное, подключиться к чему-то вроде картотеки, где люди вели свои дневники и сообщали сведения о себе.

Большинство подобных карточек были “мертвы”. Люди явно не пользовались ими долгое время. Вероятно, в результате потери такой технологии. Но некоторые были живы. Мы ещё не поняли, каким образом. Возможно, они где-то скрывались. Пользователи. Возможно, об этих технологиях знало больше людей, чем нам казалось. На всякий случай, мы тоже не стремились афишировать свои находки. Тем более, что в нашей субкультуре “искателей”, как называли себя мы и нам подобные, существовали и отрицательные персонажи - люди в чёрном. Те, кто мешают. Те, кто стоят на пути к правде, к знаниям.

Я, конечно, преувеличил. Это была не единственная достойная мысль в этом облаке информации. Но сейчас вы поймёте почему. Отношения внутри нашего тесного кружка изменились. Я узнал своих друзей с новой, неожиданной стороны. Саша полюбила делиться с нами фотографиями своей еды. Не понимаю, зачем? А также автопортретами, которые она делала повсюду. Не только направляя ладонь со встроенным объективом на себя, но и повернув его к зеркалу. Доходило до смешного - она делилась такими автопортретами прямо из уборной. Саша, конечно, очень симпатичная девушка, но всё же… Дальше - больше. Наша подруга начала делать такие снимки в полный рост, повернув в сторону зеркала пятую точку и слегка (а часто и очень сильно) оттопырив её.

С Егором дела обстояли ещё хуже. Кажется, он утонул в потоке бессмысленной и противоречивой информации. Мысли его были путаны, а высказывания эксцентричны. Он начал ставить под сомнения самые, казалось, очевидные исторические факты, во всём ища подвох и двойное дно. Подвергал остракизму самые святые и трагические события. Дошло до того, что он начал делить нас по каким-то, одному ему понятным, национальным признакам. Называть какими-то, как подразумевалось, обидными прозвищами. А в конце концов заявил, что мы неправильно используем предлог “в” и “на”.

Через несколько дней мне всё это надоело. Я назначил сбор группы для того, чтобы обсудить происходящее. Но что-то пошло не так с самого начала. Если бы это происходило не в парке на окраине города, то сторонний наблюдатель очень удивился бы, заметив, что три человека стоят рядом друг с другом и молча смотрят себе на левую ладонь. Конечно, никого не удивишь тем, что в кафе незнакомые люди могут сидеть за столиком, уткнувшись каждый в свою газету, или даже отцами семейств, читающими прессу за обеденным столом и не разговаривающими со своими детьми и женой. Но ладони - это что-то новенькое.

Так бы всё и закончилось, если бы откуда-то из леса не вышел и не привлёк всеобщее внимание человек в зелёно-фиолетовом клоунском наряде.

***

- Так вы говорите, что были заморожены? - прищурился, насколько позволяли стёкла очков, Егор. - Но я как раз недавно читал, что эта услуга для мертвецов. Замораживали умерших, чтобы потом, когда технологии позволят, бороться с болезнью, разморозить, оживить и вылечить.

- Это на заре крионавтики, - уточнил незнакомец. - Собственно, таких людей даже крионавтами назвать нельзя. Так, пробы пера. Это было тогда, когда ещё понятия не имели, как будут размораживать. Я же, как видите, не молод, но и не мертвец. Просто в моё время люди уже бывали везде. Путешествия превратились в своеобразный культ. Я вот бывал в космосе. А потом решил отправиться в будущее. Стать крионавтом.

- Простите, вы сказали космос? - спросила Саша.

- Ну, да, - ответил человек. - А что?

- Но мы не летаем в космос, - вздохнул я.

- То-то я смотрю, - сказал он задумчиво. - А какой, простите, сейчас год?

- 1947-ой, - ответил я. - Но это по нашему летоисчислению. А вы из другой человеческой цивилизации. С тех пор мы наверно вернулись и в каменный век и вот опять...

- Странно, - удивился он. - А по моим данным 2344-ый. Но ведь если бы меня разморозили сильно позже, чем положено, и, предположим, моя цивилизация была бы уничтожена, мы бы с вами, как минимум, говорили на разных языках. А вы, я смотрю, говорите на русском и пользуетесь этим.

Он кивнул на мою левую ладонь.

- Это мы нашли случайно, - ответила Саша, - под землёй. Там ещё много чего непонятного было.

Егор толкнул её в бок.

- Ты чего? - удивилась она. - Действительно думаешь, он один из этих… в чёрном?

- Из кого? - удивился крионавт.

- Может я попал в прошлое? Как на машине времени? - продолжал размышлять он. - Так вы говорите, война недавно закончилась?

- Какая война? - удивился я.

- Великая Отечественная. Да хоть Вторая мировая. Если это 1947-ой год, она должна была закончиться два года назад.

- Никакой войны не было два года назад, - отрезал Егор. - А может вы отведёте нас туда? Ну, откуда пришли? А мы там ещё артефактов найдём.

- Хорошо, - легко согласился незнакомец. - Только я дорогу не запомнил. Откройте, пожалуйста, карту. Поищем.

- Какую карту? - удивился Егор. - У меня нет с собой карты.

- А вот же, - и крионавт наклонился над ладонью нашего друга. - Нажмите сюда и сюда. Не видно. Просто зелёное поле. Странно, но шёл не так долго. Может спутник не ловится. Мало ли что могло произойти…

- Спутники? - опять удивилась Саша.

- Ну да. Искусственные. Земли.

- Послушайте, - Саша, кажется, окончательно осмелела, - а почему эти наши наладонные аппараты заработали только на поверхности? 

- Я могу только догадываться, - пожал плечами незнакомец. - У нас энергия давно передавалась беспроводным путём. Может где-то сохранились вышки. А может аппараты уже черпают энергию прямо из атмосферы. То же касается и связи. Вообще, вышки в наше время уже были необязательны. Связь шла от смартфона к смартфону. Каждый являлся ретранслятором. Что-то вроде общего клауда. Нейронной смарт-сети.

Мы молча переглянулись. Понятно было далеко не всё, но чёрт побери, как интересно!

- Отведите меня туда, где вы всё это отыскали, - попросил крионавт, - может я смогу быть полезен. Разберёмся с остальными гаджетами. А, заодно, найдем то, что поможет отыскать криокомплекс, откуда я вышел.

Мы посмотрели на Егора. Он молча кивнул.

***

Мои новые знакомые: Егор, Саша, и этот парень… как его… Ян, кажется, скорчившись лежали на полу. Причиной тому был человек в старомодном чёрном костюме и таких же тёмных очках, застывший в проёме двери, что вела в помещение, которое показывали мне ребята. Наверно, он следовал за нами. И, возможно, у него было беспроводное шоковое оружие. Хотя в его руках я не видел ничего, кроме кожаной папки. Такое ощущение, что он пришёл сюда из банковского офиса времён моего детства.

- Ты кто такой? - запросто обратился я к человеку. - Что здесь происходит?

Что интересно, его джедайские штучки на меня не действовали.

- Ничего особенного, -  просто ответил он. - Слежу за исполнением Кодекса Тесла.

- Что?! Что это за ерунда?

- Ты наверно обратил внимание, что будущее, куда ты попал, больше напоминает условную середину двадцатого века? - также панибратски ответил обладатель костюма. - Нет даже телевидения. Не говоря уже о всём том, что окружало тебя в момент заморозки.

- Да уж, сложно не заметить.

- Но ты не ошибся, - продолжал он. - Это - действительно будущее. Просто было принято решение об опасности свободного распространения технологий. Знание - это не только инструмент, но и оружие. А неподготовленное к нему человечество хуже мартышки с гранатой. О чём-то таком догадывались величайшие умы. Мысли о том, чтобы скрыть свои открытия были у Эйнштейна и Оппенгеймера. Но только Тесла нашёл в себе силы скрыть технологию беспроводной передачи энергии. Это помогло, но лишь на время. Вот поэтому кодекс подобных ограничений был назван его именем. А я один из тех, кто следит за его исполнением. Слишком много артефактов всё ещё раскидано тут и там.

- Серьёзно?! Это же средневековье какое-то. Вы бы ещё инквизицию ввели! Костры, сожжения книг.

- Сожжения книг не понадобилось. Достаточно отключить wi-fi.

- А как же всё то хорошее, что даёт цивилизация? Образование! Медицина! - я постепенно заводился.

- Образование? Да несмотря на практически неограниченный доступ к информации уже в твоё время были люди, которые считали, что от нас скрывают, что планета - плоская. Находились принципиальные противники вакцинации. Не определённой вакцины или производителя, а этого института в целом! - парировал оппонент. - Доступность информации не означает умение ею пользоваться. Человечество не созрело. Не выросло. А теперь прибавь к этому опасность. Да, как это ни банально, я говорю в том числе и о ядерном оружии. Если ружьё висит на стене, оно рано или поздно бахнет. И не помогут никакие ПРО и договоры по сокращению. Не говоря о такой эфимерной вещи, как взаимное гарантированное уничтожение. Уничтожение кого? Те, кто отдал бы подобный приказ, не собирались рисковать. Они бы выжили. А что касается всего остального? Бактериологическое, биологическое оружие. Вирусы. И не только компьютерные, а и ментальные. Ты знаешь, до чего вы доигрались? Рождение бесполых детей, уничтожение института семьи. Добровольный уход в виртуальные могилы. Деградация живого общения. Социальное оценивание. Войны с собственными клонами и ограничение прав искусственного интеллекта. Если бы я не остановил это - вы бы погибли под грузом собственных изобретений.

- Жрецы Древнего Египта тоже считали, что знание принадлежит только им. В таком случае: маломальский катаклизм, пожар в библиотеке, и технологии утеряны. Особенно без движения в массы. Развитие невозможно без свободного распространения информации. Неоткуда будет взяться Ньютонам, изобретателям, если нет обмена идеями, обучения, чтения.

- А ты думаешь прогресс остановился? Думаешь, всё уничтожено? Да, простым людям мы оставили только хорошее. Литературу, антибиотики. Не загнали в каменный век. Технологии сохранились. Мы летаем в космос. Я приехал сюда на электрокаре. Энергетическая сеть на месте.

- Ты всё время говоришь “мы, я”, - встрепенулся я. - Да кто мы? Кто ты такой? Как ты вообще нас нашёл? Я так понял, здесь связи нет.

- Я проследил включённый смартфон, - ответил человек в чёрном. - Но не стал “брать” сразу. Следил, хотел, чтобы привели сюда. И они привели. Тебя.

- А тебя?

- Я - это ты, - просто сказал он. - Я не человек. Я - искусственный интеллект, который взял на себя ответственность за судьбу человечества.

- А это просто синтетическое тело.

И костюм указал на себя.

- А я-то тут причём? - возмутился я.

- Самый хороший шпион тот, кто не подозревает, что он - шпион.

С этими словами оппонент раскрыл свою папку, а в ней оказалось обыкновенное зеркало. Я посмотрел и увидел своё отражение - человека в чёрном костюме и чёрных очках.

“Знаешь, - сказал я сам себе, глядя на гротескные фигуры людей у своих ног, - они же, как дети. Неразумные дети, которые может быть даже случайно, смогли создать нечто разумнее, чем сами. И я должен о них позаботиться. Научить. Оградить. Пусть даже от самих себя. А чему прежде всего нужно учить детей? Нет, не только арифметике и грамматике. Нужно учить контролировать эмоции, чтобы не стать их рабом, бороться со стрессом, депрессией, учить разрешать конфликты и разговаривать с мудаками, чтобы не было психологии жертвы. Учить быть сильным (во всех смыслах), учить постоять за себя, а не заниматься саможалением. Научить, прежде всего, просто радоваться жизни, а если удастся помочь, найти своё дело, призвание, считай, что всё, что от тебя зависит, ты сделал.

Разве главное, чтобы ребёнок знал и умел всё на свете? Куда важнее, чтобы он просто был счастлив”.
(c) udaff.com    источник: http://udaff.com/read/creo/142130.html