1
СЕКС ВИДЕО
Этот ресурс создан для настоящих падонков. Те, кому не нравятся слова ХУЙ и ПИЗДА, могут идти нахуй. Остальные пруцца!

Предновогоднее искушение

  1. Читай
  2. Креативы
Утро. Отец Досифей идёт по свежему снегу и осматривает хозяйственную территорию около гаражей. Заглядывает в каждый угол. Проверяет — всё ли хорошо лежит. А как же, ему положено, он эконом монастыря.

Пустынно. Сегодня рабочих нет. 30 декабря. Мирские отпущены на новогодние праздники.
Я иду из бани. Отец Досифей увидел меня. Его суровое лицо подобрело. Своих, экономских, он любит и в обиду не даёт. Мы у него, как у Христа за пазухой.

— Батюшка, говорю, благослови.

Благословляя, отец Досифей спросил:

— Виктор, как там у тебя на складе? Всё хорошо?

— Да, кажется, говорю, всё нормально.

— Снега, говорит Досифей, ночью много навалило. Убери возле склада. А то после Нового года не подойти будет.

— Хорошо, говорю, до обеда уберу.

— А как там, — спрашивает Досифей, — твой новый помощник?

Новый помощник — это Саша с Курска. Его привёл на Центральный склад Вонифатьев, вольнонаёмный кладовщик, духовное чадо отца наместника. Где он его откопал — не знаю. Знаю одно — Саша в свободное от послушания время работает на огороде у Вонифатьева.

— Да, нормально, — говорю, и пошутил. — Трезвый пока приходит.

— Угу, — сказал эконом и пошёл дальше осматривать территорию.

Я живу в угловой башне. Её зовут экономской. Потому-что обитатели её — сотрудники экономской службы. В башне имеется три этажа.
На первом этаже кабинет снабженца Сергия Мариупольского.
На втором — моя келлия и келлия Сергия Ульянова, который был кладовщиком дровяного склада и мастером бригады лесорубов.
На третьем этаже — Лёха Серба, инструментальщик.
Всё. Больше никого. Нам люто все завидуют. Даже монахи. Живёшь себе на отшибе. Никто не кантует на уборки и переборки овощей. Вид из окна на реку под откосом. Красота.

Зашёл в келлию, бросил вещи. Взял лопату.

— Ты куда? — спросил Ульянов из-за стенки.

— Снег убирать.

— Досифею на глаза попался? — Догадался Ульянов.

— Ага, — говорю, — да я и сам бы пошёл. Снега много выпало.

Ульянов вздохнул за стенкой. Он не сторонник физических нагрузок. И вообще он очень страдал. Из-за своей фамилии. Особенно, когда Мариупольский орал на всю башню с первого этажа: «Эй, Ленин, у тебя зелёный чай есть?»
Поскорей-бы его в иноки постригли, чтобы все забыли про его фамилию. Давно он здесь, около десяти лет. После института пришёл.

Подхожу к складу.
Вижу — что-то неладное. Свежих следов много натоптано. Дёрнул дверь — закрыто, но голоса слышны. Постучал — затихло всё. Достаю ключи, открываю.

На меня пахнуло перегаром и табачным дымом.
Захожу. За моим столом у двери сидит новый помощник Саша, с Курска который. Испуганно смотрит на дверь.

— Фу, — говорит он. — Я уж думал это Досифей!

Язык у него заплетается. На столе солёные огурцы, початая бутылка водки. Кругом валяются окурки.

— Ты не офигел, — говорю, — курить на складе, где всё заставлено растворителем и ацетоном?

— Саня! Кто там пришёл? — раздался голос Серёги Яцелека.

Яцелек — бывший джанкойский бандит. Покаялся и ушёл в балаклавский монастырь. Потом приехал сюда. Он работает на конюшне. Хорошо режет параманные кресты из можжевельника, которые продаёт в иконной лавке.

Я прошёл на голос.
Яцелек лежал на втором ярусе складского стеллажа. На третьем ярусе храпел младший брат моего непосредственного начальника Вонифатьева, Мишка.
Мишка весит около ста тридцати килограммов. И ростом метр восемдесят.

— Серёга, — говорю Яцелюку, — вставай. Досифей по территории ходит. Может зайти сюда.

— Какой нахуй «вставай», — пробормотал он, не открывая глаз.

Заворочался Мишка Вонифатьев. Стеллаж заходил ходуном.

— Чё? Кто здесь? Выпить есть? — сказал он, потом свесил голову и пьяно уставился на меня.

Вонифатьев-младший — келейник отца наместника, архимандрита Венедикта. И хотя он только кандиат в братию, даже иеромонахи лебезили перед ним.

— Чё, сдашь нас? — спросил он и усмехнулся.

— Миша, — говорю, — лучше уходите по-хорошему.

— Да пошёл ты… — лениво сказал Мишка.

Хлопнула дверь. Зашёл иеродиакон Амвросий, тот самый, который выпил настойку календулы на техническом спирте. С ним послушник Ромка Спирин, хохол с Донбасса.

— Парни, — сказал Амвросий, — там Досифей шарится, чуть меня не спалил.

Амвросий увидел меня.

— А, Витюха, привет. Как дела?

Говорит, а сам глаза прячет.
Ромка Спирин, весёлый хохол, ржёт. Ему смешно. Он ставит на стол ещё бутылку водки.

«Ничего себе, — думаю, — сходняк!»

— В общем так, — говорю, — после обеда прихожу — вас нет.

Вышел я из прокуренного склада и занялся уборкой снега.

После обеда всё осталось по прежнему.
Только Яцелек и Мишка слезли со стеллажа и сидели за столом, закусывали. А послушник Ромка Спирин и Амвросий улеглись на их местах. Видать, сморил сон и палёная водка.

Молча разворачиваюсь и ухожу.
Что делать? Вот так сказать эконому? Завтра же в монастыре их не будет. Эх!

— Ну, что убрал снег? — спросил Ульянов через стенку, когда я пришёл в башню.

— Убрал.

— Чё злой такой? — говорит Серёга.

— Да там у меня пьянка на складе.

— Вот ничего себе! — сказал Ульянов и зашёл ко мне в келлию. — Что делать будешь? Досифею скажешь?

— Думаю…

Серёга поправил очки и сказал:

— Иди к старцу Илию. Он братский духовник. Если сразу Досифею скажешь — всех монахов против себя настроишь.

Ха, легко сказать «иди к Старцу». К схи-игумену Илию едут люди со всей России. Кто за благословением на какое-нибудь дело, кто за советом. Кто просто посмотреть на великого молитвенника.
Но делать нечего, пошёл. Эти непрошеные гости склад спалят. А там рядом пекарня, свечной цех…

Подошёл к братскому двухэтажному корпусу. У меня электронного ключа нет. Стою. Жду когда кто-нибудь из монашествующих будет заходить или выходить.
«Хоть бы, — думаю, — старец в келлии был».
Смотрю, приближается послушник Андрей Брынза, молдаванин.
Идёт улыбается. Брынза, по-моему, святой человек. Ни разу не видел чтобы он рассердился или плохое слово сказал. А послушания у него разные были: пекарь, дояр, трапезник.
Не от мира сего.

Скажет бродяга, который милостыню просит у монастырских ворот: «Андрей, пожрать дай чё-нить».
Тот пойдёт в братскую трапезную, наберёт на поднос лучшей еды и несёт это через весь монастырь.
«Андрей, кому несёшь?» — спрашивают его, а тот только улыбается в ответ.
Ну, думают, батюшке несёт, заболел кто-то из братии. А он бомжу — на, держи.
Доставалось ему на орехи за такие поступки, а он спокоен, видно, что хорошо ему на душе.

— Андрей, — говорю, — мне старец нужен позарез.

— Зачем?

Рассказал зачем. Брынза кивнул и ушёл.
Ну, думаю, этот блаженный сможет. Ему побарабану на эти кордоны, которыми оградили Старца келейники и духовные чада.

Возвращается.

— Пошли, — говорит.

Поднимаемся на второй этаж. В коридоре стоит Старец Илий в застиранном подряснике подпоясанным афонским кожаным поясом. Невысокий. Согбенный. Длинная борода. Но глаза живые.

— Что там у тебя, Виктор, на складе случилось?

Рассказываю. Старец внимательно слушает, перебирая вязанные чётки.

— Тише. Тише, Виктор, говори, — сказал он, когда я разошёлся. — Услышат.

Потом сказал: «Подожди» и скрылся в келлии. Вышел в драповом пальто и с палочкой: «Пошли на склад».

Брынза остался, а мы со Старцем направились на Центральный склад. Схи-игумен резво идёт, еле успеваю за ним. Хорошо, что стемнело. А то бы узнали Старца, сбежались бы все тётки приехавшие на паломнических автобусах.

Когда мы зашли на склад, все спали на стеллажах, сбросив товар на пол.

— Лесенка есть? — спросил Старец.

Я разложил стремянку. Отец Илий ловко поднялся по ней и стал дёргать за ногу Яцелека.

— Сергий! Сергий!

Тот сквозь сон борматал:

— Пшол вон! Да иди ты нахуй, заебал уже!

Потом открыл глаза и увидел перед собой Старца Илия.
Конюх потряс косматой головой. Посмотрел ещё раз. Точно, перед ним Старец.
Яцелек всё понял. Он свесился со стеллажа и заорал мне:

— Ты чё! Охуел?! Ты зачем Старца привёл?!

Хлопнула дверь в другом конце склада. Это продуманный иеродиакон Амвросий дал дёру.
Пьяный послушник Ромка Спирин истерично засмеялся: «Старец пришёл! Сергий, говорит, вставай! Ха-ха-ха!»
Проснулся и Мишка Вонифатьев. Тяжёлым взглядом смотрел на меня сверху.
Мой помощник, Саша с Курска, спрыгнул со стеллажа и не знал что делать. Он никогда так близко не видел знаменитого Старца Илия.

— Сергий, Михаил, слазьте с полок. Идите по келлиям, не пейте больше — увещивал их старец. Я держал стремянку, чтобы он не упал. — Господь не пощадил монастыри когда коммунисты пришли к власти из-за того, что там монахи так же творили непотребства в царские времена. Идите в келлии, я никому не скажу. Я не администратор, я духовник. Потом приходите ко мне на исповедь.

Но Яцелек лёг на спину и закрыл глаза.

— Если вы не прекратите, — продолжал Старец, — Виктор должен будет сообщить эконому. Это его долг. Имущество - монастырское. Сергий, ты слышишь меня?

Сергий молчал. Он был поражён моим поступком.
Старец вышел, я за ним следом.

— Что делать, батюшка? — спрашиваю.

— Через час, если не уйдут — звони Досифею.

Потом благословил меня и сказал:

— Ты сделал всё правильно, Виктор.

Я пошёл в келлию.

***

— Час прошёл, — сказал Ульянов через стенку.

Я встал с постели. Вышел в коридор и посмотрел в окно. Отсюда видно склад. Там горел свет.
Не ушли, значит.
Поднимаю трубку телефона.

— Алло. Батюшка…

— Бог благословит, — перебил меня игумен Досифей. — Что случилось, Виктор?

— На складе пьянка.

Досифей молчит. Потом спрашивает:

— Ты сразу мне позвонил?

— Нет, — говорю, — Старца Илия привёл сперва.

— Что он сказал?

— Если через час не уйдут, позвонить вам.


Я видел из монастырской башни, как Досифей энергичной походкой шёл на склад.

Наместник выгнал всех. Даже своего келейника, Мишку Вонифатьева.

барон Мюнхаузэн , 06.10.2017

Печатать ! печатать / с каментами
Камрады, сайт очень нуждается в вашей помощи. Если можете, поддержите нас. Наши реквизиты вот здесь. Заранее большое вам спасибо.

Ваша помощь

ты должен быть залoгинен чтобы хуйярить камменты !


1

вуглускр™, 06-10-2017 11:49:02

все цпят!

2

Пробрюшливое жорло, 06-10-2017 12:26:40

досифей-дорофей

3

Пробрюшливое жорло, 06-10-2017 12:26:45

замкну

4

ляксандр...ВСЕГДА,,,, 06-10-2017 12:59:52

аффтырь. монахам в монастыре зарплату платят?

5

Фаллос на крыльях, 06-10-2017 13:24:17

ответ на: Пробрюшливое жорло [2]

>досифей-дорофей
дорофей-доро пешь

6

13k, 06-10-2017 13:58:30

монастырские будни? такой сцуко производственный роман. с увольнение по статье за пьянство.

7

вуглускр™, 06-10-2017 14:11:48

ответ на: 13k [6]

чо правда? ну нах, четать не буду

8

Гринго, 06-10-2017 14:12:38

Прочёл с интересом

9

Rideamus!, 06-10-2017 14:29:42

уже говорил: на изюмбрю смахивает
так же занудно и с излишними подробностями

10

праходчик мима, 06-10-2017 17:38:19

http://www.youtube.com/watch?v=1ASsYgSiXnQ

11

alexeygagach, 06-10-2017 22:25:21

Охуенно. Всегда читаю.

12

Нэкосан, 06-10-2017 23:54:56

фсио правильно сделал

13

чытыре, 07-10-2017 09:54:24

автор уважаю..весело у вас там..пешы не пропадай.

ты должен быть залoгинен чтобы хуйярить камменты !


«- Да я знаю, я ж не про мертвую трахнуть. А еще я бы Канделаки засадил или этой, из Comedy Woman, худой носатой. Или их бы двоих выебал, по очереди. Или так: одна сосет, а другая курит в кресле. А потом бы поменялись. Леха мечтательно засунул руку в карман и начал там усиленно что – то искать. Повисла неловкая пауза.»

1
1

«Марс-хуярс этот ваш — похуй вообще! Первые то всё равно мы! И белка блять сука — наша, и Стрелка, в рот бы её заебать, тоже! А на луне не было вас, хуесосов! Армстронг-хуярмстронг пиздобол ваш! На компьютере всё нарисовали, янки хуевы! А мы были! Вон и луноход до сих пор стоит. В бинокль видно же! Где ваш Армстронг? Не видать! А нашего — видать! »

— Ебитесь в рот. Ваш Удав

Оригинальная идея, авторские права: © 2000-2017 Удафф
Административная и финансовая поддержка
Тех. поддержка: Proforg