Президент в Израиле занимается исполнением церемониальных обязанностей главным образом. Еврейская королева Англии своего рода. Подмандатная Палестина, став Израилем, многое скопировала со своей бывшей метрополии. Избирают такого президента тайным голосованием 120 депутатов Кнессета.
Срок президентских полномочий — 7 лет. Стать президентом Израиля может каждый. Будь он хоть негром преклонных годов. Для этого ему нужно предоставить спикеру Кнессета подписи как минимум 10 депутатов о том, что они за него ходатайствуют.
Десятый президент Реувен Ривлин родился в 1939 году в Иерусалиме в семье профессора-востоковеда Йоэля Ривлина. В профессора Йоэль подался закончив карьеру командира военизированной организации «Иргун» в Ришон-ле-Ционе.
Реувен Ривлин пошел по папиным стопам, пройдя военную службу в одном из подразделений израильской военной разведки. По этой линии он трудился и в дальнейшем.
После окончания разведческой карьеры он занялся политикой и впал в вегетарианство, чем и занимается последние 35 лет. Это его младший брат, Йосеф (Сефи) Ривлин, после окончания разведческой карьеры стал известным в Израиле комиком. Может быть поэтому он счастливо избежал вегетарианства.
Как человек Реувен Ривлин мне симпатичен. Например потому, что в 2011 году, будучи спикером Кнессета, Ривлин постановил ежегодно проводить заседание, посвященное геноциду армян. Это создало серьезное напряжение в отношениях Израиля и Турции. Поэтому Шимон Перес, к примеру, так бы никогда не поступил. А вот Ривлин поступил по совести, а не по политической конъюнктуре.
А они вообще очень разные, девятый президент Израиля Шимон Перес и десятый Реувен Ривлин. Перес — это символ Тель-Авива, а Ривлин — символизирует собой Иерусалим. Разница мировоззренческая, фундаментальная.
Тут я судья объективный, так как сам не принадлежу ни к той, ни к другой культуре. Я, по своим жизненным воззрениям, житель провинциальных приморских городов. Всех этих «русских» Хайфы, Хадеры, Натаньи, Ашдода, Ашкелона. То есть именно того, что и является израильской глубинкой. Иерусалим и Тель-Авив нам не указ, хотя мы смотрим на них снизу вверх, конечно. Объясню в чем разница между иерусалимцами и тель-авивцами.
Иерусалимец — он скорее убежденный иудей, чем еврей. Образование он получил классическое, гуманитарное. Он бедноват, но погружен в культуру. То есть в хасидской шляпе, но без штанов. Вернее в штанах, конечно, но доставшихся ему от дедушки. Он живет в мире еврейской культуры и нееврейский мир ему просто неинтересен.
Иерусалимец и создал город Иерусалим.
37% из 815 тысяч жителей Иерусалима составляют арабы, а полумиллионное еврейское население состоит преимущественно из ультра-ортодоксов и религиозных семей. Светские евреи составляют лишь 20% от еврейского, то есть менее 13% общего населения израильской столицы. И их доля продолжит сокращаться. 66% иерусалимских детей младшего школьного возраста ходят в негосударственные религиозные школы, а в начале 2000-х годов эта цифра составляла 56%.
В отличие от остальной страны, рождаемость в еврейском секторе Иерусалима выше, чем в мусульманском, и эта разница продолжает увеличиваться, потому что рождаемость в арабском секторе стремительно падает, а в среде религиозных евреев не меняется.
Еврейская жительница столицы Израиля в среднем производит на свет 4,34 ребенка, для средней мусульманки этот показатель равен 3,62. В целом по Израилю рождаемость в секторе «евреев и прочих» составляет 2.95 ребенка на каждую женщину, а в мусульманском — 3,55.
Впрочем, рождаемость в мусульманском секторе в Израиле стремительно падает и где-то в году 2020 сравняется с еврейской среднеизраильской.
Иерусалим, город и его жители, не похож не на что и плывет во времени и пространстве никак, в общем, с ними не соприкасаясь. На иврите нельзя сказать «приехал в Иерусалим». В Иерусалим можно только подняться или из него спуститься. Что верно, кстати, буквально.
Иерусалим находится на горном перевале. Если вы едите из Иерусалима в сторону прибрежной низменности, то есть в Тель-Авив, то, при выезде из Иерусалима можно смело выключить двигатель. Машина полдороги будет сама катиться сверху вниз.
Иерусалим уникален в своем роде. Он своего рода мост между Азией, Африкой и Европой, между Востоком и Западом. Кроме того Иерусалим — это «город, который является связующим звеном между Богом и людьми, и мостом между небом и землей, между духовным и материальным». Именно из Иерусалима вознеслись на небо Иисус и пророк Мухаммад.
Треть населения города составляют евреи, придерживающиеся традиции (масоратиим), треть – глубоко религиозные, или «ультраортодоксальные» евреи (харедим) и треть просто евреи, которые религиозными  моментам не озабочены, а живут здесь — потому что им здесь комфортно.
«Подняться в Иерусалим» и «спуститься из Иерусалима» имеет и иносказательное значение, понятное каждому израильтянину, да и каждому, знакомому с еврейской культурой. Говорить на высоком литературном языке, жить в культуре, в традиции, следовать нормам морали по отношению к семье и народу — это Иерусалим.
Иерусалимец — это прирожденный эстет в 18-ом поколении. Мусор он идет выбрасывать в строгом костюме-тройке и галстуке в цвет. Другой одежды у него в принципе нет.
Тель-Авивец не та-аков! Он происходит если не от сохи, то уж из самой народной гущи — 100%. Одет он исключительно в сандали без носков и шорты с глубоким вырезом на заднице. С погодой это никак не связано, это вопрос образа жизни и политическая демонстрация. Если ты не скачешь — ты москаль, если не в сандалиях на босу ногу и не в шортах — ты не тель-авивец.
Израильский суд — это оплот тель-авизма. Если сидя в зале во время судебного заседания вы начнете читать книгу — вас выведут из зала за оскорбления суда. На свою первую работу в Израиле я пришел в костюме. От меня бросались в сторону, как будто я прокаженный, хотя это была психбольница, а не лепрозорий.
Мой начальник отвел меня в сторону и объяснил, чтобы сейчас я шел домой, а завтра пришел одетый как нормальный человек — сандалии на босу ногу и пусть, если меня это коробит, не шорты, то по крайней мере джинсы. Мол, я стесняюсь волосатости своих ног. Хотя мужчине стеснять чего бы то ни было, по мнению моего израильского начальства, это не к лицу. С той беседы прошло много лет, но я до сих пор испытываю горечь за то, что после этих слов тогда  не написал у него в кабинете.
Иерусалимец читает в любую свободную минуту. А что еще в это время делать?
Политические воззрения жителя Иерусалима и Тель-Авива взаимоисключающи. Иерусалимец считает, что Палестина принадлежит евреям и этот вопрос в принципе не является предметом обсуждения.
Тель-Авивец не таков! Тель-Авивец считает, что арабов можно купить, просто для этого им нужно передать Палестину и тогда наступит МИР. Правда арабы этого пока не понимают, поэтому с ними нужно говорить, причем непрерывно. Процесс этого непрерывного разговора на тему «давайте уговорим арабов поговорить о МИРе» называется «Мирным Процессом».
У Мирного Процесса, как у революции, есть начало но нет конца. Не желающие участвовать в разговоре о необходимости говорить с арабами называются «Врагами Мирного Процесса» или «крайне правыми».
Им нужно не забыть и не простить убийство Ицхака Рабина. В беседе тель-авивец участвует все время, но не участвует никогда, потому что слушает только себя и собеседник его раздражает самим фактом своего существования. Если собеседник плюнет ему в лицо, то он не просто не среагирует на это обстоятельство, но даже его не заметит.
Если иерусалимца интересует только то, что касается евреев, то тель-авивца интересует абсолютно все, лишь бы к евреям это не имело никакого отношения. Это могут быть гомосексуализм в среде кондоров, судьбы негров-блондинов в Танзании, что угодно. Но если кондоры-гомосексуалисты или блондины-негры не имеют отношения к евреям, то значит у них есть неотъемлемые права, которые нуждаются в защите. И в эту защиту тель-авивец встанет. Обязательно во всеуслышание.
Тель-авивца интересует и какова вероятность того, что он станет танцовщиком в Большом театре? И будет ли он петь там арию Ленского? «Правопреемником Киевской Руси было Галицко-Волынское княжество. Все, что было восточнее, было сметено татаро-монголами. Владимиро-Московское государство не было ни наследником, ни преемником Киевского.
Это было другое государство расположенное в другом месте. А в Литве люди, содрогаясь от ужаса, верят, что Россия может войти и в Литву. Но в Кремле не вняли сигналу из Залива. Хотя еще в 1775 году Парижская академия наук постановила не рассматривать проекты вечных двигателей...» И все, и выбраться из этого невозможно.
И масса других животрепещущих вопросов, свидетельствующих о его непроходимом либерализме и непреходящей приверженности либеральным ценностям. А так же о его несломленной безденежьем принадлежностью к интеллектуальной элите. Под либеральными ценностями тель-авивец понимает доброжелательное отношение к варварству вообще и людоедству в частности. А уж антисемитизм тель-авивец просто обожает.
Так вот, Шимон Перес по своему мировоззрению был символом тель-авизма. А  Реувен Ривлин — Иерусалима.