Этот сайт сделан для настоящих падонков.
Те, кому не нравяцца слова ХУЙ и ПИЗДА, могут идти нахуй.
Остальные пруцца!

mr_white :: Dead Space
Пространство поёжилось и взорвалось, рассыпавшись на миллионы искр. Они вспыхнули, озарив на секунду закоулки вселенной, а затем погасли, превратились в золу.
Справа от меня вход в тоннель. Мрачный, как разорванное очко мира. И я бросаюсь в самый центр клоаки мироздания.
Жму Alt.
Лечу, сука!
Лечу внутри каменной кишки. Свод над головой увешан рваными проводами, шлангами, гофрой. Напоминает шахту метро после взрыва.
Вот она – нужная мне дверь. Ещё раз сверяю маркировку. Приземляюсь и с ходу вышибаю её ногой.
Ба-бах!
Ну, а как иначе то? Ведь я крут! И зовут меня Айзек. Айзек Кларк. Ну, или Вадим Дрынов. Кому как нравится.
Теперь я в комнате с гравитационным генератором. Это именно то, что я искал. 
Игра выдаёт постановочный ролик, и я могу малёха передохнуть. Вываливаюсь в RL где у меня есть пара свободных минут. 

Пока неутомимый Айзек Кларк с помощью телекинеза ставит вагон на какую-то вращающуюся херню, его двойник тянется за бутылкой на самом краю стола. 
- Вот блин!
В реале пиво всегда заканчивается в самый неподходящий момент, как хит-пойнты в шутере, только откат посуровей.
Ступни Вадима ныряют в шерстяные тапки, указательный палец давит Esc, после чего наступает томительная пауза в игре.
Три шага в коридор, удар ногой в расшатанную дверь кухни. Айзек Дрынов застыл на пороге. Звучит тревожная музыка.
Та-да-да-даааа!
В холодильнике надгрызенная четвертинка бородинского и остатки паштета, завернутого в товарную накладную. И никакого пива.
- Сука, всё выпил что ль?
От мысли, что придётся тащиться в магазин, у Вадима Дрынова запотели стёкла очков. Но идти надо, иначе выходные будут просраны самым бездарным образом. Завтра суббота, а ещё вся ночь впереди.

Улица встретила скрипом снега из-под ног и стылым ветром в душу. На траурном небе теснились мириады миров. Где то там старина Кларк мочит некроморфов из космической базуки.
Вадик воровато оглянулся, сделал движение, как будто вскидывает плазменный ствол, взял на прицел молодой тополь у песочницы и заорал, что сил было:
- Что, тварь! Чуешь, сука, что пиздец тебе пришёл? Ба-бах! Пиу-пиу-у! Тра-та-та-та-та!
В морозном воздухе звякнула форточка. С высоты третьего этажа протрубил неприятный знакомый бас:
- Ушёл, нахуй отсюда, падла! Спать дай!
Дрынов отпрыгнул в тень и прижался к стене. Не столько от страха, сколько от стыда. Шутка ли – четвёртый десяток. Постоял в сумраке, дождался, пока соседская форточка захлопнется, суетливо закурил и рванул в направлении цивилизации.
Ближайший ночной батискаф был закрыт, и пришлось пилить ещё два квартала до лабаза. Там дороже, но выбора нет.
Дрынов замер у освещенного прилавка, как гуманоид перед каруселью с лошадками. Пролететь миллионы километров, чтобы увидеть это говно. Без малого трое суток провисев на игре, Вадим не сразу вспомнил, что ему было нужно.
- Мне это…
Продавщица теребила губами баблгум. Её накрашенные глаза смотрели сквозь Дрынова.
Красивая, – подумал Вадик.
Девочка и вправду была ничего так. Гиалуронка в губах, колготы в сетку, передничек, все дела.
- Чево?
- Это… - Вадик указал пальцем на то, что именно желает приобрести.
- Это что ли?
Продавщица как будто нарочно подцепила с полки совершенно чуждую Дрынову бутылку и шваркнула её на прилавок. После единственного в его жизни непродолжительного брака Вадим знал, что вступать в пререкания с бабами никак нельзя. Поэтому решил запутать и взять хитростью.
- Ага, она, - согласился Дрынов. - Только это… дайте ещё три. Или нет. Дайте лучше одну, но только в пластике. Два с половиной, акционную.
На плечо Вадика легла тяжелая ладонь и он вздрогнул.
- А не обоссышься, Дрыщ?
Дрынов обернулся и взглянул на солидного мужчину, который так фамильярно озвучил школьное Вадиково погонялово.
- Не узнал, ёпт? Это же я, Сухой, ну! Сушко.
- А… Сухой. Привет.
Сухой был облачён в драповое пальто, шляпу, лаковые штиблеты и охренительный одеколон.
- Пачку парламента!
Сушко бросил на прилавок кроваво-коричневую купюру. От блеска рыжья из-под драпового рукава, Вадик часто заморгал и запотел стёклами. Снял и протёр окуляры.
- Пластик – говно! – Сухой кивнул на уродливую пивную бутылку. И вообще, пиво – это говно.
- Да, уж…-  согласился Вадим.
- Вискарь пей, Дрыщ. На худой конец – коньяк. Только не наш. Наш – говно, - авторитетно заявил Вадиков приятель и подмигнул продавщице.
- Верно я говорю?
Девица хихикнула. Вадик тоже хихикнул, чтобы не показаться идиотом. Вышло не совсем так, как задумывалось.
- Сам-то как? – спросил Дрыщ, чтобы сгладить неловкость.
- На отличненько! Кручусь, все дела. Веришь, времени совсем нет. Вот и сейчас – лечу, брат. Заскочил вот, сигарет купить - закончились. И дальше. Щ-щ-ух! А ты?
- Ну, и я… тоже это… верчусь.
- Молодец!
Сухой врезал Вадику по плечу, пообещал перезвонить и шумно удалился. Вместе с ним на улицу схлынули все звуки, в магазине стало печально, как в похоронном бюро.
- Всё штоль? – раздалось из-за прилавка.
- Всё.
- Двести рублей.
- А чо двести то?
- Потому что. Вот, возьмите.
Гиалуроновая протянула Дрыщу визитку.
- А эт чо?
- Я почём знаю, - пожала плечами девица, - распространяют.
Вадик взял в руки визитку, но прочитать не смог – шрифт мелкий. Сунул её в карман.
- Слышь, это твой приятель? – поинтересовалась гиалуроновая.
В ушах Дрыща прогремела культовая хотелка - «Ах, боже, какой мужчина… я хочу от него сына…» и так далее.
- Ну да, - сказал Дрыщ и ухватил бурую бутылку.
- Прикольный.
- Ну да, - сказал Дрыщ и вышел в метель.

***
Сука, сраный генератор не хотел запускаться. Не хватало одной детали. Айзек Кларк выбился из сил, и Вадик остановил взбесившийся космос.
- Тварь, блять! – сказал Дрыщ, одновременно обращаясь к Сухому, гиалуроновой сучке, соседу сверху, а так же к Айзеку Кларку но в первую очередь к себе любимому.
Вадик отхлебнул из пластика, отставил бутыль в сторону. «Пиво – говно», почему-то вспомнил он и брезгливо сглотнул.
И тут на глаза ему попалась та самая визитка из магазина. Дрыщ повертел в руке белый прямоугольник, протёр очки, придвинулся к свету и прочитал следующий текст:

«3-й Звёздный тупик, дом 8
Клуб одиноких сердец Соль Земли.
Круглосуточно.
Ты не уйдёшь один».

Бумажка была приятной на ощупь, шрифт простой, но в простоте этой и в самом тексте скрывался такой силы посыл, что Вадик тут же нагуглил адрес. Клуб находился в самом центре престижного спального района на юго-западе. На сайте висел телефонный номер, по которому Дрынов тут же и позвонил. Бархатный голос оттуда был смиренным и тихим:
- Да, мы работаем сегодня.
- А если я приеду? То есть, можно приезжать?
- Конечно, мы ждём вас.
Дрыщ с тоской посмотрел на упрямый генератор, и застывшего перед ним не менее упёртого Айзека.
- Да пошло всё нахуй, - тихо сказал Дрынов и загасил комп самым варварским способом.
Перед уходом Вадик сунул в карман нож; ночью в чужом районе всё может быть, особенно в престижном.
Нужно сказать, что это был не простой ножик, а настоящая «вачинская» финка с узким коротким лезвием и надписью «НКВД» возле «S» образной гарды. С находки этого ножа началось увлечение Вадима Дрынова разного рода раритетными железками, которое впоследствии переросло в хобби, а ещё позже в болезненное собирательство металлолома. По настоящему ценные экспонаты в коллекции Дрынова можно было по пальцам пересчитать. Например, термостат от системы охлаждения ЗИС – 101 или древний запорный медный кран ручной работы. Остальное железо можно было смело выкинуть на помойку. Нездоровое собирательство послужило причиной развода Дрынова с его первой и пока единственной женой. Терпение супруги лопнуло, когда во время справления интимной нужды ей на голову упал капот для Рено-12, закрепленный на потолке сортира. 
Выйдя из парадного, Дрыщ развернулся, вырвал из ледового плена кирпич и поискал глазами окно на третьем этаже.
- Сам ты падла! – заорал он и метнул артефакт в логово ненавистных некроморфов.
А затем побежал под аккомпанемент разбитого стекла и мата.

***
В половине первого ночи Дрыщ протаранил турникет на севере мегаполиса, и уже через сорок минут нервно трясся от престижного холода на юго-западе.
- Где тут Звёздный тупик? - спросил Вадим одинокого прохожего. - Мне клуб нужен! Соль… это Соль Земли!
Одинокий испуганно загородил лицо локтем и метнулся в сторону.
- Тьфу ты, блять!
Вадим огляделся по сторонам, сквозь белое марево заметил припаркованную у обочины патрульную машину. Подошёл и поскрёбся в холодное стекло.
- Ребята…
Окно опустилось, из уютной темноты на Дрища уставились два строгих глаза. Потянуло сырыми носками, казенной кожей, потом и табаком.
- Чо надо?
- Мне нужен Звёздный тупик.
- Чо там?
- Там дом номер восемь.
- И чо?
- Мне туда.
- Уверен?
Изнутри гоготнули.
- Ну да.
- Хуй с тобой, садись.
«Ребята» заспорили. По обрывкам фраз Дрыщ понял, что причиной спора была его скромная персона.
- Да нахер он нужен?
- Глеб, тебе западло? Не, скажи, тебе западло что ли?
- Пускай сам чешет…
Наконец, задняя дверь приоткрылась. Дрыщ замер, ожидая приглашения или наоборот.
Из утробы авто донёсся голос:
- Садись, чо стоишь то?
Вадик уселся рядом с ментом и мягко прикрыл дверцу. Она предательски щёлкнула и не закрылась.
- Сил что ли нету?
- Есть, - сказал Вадим и с силой хлопнул дверью.
- Йопт! – сказал водила.
- Бля… - сказал мент на пассажирском сидении.
Сидящий рядом промолчал.
- Здрасьте, -  поздоровался Дрынов.
- Восьмой, говоришь?
Водила даванул на гашетку, машина юзом отвалила от бордюра, нащупала колею и понеслась между чёрными домами, без устали отмахиваясь дворниками от назойливых белых мух.
- Чо там? – спросил мент спереди. По интонации Вадим понял, что из троицы это был самый поганый мусор.
- Клуб.
- О как! – сказал водила, - а я и не знал. Танцы до утра? Ла-ла-ла-ла!
Сказать или нет? – подумал Вадик. 
- Там клуб знакомств, - ответил Дрыщ и тут же пожалел об этом.
Водила заржал как конь.
- Знакомиться, значит едешь? – вкрадчиво спросил сидящий впереди.
- Как получится.
- Не боишься? Может какая в гости напросится, траванёт тебя клофелином да и обчистит. Тут у нас много таких. Гыгыгы. С виду и не скажешь. Вроде, скромная такая, просто целочка. А на деле, натуральная блядь. Ты сам-то откуда?
Вадим назвал адрес.
- О как! Нихуя тебя занесло! – мотнул головой водитель.
- А вот скажи, чо вы по этим клубам всё шароёбитесь? Чо, нельзя просто на улице тёлку снять? – допытывался тот, который сидел рядом с водилой. - Там тебе точно какую-нибудь кикимору подсунут и скажут, что это мечта всей твоей жизни. Они, блять, такие. Озвучат гороскопы, и вы охренеете. Скажете, как это так получилось, что мы друг дружку до сих пор не нашли на жизненном пути. Фэн-шуй! Сектанты, блять! Чо молчишь? Там же клоака, бля! Там такие дела творятся… наркота, криминал и блядство! А вы туда лезете. Как в петлю. Вот из-за таких вот как вы преступность в городе пиздец какая. А раскрываемости – хуй! Потому что вы все такие тихушники с виду, чисто по клубам подъебаться ездите. А у самого, небось, нож в кармане. Чо молчишь то? Есть у тебя нож?
Дрыщ нащупал в кармане ножик и нервно сглотнул. Сказать, что нету? Или признаться? Или лучше промолчать? А если обыщут? Придётся сука до утра обезьянник коптить вместо клуба. Лучше бы ты дома сидел, идиот!
Вадик представил початую бутылку на столе, металлический срач в квартире, усталого космического героя Айзека, непослушный генератор, жуков-убийц, животное с третьего этажа и затосковал.
- Приехали, - сказал водила.
- Спасибо, - торопливо ответил Вадик и потянул за ручку.
- Пиздуй по холодку, - сказал тот, что сидел впереди.
Тот, что сидел рядом, промолчал.

Дом номер восемь почти ничем не отличался от таких же домов вокруг. Ну, разве что казался более чёрным.
Уж не пророческими ли оказались слова мента, - подумал Дрынов.
Вывески не было, но Вадим без труда нашёл вход в клуб по броской неоновой закорюке в виде иероглифа.
- Фэн-шуй, - прошептал Дрынов и толкнул дверь.

***
В помещении было душно, темно и стрёмно. Весь креатив клуба начинался неоновой вывеской, ею же и заканчивался. Остальное убранство было сработано в духе бюджетного кретинизма.
К взопревшему Дрыщу тут же подошло существо, напоминавшее администратора советской гостиницы; туловище без талии, парик, кружевной воротничок и очки.
- Вы у нас впервые? – прослюнявило туловище тонкими губами, и Вадим узнал вкрадчивый голос из телефона.
Кроме Дрынова в зале находилась ещё как минимум дюжина страждущих познакомиться. У Вадика приняли верхнюю одежду, посоветовали не волноваться и усадили за столик.
Напротив Вадима сидела порядочно истерзанная жизнью девица, которая с места в карьер начала заниматься тем, зачем собственно и пришла – знакомиться. Новую знакомую звали Ирина. Она дважды была замужем, имела дочь двенадцати и ипотеку четырёх лет от роду.
Дрынов слушал вполуха, высматривая в темноте кандидатуру более приятной наружности, поэтому вопрос новой знакомой застал его врасплох:
- А вы?
- Да, - машинально ответил Дрынов.
- Тогда идёмте.
Куда его зазывают? Дрыщ понял, что слажал. Снова на ум пришли слова мента. А вдруг это и в самом деле вертеп? Сейчас он по непонятке спарится с этой кикиморой, а когда нужно будет отваливать, с него ещё и бабла затребуют.
- Не бойтесь, - подбодрила Ирина, встала и подала руку.
Дрыщ осознал, что отступать поздно, покорно вцепился в ладошку девицы и помёлся за ней. Только сейчас Дрынов заметил размещенные по одной стене несколько дверей выкрашенных в ядовитый синий цвет. В одну из них и вошла девица, потянув за собой Дрынова. В небольшой комнате горел яркий свет, и Вадик мог вдоволь насладиться созерцанием своей подруги. Ничего хорошего он не увидел; огромный нос, пористая кожа и нарисованные фиолетовые брови. Дрыщ твёрдо решил, если даже придётся Ирину выебать, денег он не даст.
Вадим, нервно изучил интерьер. Стол, два стула и вытяжка под потолком. Не обнаружив постели, Вадик приободрился.
- Это курительная комната, - объяснила Ирина и Вадик облегченно вздохнул.
Девушка присела и жестом пригласила Дрыща. Вадик полез в карман, но вспомнил, что сигареты остались в куртке.
- Нужно оплатить пятьсот рублей. Вон туда, - девушка указала на небольшое окошко в стене.
- Скока, скока? Пятьсот?!
- Вы не пожалеете. Здесь всегда хорошие смеси, проверенные.
Дрынов начал понимать, куда он вляпался.
- Вы что, разве по названию не поняли? – удивилась девушка.
Чтобы не выглядеть полным лошарой Вадик сказал, что всё он понял. А сам стоял и лихорадочно думал, что ему дальше делать.
Соль Земли оказалась именно вертепом, настоящей клоакой. Злобный мент был прав на все сто. Вот, что ни говори, а знают они жизнь не понаслышке. Наркотики, Фэн-шуй и наверняка первосортное блядство в этой жопе имеются. Вон, даже кикимора присутствует. И не боятся же, суки! – с завистью подумал Вадик. 
- А менты? – спросил он.
Девушка скептически скривила рот.
- Да они с этого живут. Откуда дурь-то берется, по-вашему?
Дрыщ решительно шагнул к окошку, и просунул в щель пять купюр по сотке. Через секунду щель выплюнула в комнату красный пакетик с золотой надписью. Когда Вадик вернулся к столу на нём уже стояла стеклянная приспособа для курения говна.
Иришка ловко перезарядила агрегат и коротко хапнула.
- Ой, Блин…
- Что?
- Давай, скорость хорошая, - сказала девушка.
Дрыщ решил не лошиться и от души потянул. На всю пятихатку. После чего сразу же отъехал. 

***
Мёртвый Космос ожил и засеребрился, как расплавленный гудрон, в который плеснули ртути. Блестящие капли разбежались в стороны, разбились на созвездия и замерли.
Огромный иллюминатор давал искаженную картину происходящего снаружи. Красота и спокойствие.
Но это был обман. Системы жизнеобеспечения и навигации бесповоротно разрушены взрывом, и сейчас Космос являлся потенциальным убийцей. Каждые десять минут температура внутри корабля будет падать на полградуса. Кислорода хватит ещё на сутки.
Айзек покинул кабину управления и вернулся в комнату отдыха. Николь Бреннан свернулась калачиком под термоодеялом.
- Подойди.
Она откинула в сторону блестящую пелену, открыв своё восхитительное тело. Слегка раздвинула ноги, давая Айзеку возможность рассмотреть депилированый лобок и складки половых губ.
- Ты мокрая, - констатировал Кларк.
- Мне необходим коитус, - томно прошептала Николь.
- В смысле?
- В смысле физический половой акт.
Айзек сбросил халат и подошёл вплотную к постели. Николь встала на четвереньки и прижалась лицом к животу Кларка. Член космического героя слепо уткнулся сначала в подбородок, затем в щёку девушки, пока не нашёл плотно сжатые гиалуроновые губы.
- Ну, чего ты? – нетерпеливо спросил Айзек.
- Мы умрём?
В этот момент член Айзека погрузился во влажный рот Николь, она замолчала и закрыла глаза. Сменила позу, встала на колени, обхватила руками задницу Кларка и потянула астронавта на себя. Член Айзека глубоко вошёл в глотку Николь и уткнулся в надгортанный хрящ.
- Охрене-е-е-еть… - застонал Кларк.
Николь резко одёрнула голову назад и плоть Айзека выскочила наружу, издав чмокающий звук.
- Ты выйдешь за меня?
- Зачем? – спросил Айзек, - мы и так вместе. Мы любим друг друга…
- Это мужчины могут себе позволить жениться по любви. А женщине мужчина необходим, чтобы выжить.
- Херня какая-то… давай лучше продолжим.
Николь плюнула на головку члена Кларка и сжала её своими тонкими красивыми пальцами.
- Это не херня.
- Херня.
- Нет, - сказала Николь и убрала руку.
- Ты права, - поспешно ответил Айзек.
Член Айзека снова погрузился в тёплую и влажную глотку Николь. Астронавт закрыл глаза и застонал.
И снова девушка выпустила член изо рта, на этот раз медленно и осторожно.
- Всё бы ничего, если бы не ипотека… - печально сказала Николь, и Айзек открыл глаза.
- Что?
- Ты даже не представляешь, как это тяжело ещё и дочку тянуть.
- Ты о чём?
В этот момент где-то внутри корабля сработала сигнализация. Противный повторяющийся зуммер рвал пространство.
- Знаешь, с коитусом придётся повременить, - сказал Айзек, - нарушен периметр, и нам нужно срочно убираться отсюда.
- Куда?
- Вернёмся на челнок. Попробуем восстановить его и смыться с этой чёртовой планеты.

***
Скафандр нестерпимо давил в паху и подмышках, это здорово мешало передвигаться. Зато спутница Айзека болталась в своём костюме как дерьмо в проруби. Рукава обвисли, и Николь была похожа на Пьеро. Видимо, в спешке они перепутали костюмы.
- Давай быстрее! – крикнул Айзек.
- Я не могу.
Айзек Кларк вернулся на пару шагов, приподнял Николь на руки и заглянул в миндалевидные глаза под тёмным стеклом. Сколько раз  он заглядывал в эти глаза? Сотни тысяч? А может, миллионы раз?
- Я понесу тебя!
Оставалось всего несколько шагов до спасительной лестницы, ведущей на челнок, когда в наушниках появились посторонние шумы. Айзек разобрал голоса.
- Не слажай как в прошлый раз, Глеб!
- Да пошёл ты!
- Давай, заходи с парадной, а я со двора. Они могут через приямок уйти.
Айзек поволок Николь к лестнице, и начал карабкаться наверх, толкая девушку перед собой, когда совсем рядом послышались крики.
- А ну, стоять, сука! 
- Руки покажи! – прогремело за спиной.
Айзек обернулся и практически ослеп от света фонарика.
- Ребят… вы чего?
Двое ребят в незнакомой экипировке подошли почти вплотную. Скорей всего твичеры, - подумал Айзек.
- Ба, да это же тот самый хуй. Что, не сиделось тебе дома, тварь? Приключений захотелось?
Один из парней скрутил руку Кларка, второй больно ударил по спине дубинкой.
- Нелегалку распространял? – злобно крикнул в ухо Айзеку один из твичеров.
Айзек заскрипел зубами от боли и замотал головой.
- А это что?
Твичер с дубинкой вытащил из кармана Кларка дюжину прозрачных пакетиков с дурью.
- Глеб, понятых давай.
- Уже здесь, – протрещали по рации. 
- Не моё! – заорал Кларк и получил кулаком в дыню.
- Давай эту сучку тоже сюда, - сказал тот, что держал фонарь.
- Не тронь её, пидар! – заорал Кларк.
- Чо?
Кларк нащупал в кармане пластиковую рукоятку, отщёлкнул большим пальцем кнопку на ремешке и потянул из ножен клинок.
- Чо слышал.
- Ты чо, сука, берега потерял?
Где-то в тёмном углу плакала Николь. Тот, что с дубинкой подошёл вплотную к Айзеку. Кларк резко навалился на противника, отклонил его руку, уткнулся головой в грудь, и одновременно ударил ножом в живот некроморфа. Ножик вспорол защитный костюм, вошёл в мягкую плоть.
- Сука-а-а-а-а! А-р-р-р-р! Ррррр…
Не обращая внимания на рёв, Айзек провернул клинок в животе твичера, вытащили нож, и нанёс ещё один удар. Затем ещё и ещё. В нос плеснул кислый запах.

***
Адвокат сказал, что Дрыщу корячится в лучшем случае пятнашка по триста семнадцатой. Так передала мама Вадика на последнем свидании в Матроске.
- Что же ты наделал, Вадечка? – в который раз спрашивала мама, и в который раз Дрыщ объяснял, что примерещилось ему. Думал, что это твичеры.
- Да какие твичеры, сынок?
- Мам, ну хватит уже, а.
- Жениться тебе было нужно.
Дрынов отмахнулся.
- Тётя Клава обещала помочь через депутата знакомого, но ихний депутат повыше оказался… не получилось.
- Не надоело вам депутатами мериться?
- Так пятнадцать лет, Вадик!
На глаза матери навернулись слёзы.
- Будешь реветь, уйду, - пригрозил Дрыщ.
- Всё, всё, сынок. Не буду. Квартиру твою сдавать не буду. Приходила, убрала там, пускай тебя дожидается. Компьютер продам.
- Продай.
Он больше не слышал, что говорила мать. Вадим давно потерял интерес ко всему, что происходит за стенами Матроской Тишины, там, где люди могут свободно, как им кажется, перемещаться в пространстве.
Космос, в котором с недавних пор обитал Кларк-Дрынов, мало разнился с тем, наружным. Пайки отличались размерами, но это можно пережить. Некроморфы были и здесь и там, зато в стенах учреждения их можно распознать сразу, а это здорово облегчает жизнь.
И только одна особенность объединяла оба этих Космоса - они были напрочь лишены жизни. Оба были мертвыми.
И холодными.
(c) udaff.com    источник: http://udaff.com/read/creo/127181.html