Вася сидел дома и скучал. «Какой-та песдаватый день сиводня, - размышлял Вася, - низабухал, засадить никаму ниудалос, дажы пасрать нармальна и то нисмок – так, пернул в ниизвеснасть и фсе. Што ж эта за жисть такая?» Вдрук раздалса тилифонный званок, атарвавшый Васю ат этих сирйозных размышлений.
- Альо бля?
- Добрый вечир. Вас биспакоят из канторы «Наша цель – всех заебать». – раздалос в трупке.
- И чо бля?
- Скажыти, Вас завут дийствитильна Вася и Вы пражываите па адресу Устьперепиндюйск, дом семь, вход слева сразу за апчествинным туалетам?
- Ну бля?! – нитирпилива атветил Вася, - чо нада-та?
- Мы Вас хатим паздравить! Вы выиграли главный прис нашей рикламнай акцеи, паэтаму просим Вас явицца зафтра в десить часоф к нам офес и палучить падарак.
- А чо за падарак-та? – спрасил Вася, слихка падахуев ат такова ниажыданава щастья.
- Приедите – фсе увидите. – сказал голас в трубке, а патом раздалис гудки атбоя.
«Ну хоть што-та!» - расслабленна падумал Вася.
Он пашол в туалет, падрачил наначь и лех спать…

На следущий день ровна в десить чисов Вася вашол в новае свиркающее здание офеса канторы «Наша цель – всех заебать» и падашол к адменестратару.
- Здравствуйте, я – Вася.
- Ой бля! Вася! Здравствуйте, каг мы рады Вас видить! Я вас сичас праважу к нашыму директару – он ужы Вас ждет, - сказала милавидная девужко и жестам пригласила Васю прати за ним.

Вайдя в бальшой светлый кабинет, Вася расхлябаннай паходкай падашол к сталу диретара и развалился в агромнам кресле.
- Дарова, чювачог, - абратилса Вася к мужыке, сидящиму за сталом, - каг дила?
- Эта Вася, - пачиму-та шопатам праизнесла админестратар на нидауменный взгляд директара и съебла из кабинета в спешнам парядке.
- Вася-вася-вася, - прабарматал директар, аткрывая у сибя в галаве какие-та файлы, - Ах Вася! – фскричал он, видима што-та фпомнив, - Здарова, Вася!
- Я уже паздаровался, - атветил Вася, - хде блять мой падарак?
- Падарак? – пириспрасил директар, - А песдюль не хош?
- Эта пачиму жы песдюль? – спрасил Вася паднимаясь с кресла, - Нихачю я никаких песдюлей. Я падарак хачю!
- Хуй тибе фсраку, Вася, а нипадарак. Патаму шта ты сволачь и гандон! Ты деньги в банке «Мывасфсеравнонаибем» брал?
- Ну?
- Гну блять! А пачиму ниатдал?
- Дык, эта… Ну, у миня сичас нету нихуя. Каг толька паявяцца – таг сразу… - прамямлил Вася, - а какова собственна хуя Вас эта ебет?
- Какова! Он исчо и спрашывает! – васкликнул директар, - банк сделал пириуступку тваиво долга! Понил? Таг што слушай суда – если за три дня ты ниатдаш нам деньги, мы тибе устроим курс «новенькай на Тверской». Понил?
- Понил, - атветил Вася и ему стала сразу очинь грусна.
- Пашол нахуй атсуда!

«Да хуй тибе, а не деньги! – думал Вася, сидя на работи и клацая па порносайтам, - Иш ты, чиво захатели! Да если б у миня были деньги, стал бы я туд сидеть! Да я б уже давно в гавнище был и Машу с бухгалтерии пер у сибя дома!»   

Следующин три дня прашли спакойна – пива, дрочка, лехкае забытье, именуимае сном, работа и снова па кругу. Кагда на читвертый день Вася пришол на работу, он увидил абъивление на двири сваиво кабинета. Абъивление гласила: «Вася – пидарас!» И фсе. Ни тибе подпеси типа «одменестрацея» иле «группа таварищей» - проста канстатацыя факта и песдец. «Хуйня какая-та, - падумал Вася – эта навернае Ленка из планавава атдела мине мстицца за то, што я ие нивыибал и нахуй паслал». Вася сарвал абъивление сел за стол и палез па понасайтам.

Вдруг с улетсы данесся какой-та шум. «Чо за хуйня?» - падумал Вася и падайтя к акну аткрыл иво. Шум стал данасицца атчотливее, а исчо чириз пару менут из-за угла васинай канторы выехала машина с матюгальнекам на крыше, а из матюгальнека раздавалас: «Внимайте, нисведующие! Вася, каторый работаит вмести с Вами – пидрила, сволачь и гандон!» Люди пастипенна начали выглядывать из окан сваих кабинетав и, услышав абъивление, бризглива касилис на Васина акно.

«Ну ладна гандон! – думал Вася, чюствуя, каг в нем внутри фсе закипает, - хуй с ним – сволачь! Но пидрила?! Схуяли? Я этава таг ниаставлю!» Он вышел из здания сваиво офеса и папесдавал в милитсею. 

Вайдя в атдиление, Вася ришытильна направилса к дижурнаму.
- Я хачю сделать заивление!
- А я хачю Тину Канделаки – атветил дижурный и иво ибальнег расплылса в улыпке ат сказаннай шутки, а патом пасириознев дабавил, - што там у Вас случилас?
- Миня пидарасам абзывают.
- Да? Искренне удивилса дижурный, - А Вы нипидарас?
- Бля буду! – забажылса Вася, - У миня и падтверждение есть! Вод! – сказал Вася и дастал смятую тыщу из кармана.
- Ага, панятна. Эта ж в корне миняит дела! – атветил дижурный, спрятав деньги в карман и дабавил – пешыте заяву…

Спустя месиц праисхадила засидание суда.
- Ваша честь! – пафасна гаварил пракурор, - я сивродня нибуду придставлять абвинение! Дажы наабарот – я буду придставлять защиту, патаму шта в нашым гораде праизашол вапиющий факт нисправидливасти па атнашению к Васе! Иво назвали пидарасам! Эта грубейшее нарушение прав и свабод чилавека, учитывая, што на самам деле Вася пидарасам ниявляицца!
- А Вы што, правиряли? – спрасил судья.
- Ну разумеицца! – атветил пракурор, - в рамках слецтвинных действий  пракуратуры Васе была придъявлена голая баба!
- И што?
- А у Васи на эту бабу встал хуй! А эта азначаит, што он нипидарас!
- А, ну эта ж в корне миняит дела! – сказал судья, - Рас такая хуйня, то я пастанавляю, што Вася – нипидарас! Пидарас тот, хто назвал Васю пидарасам и ниибет! Паэтаму пашли фсе нахуй! Ришение аканчятильнае и апжалаванию нипадлижыт!

«Да здаравствует рассейкае правасудие!» - таким был возглас Васи на ришение суда.



http://www.newsland.ru/News/Detail/id/288882/cat/44/