У бретанских защитников жывотных наступил полный ахуй. Бретания – эта такое гасударство, где жывут бретанцы (протопендосы), абаладющие сваеобразными абычаями: хуярить в пять часофф чай, а не вотку (аслы, блять!!!), это у них файфоклок называется, а также защищать наших братьев меньших: китофф, зобачек и котегов, крыс и аскарид, до зашиты  бацилл холеры и палочек Коха протопендосы пака нехуя не дарасли. В Бретании с гораздо меньшими паследствиями можно отпиздячит сваю скво за небрежно сделанный атсос, или, напротив, скво может охуярить своего паолавого ёбаря за падаренный на Кристмас вебратор не той расцветки, чем просто слегонца пробить с наги сваему кашаку или зобаку за обосцаный кавёр. Не дай Бог перепутать миски дамашних любимцефф и палажить кктищке педюгрипала, а зобачке – вискасятины – апщественность и джедаи устроят такое, шо песдец – фсю остафшуюся жызнь будешь приседать перед кашаком  и гаварить ему - «КУ, хазяин!».

Так вот в бретанском пасёлке гарадского типа Олд Колвин, 42-летняя пелотка Диана Хэннон, захуйариала котега сваего саседа и кореша Дункана Карти. Насмерть, блять, с асобой жистокастью и цынизмом, да ещё и с применением высоких технологий. Ушлёпок Дункан, събав пакурить шышек и папить партвешка с местными падоками, папрасил саседку пасидеть со своим катейком Поцом (нихуя не «Хуем», Поц – по бретански-падонкски –«Лапы»). Котегу был шесть лет, он был глух и съебаться, фключиф кошаку симфонии или битлов – не канало, хвостатый нуждался в жывом апщении. Когда Дункан (нихуя не Маклауд)  бухнул и пыхнул, он внезапно затаскавал па сваему ширстяному другу, схватился за мабилу и набрал саседку: «Падруга! Я купил тибе шикаладку! Вау, как там кашак?! Пажрал, пассал, какой стул?» В атвет он услышал – «Сдох твой котег, только слухавой аппарат астался!». Недомаклауд врубил съебатора, на хате он абнаружил склеившего ласты, сильна ашпаренного и палысефшего катейку в стиральной машине – зладейка саседка засунала кошака в Вятку афтомат, поставив самые жосткие режимы кипячения и отжима. На машине красовался транспарант «Ненавижу тебя, сцуко!». Охуевший пельмень апять пазванил  пелотке,  но вместо внятного ответа на тему услышал  только аццкий хохат… 

Прибышие джидаи отдали честь убиеннаму кашаку, засунули пелотку в чёрный варанок и отвезли в местное гестапо. При дапросе фторой степени устрашения пелотка заявила, что не хотела мочить кашака, а думала падгатовить его ф касманафты.

Адвокат пелотки Питер Браун считает, что гаспажа Хэннон находилась в састаянии жестокой дипресии, связанной с храническим недайобом – «Цветы с шакаладками дарить –  канечна заебись, но Дункан должен был её ещё  и отпердолить – и не было бы фсей этой хуйни!».  По кошколюбивым бретанским законам Диану Хэннон ждёт эцих (без гваздей). Аснавные гавнатёрки состоятся 10 января.

http://www.utro.ru/articles/2006/12/20/611831.shtml