Вообще-то в Африке первые шаги мы сделали в Алжире и Египте, многие забывают, север тоже чорный континент. Однако, на мой взгляд Африка начинается намного южнее этих стран, ощущающих прямо-таки животворное влияние Европы, хотя на первый взгляд это малозаметно. Нас ждал Лагос – столица Ниггерии. Самолет трясло по воздушным ямам – видимо десантники рыли окопы. После виденных нами европейских, алжирских и египетских аэропортов, здешний кирпичный сарайчик смотрелся очень скромно со своим статусом международного. Тётка-погранец стала придираться к документам и визам, мы, советской выучки денег отдавать не хотели, поэтому нас отвели в комнатушку с тремя такими же сидельцами, парой испанцев и итальянцем. Из эмоционального диалога с чиновником мы поняли таксу – 200 долларов. Покачав головой мы отказались, потом Славян меня притормозил, когда я уже собирался устроить большой скандал и дал негру две бумажки по 100 рублей. Тот уставился на них и даже забыв про кричавшего итальянца, спросил только что это? Мы ему втерли, что это обеспеченные золотовалютным запасом деньги совьетику, больше 300 баксов. Он так был ошеломлен, что отпустил нас к таможенникам. Там мы сказали, что уже заплатили офицеру, обещавшему со всеми поделиться, таможенник так удивился, что даже вещи смотреть не стал. Встречать нас должен был какой-то местный, но естественно никого не появился. Взяв таксиста, мы поехали в город.

Доехали мы только до какого-то темного угла метрах в пятистах. Водила обернулся с пистолетом, из темноты вынырнули два негра с автоматами. Славян перехватил руку водилы, я забрал пистолет и ткнул ему в бок. Стрелять автоматчики не стали, видимо боясь продырявить подельника или машину было жалко. Чтобы как-то разрядить ситуацию, мы предложили ехать назад в аэропорт, водилу видимо такой оборот устроил. Мы вернулись в зал ожидания, этот водила без стыда и совести начал клянчить пистолет назад, но его послали подальше. Он спорить не стал и пошел приставать к полегчавшему судя по виду на баксы итальянцу. Тут появился наш встречающий Осман, улыбнувшийся фантастически белыми зубами, с фото которого нам дали ознакомиться при отправке. Коршуном появившись, откуда не возьмись офицер, заявил, что отпускать нас не намерен для нашей же безопасности. Он загнал всех в кабинетик, начав припираться с Османом. Опять пошла речь о 200 долларах, но мы не сдавались. Неизвестно чем кончилась бы перепалка, Осман был вооружен и горячая кровь приливала к его лысой башке, но тут приземлился следующий рейс, откуда вывалила группа галдящих по-русски хохлов и зашуганая кучка иностранцев. Осман помахал им рукой и они ломанулись стадом через таможню и погранцов. Офицер кликнул своих, прибежали трое негров с автоматами и окружили наш сводный отряд. Осмелев, имея за спиной столько народа, наш встречающий посулил офицеру 200 баксов за всех и точка. Поглядев на лица прибывших и что-то прикинув, офицер кивнул и нас выпустили, наконец, к микроавтобусу, поглядев для вида документы. С заметным энтузиазмом местные набросились на иностранцев, видимо ожидая большей сговорчивости от бедолаг.

Мы поехали сначала в Лагос, трясясь на фуфлыжной дороге. Бесконечные низенькие хибарки сменились кое-какими домиками в центре, ненадолго появился даже асфальт и высотки района Виктория Айлэнд. Везде висели плакаты Блэк иц бюдефол – типа черное круто, ниггеры очень гордятся тут превосходством над белыми, говорят умеют считать без калькулятора и все помнят. Нас высадили у бетонного одноэтажного офиса компании по нефте и еще-что-то-там-добыче. Офис напоминал заводоуправление в моем родном городке, только секретарша с иностранной пишущей машинкой Olivetti была чорной, а так толстая, старая, с диковинной высоченной прической, в роговых очках. Нас пригласили в просторный кабинет, ставший сразу тесным. Сухонький америкос в костюме-тройке прочитал нам лекцию о величии своей компании и высокой ответственности в защите ее достижений. Кроме нас со Славяном, спич остался для группы красивой тарабарщиной. Старикан махнул нам напутственно рукой и все пошли в сад.

Погрузившись назад в машину, мы поехали в пригородный ресторанчик в деревне с красивым названием Иладо. Его держала негритянка, просто-таки офигевшая от количества русскоговорящих на квадратный метр. Ее муж, черный-черный негр отлично гутарил на русском, оказавшийся ташкентской выучки механиком. Мы со Славяном как-то сами собой «назначались», ребята обращались сначала к нам, а потом мы к Осману. Ребятам естественно захотелось баб, я несмело спросил проводника, ожидая отрицательного ответа, но тот кивнул, говорит мысль недурна, север, куда мы едем сплошь мусульманский, потрахаться там негде, совершенно другой мир по сравнению с югом. Хозяйка поначалу закобенилась, но потом сбегала куда-то и привела трех гарных негроидных дивчин, которых мужики с большой душой отжарили, размышляя одеть им один гандон или сразу два. Мы-то со Славяном перед отлетом три дня трахали негритосок, удивляясь как белый член смотрится между черными грудями или там, куда его принято пихать бабам. Поэтому пока ребята ломали кровати, мы очень душевно побеседовали с хозяйкой и более-менее познакомились с Османом, оказавшимся отличным мужиком, насколько черный раздолбай может быть хорошим мужиком. Он мне вообще чем-то дага или оса напоминал, тоже необязательный, ленивый, но доброжелательный, правда, готовый за нож хвататься из-за ерунды.

Ехали мы на север, ехали и почти приехали. Оказалось, в этой перенаселенной до безобразия страны есть дороги, производства, какой-то транспорт и вообще люди таки живут, хоть очередная война едва закончилась. Заехали в село, где жили родственники Османа – таких школ я представить себе не мог: сколоченные кое-как парты, просто под навесом из тростника, гидроизолированного полиэтиленом со стенками из сырого кирпича, окна без стекол. Правда доски были новенькие и глобус очень красивый. Местные племени хауса-фулани как раз хоронили утонувшего дядьку у себя дома. Они оказывается во многих здешних районах мертвых хоронят в домах, типа они живым помогают. Им чуть ли не сам римский папа разрешил, потому как другие чуваки по-ночам трупам вырезают сердца-кишки, чтобы колдовать. Здесь вообще мумбо-юмбо на каждом шагу, сглаза боятся больше пули. Стройку какого-то хранилища или большого амбара видели – молдоване великие зодчие, по сравнению с местными.

Проезжали мимо селения, чуть машину не перевернули, думали Москва написано, оказалось Моква. К плату Джос не поехали, Осман сказал, что после обучения многих туда пристроят для охраны выработок или к побережью перебросят на вышки, а может в порты Бонни и Буруту. Хотя сказал зверюшки неподалеку от плато в нац. парке потешные. Один раз даже видели поезд, хотя местные сновали туда-сюда на машинах. Проехали старейший тут город Кано, тоже ничего себе помойка и очутились в лагере, обустроенным европейцами, поэтому отличавшимся от местных построек как день и ночь.

Прибыли мы зимой, поэтому погода стояла теплая, что-то вроде нежаркого лета. Иногда задувал харматтан – северный ветер с кучами пыли. Началась работа, работа и еще раз работа, капитана скоро куда-то перебросили и больше мы его никогда не видели. На все расспросы нам сказали, что жив-здоров, но больше ничего. Развлекалова в Кано никакого, кроме на один раз поглядеть музей Гидан Макама или ворота Кофар Мата. Местные считают некислым вариантом времяпровождения рынок Курми, где можно потолкаться, кофе купить приличного или всякие поделки крашеные из кожи. Рынки вообще у них большой фетиш – в деловом районе пытался купить рубашку. Это полный писец, торговый комплекс такой весь немецкого вида, а нашел только на рынке, настоящего Грэга Херманна, правда вперемешку с корейским ширпотребом. Иногда ездили в Лагос или вернее Легос как выяснилось позже, трахаться с казавшимися вездесущими хохлушками и колбаситься в местных дискачах с дурацкими названиями, типа Джаз 38. Хотя надо сказать удовольствие ниже среднего, тем более весной стало так душно и жарко, что контингент начал сходить с ума, что вскоре закончилось нашей посылкой на боевые. Теоретически мы должны были только охраной заниматься и патрулями здесь, но руководство отхватило выгодный контракт в Либерии. Поэтому всю полу подготовленную кодлу мы вынуждены были тащить через ужасные дороги на автобусах и машинах, хорошо хоть с кондиционерами. Все прошлые группы, с которыми отбыл и Славян, отправляли сначала в Лагос и оттуда самолетами. Мы же доказали своим примером как можно проехать пол Африки, без всякого понятия что такое экваториальные леса и без малейшего понятия какие вооруженные группировки контролируют здешнюю местность. Но, это яркий пример того, как дуракам везет – до Либерии мы добрались без каких-либо потерь. Наш рейд знающие люди считают примером истинного кристального дебилизма нанимателей и я полностью с ними согласен. Но это были первые мои шаги здесь.