Начало октября, Дон, лес, покрытый багрянцем, +20 днем, ветерок приятно обдувает разгореченное тело, шелестят ветки тополей на палаткой, а на костре тихо пыхтит котелок с ухой. Из рядом стоящей машины несётся голос Вертинского, а где то на берёзе кричит иволга. Клюёт лещ, редко, но крупный, коптильня уже настроена. Хорошо.


Солнце стоит в зените, но жары нет, запах разнотравья приятно и густо окутывает всё вокруг, камыш лениво покачивает огромными метёлками. В палатке спит она, она моя новая знакомая, она моя и нимфа и наяда и любовь. Но звон колокольчика отвлекает от созерцания спящей красавицы, бегу к берегу, донка натянута в струну, сильно подсекаю, да, сразу понятно на крючке крупная рыба. В бирюзой высоте проплывают облака, чистые и огромные как горы. Куда они плывут?
 

Леску водит из стороны в сторону, нужно быть аккуратнее, потому что явно на крючке далеко не лещ. В магнитофоне заиграл рок-н-ролл, вовремя, это будет трэш...


...коптильню взял не зря, сом медленно водит усами, он засыпает. Последнее что он увидит в своей жизни будут цветы тысячелистника, который усыпал берег желтым ковром. Красавица выходит из палатки, чистое и свежее тело манит и сил нет сопротивляться желанию. «Пусть ещё полежит рыбина, пусть пропитается запахом разнотравья и солнечным светом», думаю я на бегу, спеша к ней …страсть и тишина… стоны и глубина неба над головой.

…дымок от костра путаясь в ивовых ветках уплывает в небо и, догоняя облака несёт в мир чувства тихого счастья и невероятного умиротворения этого момента жизни. Пусть весь мир узнает, что есть простые радости, которые способны вернуть душу на место и напитать сердце благостью покоя.

Эти приятные воспоминания нахлынули на меня, когда однажды вечером поссав я с удивлением обнаружил что половина хуя остался у меня в руках.

- Дааа, ну что тоже молодой человек, такого великолепного анамнеза мне ещё никогда не приходилось собирать, спасибо, - сказал мне старый врач из Центрального КВД, утирая слёзы своих молодых воспоминаний с морщинистого лица.
- Рыбку вам больше конечно не половить, будем спасать то, что осталось.