- На ошыпках учацца, - говорят умные поцаны.
- Дураки учацца на своих ашыбках, а умные на чюжых, - говарят еще умнее поцаны.
- Умные учаццо на своих, а дураки нихуя не учацца, - это которые пездец какие умные и почти ниибаццо гениальные поцаны говорят. Типа Энштейна, ога, хотя неебу был ли он четким поцаном или вдруг ботаном.

А я говорю: «Дебилы и  всякие идиоты, ясенхуй, хуй чему когда научятся, - а умным похуй, им и таг зоебись».

Таг вот, о чем речь. Сидели мы кагта с кентухой моим Кефиром в подвале и пили крымский портвейн. Охуенный портвейн, и Португалия со своими португальцеми сосало с проглотом в паре киламетраф невдалеке. Спросите, откуда взяле - скажу, было. Окола ящщега надыбали, емкастью 0,33 каждае бутылка. Чтоб пиздатей пить было. Каг говорят иностранные СМИ, стокана мало, чтобы жажду утолить, а ноль-пять слишком, суки, дохуя. Спасибо, СМИ, пить удобно охуенно.

Вы мне простите, что я постоянно с темы съезжаю, меня в ранней юнасти шпалой трамвайной б/у по затылку в драке слегонца ебнули. На интеллекте, каг мой врач скозал, это мало отразилось, короче мутно чето там. А хуле не отразилось, я как запах шпалы чую, креозот там или еще какая хуйня, я в боевого чилавекаабразного робата преобразуюсь. Правда с плохим управлением.

Ну вот,  блядь, опять мысли скачут. А у Кефира, я уже говорил, хуищще был только поцанов с чюжого раена пиздить, вместо арматурины, а баб ебать ну никак. Так вот, сидели мы с дружищщем моим Кефиром в подвале, расчувствовался он и мне сказал:

- Эх, чуваг, а я в своей жызни только две ошыбки сделал.
- Какие? – говорю, - братка.
- Первая, бля, что я Лене-зае хуй свой показал. Я же из добрых побуждений, а теперь меня телки за два двора обходят. Пезда пиздливая.
- А вторая? – говорю.
- Вторая, - говорит, - ошибка комплексная. Помнишь, я той студенточке-таки вдул.
- Помню.
- Так вот, я по пьяни ей в жопу присунуть пытался. Череп мне тогда сказал, что в жопе тесно и охуенно. А хуле если мне везде пиздец тесно, я и смазку на гидрооснове уже спиздил в сексшопе. Так, йобана, эта ж любовь была. Я, хуле, давай тогда в рот. Ага. Про лампочки в рот засунутые слышал? Думаешь, сколько у меня стоял. Я же, блядь, не как вы, обделенный. Полтора часа стоял, блядь. Вынул потом, сука, как опадать начал, ага. И в сердцах ее по затылку хуем слегонца переебал.
- И чо?
- И пиздец. Телка с копыт, я в ахуе, близок к псехологической импотенции. До сих пор, ага.

- Хуйня, - говорю, - Кефир, там по-моему под твои размеры бутылки какие-то под вино делают. Скинемся, попробуешь, ухохохо
- Слышь, - говорит, - Двойня, если ты еще слово скажешь, то я тебя убью. Если успеешь скозать два слова, то убью тебя хуем. Каг тебе перспектива?
- Хуевая, - говорю, - кентуха, перспектива. Найди себе лучше телку помоложе, и пизди хуем построже.

Вот такие интеллектуальные беседы вели. А то так бывает, если природа над тобой ошиблась, то хуй ошибку поправишь. А если у самого мозгов невпизду то пиздец. Кефир-то вроде поцаном не дурак был. А то может сейчас с хуем наперевес, каг с рогатиной на медведей ходит. Медведей пиздит, медвежат кормит, медведиц ебет. Самое то ему занятие. То-то не слышно он нем нихуя.