Первое мая, вечер. Дежурство подходило к завершению, до окончательной сдачи оружия и «боевого поста» оставалось каких-то 15-20 минут. За стеной слышались выстрелы и сочный такой мат – это коллега, Миштель, рубился в «Медаль за отвагу», на которую Кирыч «подсадил» его после одного случая, когда Миштелю просто предложили попробовать поиграть. Теперь он до 24-00 после работы гонял солдат Вермахта по Тунису, Франции и Бельгии. Вот уже четвёртый день он высаживался на Омаха-бич, но добегал только до сумасшедшего солдата, а потом его или убивали, или он подрывался на мине.

Кирыч заслушался – так виртуозно Миштель ещё не матерился. Но пора собираться – завтра ещё день рождения, поэтому Кирыч выбил себе выходной у начальника отдела, хотелось выспаться, чтобы с утра приготовить хоть какую-то закуску для намечающихся гостей. Кирыч сложил дела в сейф, достал пистолет и, сняв кожух-затвор, стал протирать шомполом канал ствола – дежурный по отделу милиции, Клёма, в любом случае заставить показать ствол, если грязный – оружие не примет. Зазвонил внутренний телефон. «О, карамульдуки сдавать зовут» - подумал Кирыч
- Слушаю!
- Ну это, розыск, собирайтесь! – голос Клёмы не был похож на приглашение к сдаче стволов – У нас убой двойной нарисовался на Краснопутиловской, экспертов уже вызвали, медик едет.
- Блядь! А чего убойщикам не звонишь?
- За каким, если вы здесь? – спорить с Клёмой было бесполезно, упёртый.
    Кирыч достал из стола папку с бланками, оперативную кобуру и пошёл за Миштелем.
- Джуманджи, собирайся. Дежурка нам жмуров подкинула. Недалеко тут.
- Да ну в жопу! Что, блядь, за день такой – всё спокойно весь день, а под вечер – на тебе в шапку! – Миштель тоже был недоволен, что под конец дня случилась такая ерунда.
    До адреса дошли быстро – благо было через квартал от отдела милиции. На адресе уже был участковый с такой постной рожей, как будто дождевых червей нажрался.
- Ну что тут? – Кирыч не стал проходить в квартиру, сначала хотелось узнать обстановку прежде чем что-то предпринимать.
- Двое на кухне. Ножами истыканы, как дикобразы. Соседи говорят – тут две подруги пригласили какого-то морячка, бухали с ним, а потом вот пожар на кухне случился. Пожарные погасили всё, а там два трупа с признаками.

На обгорелом и залитом водой диване в большой кухне на спине лежали два обожженных женских тела с остатками одежды. Из тел – из животов, бёдер, грудных клеток торчали рукоятки ножей: «бабочек», рыбных, фруктовых, хлебных, перочинных. Ножей было много, а вот крови – нет. Видимо, смыло при тушении пожара. Духовка плиты была распахнута, внутри валялись осколки водочной бутылки.
- Вот блядство… - Кирыч понял, что домой он попадёт нескоро.

Внизу послышался шум мотора, а затем на этаж поднялись криминалист из РУВД – Мегавольт. Так его прозвали за его способность починить и заставить работать всё, что связано с электричеством – от выключателя до компьютера.
- Сука, только стакан налил… - Мегавольт был в мрачном расположении духа. – Кто доктором сегодня работает?
- Не знаю, честно. Приедет – увидим. – Кирычу не улыбалось провести ночь на осмотре.

Группа прошла в квартиру, расселись на диване в комнате и лениво трепались ни о чём, дожидаясь остальных участников такого действа, как осмотр места происшествия. Через некоторое время подтянулся следак из прокуратуры по фамилии Лев, хотя на льва он похлж не был абсолютно: тощий, длинный, нескладный весь какой-то, но его уважали за то, что у него были мозги в голове и уголовные дела он доводил до передачи в суд, не наматывая кишки на забор операм, как это любили делать остальные прокурорские.

Приехал он не один, а с какой-то симпатичной девушкой. Чернявенькой, смугленькой и скромной. Она постоянно пыталась спрятаться за «львиную» спину, но получалось плохо.
- Привет, мусора! – Лев был в благодушном настроении и вообще такие фразы ему сходили с рук.
- И тебе не хворать, упырь прокурорский! – опера пожали руки следователю. – Кого привёз с собой?
- Это стажёрка. Зовут Аня. – Лев заглянул на кухню. – Неплохо… Весело…
- Да пиздец, обхохочешься просто…- Мегавольт уже прикидывал ракурсы съемки, поверхности для обработки порошками и что надо будет изымать.
- А ну здрасьте всем! – в прихожей послышался весёлый голос. Приехал судебный медик, Дмитрий Сергеевич.
    
Дим Сеича безмерно уважало всё ГУВД Питера за остроту ума, профессионализм и человеческое отношение. Как он говорил о себе: «Я старый евреец». Он постоянно ходил в камуфляже и берете Иностранного Легиона без знаков различия, если его о чём-то спрашивали, он мог доходчиво разъяснить хоть теорию вероятности, понимай он в ней что-нибудь. Если он чего-то не знал, то не считал постыдным скрывать этого.
- Дим Сеич, ты кого с собой припёр? – удивление Кирыча было неподдельным, потому что за спиной «старого еврейца» стояла этакая Барби: высокая пышногрудая блондинка, в чисто символической белой юбочке, в полупрозрачной кремовой блузке и очках в тонкой золотой оправе. На лице – выражение вселенского отвращения к собравшемуся здесь быдлу.
- Знакомьтесь, это – Леночка, студентка СанГига, будущий паталогоанатом. На практике со мной.
- Ни себе хуя на пожары в каком виде стали ездить?! – глаза Миштеля были большого, скажем так, размера. В глаза Леночке он точно не смотрел, потому что его взгляд упал на выдающийся бюст стажёрки с тяжестью бетонной балки и там застыл.
- Джуманджи, ты чё на неё пялишься? – Кирыч толкнул напарника локтём в бок, но в сознание Миштель пришёл не сразу – пришлось толкать сильнее и не один раз.
- Ты это видел? – Миштель ещё был под впечатление от прелестей Леночки.
- Да видел, пойдём. Не климатит тут всю ночь париться, половина первого уже. Блядь, у меня день рождения. Спасибо тебе, Клёма, за подарок… Сука…
Дальше началась рутина. Мегавольт сделал туеву хучу кадров, перемазал порошком всё, что ещё не было в саже и копоти, опера звонили в двери квартир, будили жильцов и пытались хоть что-то выяснить первоначально, Лев заполнял протокол, Аня следила за ним, Дим Сеич колдовал над трупами, Леночка с той же брезгливой миной стояла рядом, стараясь ни к чему не прикасаться и не запачкать свои белые туфли-лодочки.

Часа через три остались мелочи: дописать протокол, ту его часть, что задиктует Дим Сеич, сделать изъятие следов и дождаться «труповозку». Группа сидела на диване в комнате, Аня под диктовку «старого еврейца» заполняла протокол, Леночка тёрлась в коридоре и в комнату не входила…
- Кирыч, у тебя ж днюха? – Мегавольт задал вопрос вроде бы в пространство.
- Днюха… Видишь празднуем? – настроение у Кирыча было ниже уровня городской канализации: труповозы собирали по городу «урожай смерти» и на адрес приедут нескоро. Транспорт для служб тоже запаздывал.
- Хуёво празднуем. Это ж ваша территории – вот и беги давай. Зато компания – не каждый раз такую соберёшь! – Мегавольт повеселел прямо на глазах.
- Чёрт с вами, сколько брать?
- Ну возьми для начала литр.
- Ладно.
- Вы вот что, милейший, - это Дим Сеич – «Спрайтику» прихватите, а то я, знаете ли, стар уже для подобных подвигов.
- Хорошо, Дим Сеич.
    До магазина было недалеко, в отличии от того времени, когда примут закон о торговле крепким спиртным только до 23-00. Полуторалитровая бутылка «Столичной» и 0,5 «Спрайта» показались Кирычу лучшим способом начать отмечать свой 26-й год жизни на этой планете. «Просто нам пиздец настанет…» - расслабленно подумал он. Ещё бы – не евши-то половину ночи. Да и не ужинав…
    В квартире к приходу Кирыча ничего не изменилось: все остались на своих местах.
- Кстати, а квасить-то из чего будем? – Кирыч поставил трофеи похода на стол.
- А вот из них и будем! – Мегавольт вытащил из стоящего в комнате серванта три тонкостенных чайных стакана, с сомнением осмотрел их на предмет чистоты и, вздохнув, побрёл в ванную – отмывать.

Вернулся минут через пять и поставил стаканы на стол. Лев с сомнением посмотрел на подготовку к ментовской пьянке – видимо в голову ему пришла та же мысль, что и Кирычу на улице.
Разливать доверили Дим Сеичу, как самому уважаемому представителю группы. Дим Сеич голову не стал заморачивать и налил сразу по половине стакана.
- Ну что же, молодой человек! Поздравляю Вас с вступлением в следующий год Вашей жизни и желаю самое главное – здоровья, а остальное приложится! Хоп! – Дим Сеич интеллигентно выдохнул и не торопясь одним глотком влил водку в себя. – Странно, но не палёная.

За ним его примеру последовали остальные. Аня слегка пригубила, Лев расплылся в улыбке, как и Мегавольт. Миштель улыбался. У Леночки было такое лицо, будто ей предложили съесть дохлую жабу. Без гарнира.
- Леночка, это просто неуважение к сотрудникам наших правоохранительных органов – не выпить за такой день! – Дим Сеич высказал двусмысленность, но никто не понял.
- Дмитрий Сергеевич! – возмущению Барби не было предела – Как Вы можете пить это?
- А что? Хорошая водка!
- Я не умею так!
- Леночка, вот смотрите. Выдыхаете до половины, потом пьёте, а затем выдыхаете остальное… Вот так, правильно. А теперь – «спрайт»… Умница.
Лену «повело» минуты через полторы. Мегавольт посмотрел на неё и махнул рукой:
- Слабовата для патологоанатома.

Затем были ещё тосты, затем ещё один поход за подобным набором. Примерно к пяти утра все находились в благодушном настроении, тихонько переговаривались и курили. «Труповозы» были в пути, машины за сотрудниками тоже подъезжали. Все сошлись во мнении, что злодей – долбоёб. Чего так было зверствовать. Да ещё начитавшийся дешёвеньких романов – надо ж догадаться водяру в духовку запихать, чтобы полыхнуло.
Машины за прокуратурой, криминалистом и медиками пришли одновременно. Все стали собираться на выход.
- Мальчики! А где, позвольте спросить, моя стажёрка? – берет Легиона сполз у Дим Сеича с макушки на затылок. Первый взгляд был брошен на Миштеля.
- Дим Сеич! Честно – не я! Да хрен знает, может в туалете блюёт?!
- Эй! – с кухни послышался голос одного из «труповозов» - Вы ж говорили, что два трупа! Третий-то, блядь, откуда?!
Все рванули на кухню. Третьего точно быть не должно…
Скраю на диване, подвинув отошедших в мир иной женщин, сладко посапывала Леночка-Барби, перемазав свою светлую одежду в копоти и гари. Судя по умиротворённому выражению лица, ей снилось окончание института и получение диплома. Мегавольт, через плечо Миштеля разглядывая эту идиллию, изрёк мрачно:
- Не будет она патологоанатомом…

На скамейке во дворе дома сидели Кирыч и Миштель. Участники осмотра разъехались по своим отделам. Откуда-то из Финского залива вылезало сонное Солнце. Воробьи на ветках орали, как потерпевшие. Куда-то по своим кошачьим делам, громко топая лапами, прошёл кот… Начиналось утро второго мая…
- С днём рожденья, Кирыч. – Миштель смотрел на розовое небо.
- Сп… Спасибо. Пшли стволы сдадим – ещё бу… бухать сёня… пзец прсто…