Женя открыл глаза. Над ним склонился ведьмак. Как же его звали? Кажется, Геральт.
- я щас проснусь в сортире, - пробубнил Женя. Голова болела.
- вообще-то, - поправил его Геральт, - для того, чтобы проснуться в сортире, надо сначала уснуть в сортире. Вставай, каналья!
Женя поднялся на локтях и оглядел помещение. Это кухня. Беспесды.
- будь поосторожней с фисштехом, - улыбнулся Геральт, - а то можешь вообще не проснуться.
- голова болит, - продолжал стонать Женя.
- у меня давно не было женщины, - начал размышлять вслух ведьмак, - и если бы не мои принципы, болеть твоей жопе вместе с головой.
«С таким спорить опасно, - подумал Женя. С трудом поднялся с пола и сел на стул. Головокружение не покидало его.
- пидорас хуже василиска! – произнес он вслух и удивился сам себе. Он понятия не имел, кто такой василиск.
- это точно! – засмеялся ведьмак, - но самое страшное, - это василиск-пидорас!!
Женя засмеялся вместе с ним, решив, что да, василиск-пидорас – это очень страшно.
Этот ведьмак определенно начинал ему нравиться.
Новая затрещина вновь заставила его задуматься, о том, так ли хорош ведьмак.
- ты чего? – Женя потер затылок.
- у нас нет времени, - напомнил Геральт, - а так я тебя бодрю.
- м-м-м, - все понял Женя, - то есть ты серьезно про Каэр Морхен?
- бес-пес-ды! – протянул Геральт, и Женя понял, что он это очень даже серьезно.
Сборы не заняли много времени. Саперная лопатка и носки – все, что Женя захотел взять с собой. Правда, носки пришлось оставить, потому что после саперной лопатки в карман больше ничего не влезло.
Геральт в это время занял оборонительную позицию в сортире, и напевал что-то про «не отдадим врагу ни пяди родной земли».
- а где у вас тут лопухи? – спросил он.
Женя хотел было сначала объяснить про туалетную бумагу, но потом понял, что это бесполезно, и показал на окно:
- там…
Через минуту Геральт был готов.
- сдается мне, - начал Женя размышлять вслух, - что одним метро поездка в Каэр Морхен не ограничится. Наверняка еще на электричке шпилить придется. Вот как ты сюда попал?
- хуйевознает, - уверенно произнес ведьмак, - меня Йен телепортировала. Из Туссента. Ох и охуительное же там вино…
Женя конечно знал, что такое телепортация. Это когда пьешь много водки, потом ничего не помнишь, а потом оказываешься в каком-то совершенно другом месте. И голова болит.
- фпесду телепортацию, - решил он, - давай уж лучше на метро.
На лестничной клетке их встретила соседка – добрейшая старушка с палкой, которой хуярила всех окрестных котов. Но она была подслеповата, поэтому и Жене тоже иногда доставалось по спине этим нехитрым деревянным прибором.
- хуйпесда! – поприветствовал старую женщину Женя.
- чаво? – переспросила старушка.
- в сторону, блядь старая! – заорал Женя, положив руку на саперную лопатку, торчащую из кармана. Так он чувствовал себя увереннее.
Старушка вкатилась в свою квартиру, с оханьем о том, что при коммунизме ни один пионер не назвал бы ее старой блядью. Ладно, про род деятельности, но про возраст женщинам говорить не тактично.
Потом была поездка в лифте. Геральт стоически перенес ее, хоть и обозвал старый обоссаный лифт порталом в башню ласточки.
Дверь подъезда на магнитном замке не смогла устоять перед знаком Аард и вылетела нахуй.
На улице ведьмак практически не охуевал, хотя Женя видел, что ему этот мир в диковинку. Особенно из всего окружающего Геральта удивляло все окружающее. Для уверенности он вытащил меч и начал им размахивать. Прохожие тихо падали в обморок, а другие, слегка крича, убегали прочь.
- убери пожалуйста, - попросил Женя, - они нам не опасны.
Геральт спрятал сигилль за спину.
- его ковали гномы! – поведал он Жене.
- ее собирали пидорасы! – показал на припаркованную неподалеку «Калину» Женя. Просто, чтобы поддержать диалог.
Путь им предстоял неблизкий.