Юля гуляла по парку с маленькой дочкой Дашенькой. Дашенька, недавно научившаяся ходить, подбрасывала желтые листья вверх, и радовалась, наблюдая за их полетом. Юля, толкая пустую коляску, с умилением наблюдала за любимым чадом, изредка пресекая попытки дочки съесть листик или засунуть его в карман комбинезончика. Начало холодать, и Юля решила пойти домой. По дороге она вспомнила, что нужно купить хлеба и стирального порошка, и свернула к небольшому магазинчику. Коляску с Дашенькой она оставила у входа, надеясь быстро купить хлеб и уйти. Но в магазине какая-то неопрятная толстая тетка начала на нее кричать: «Что вы толкаетесь, женщина, места мало что ли!» Ссора переросла в скандал, вмешался охранник, Юля, с хлебом в руке, забыв про порошок, вышла из магазина, про себя проклиная тетку-скандалистку. «Дашенька, ты не замерзла… Дашенька !» Коляска была пустой, Дашеньки не было. Юля села на асфальт и зарыдала…

Дым был наркоманом со стажем, и жить без дозы уже не мог. Денег на героин не было, а скоро должна была начаться ломка, которая с каждым разом была сильнее. В последнее время Дым перебивался тем, что ездил в поселок к цыганам за дозой для знакомых начинающих наркоманов, и безбожно обманывал их, отсыпая порошок из чужих чеков себе и заменяя его толченым анальгином. Но в последний раз он слишком зарвался, и знакомые перестали обращаться. Нужно было искать новые способы достать зелье. Вариантов достать деньги не было, и Дым решил поехать на точку попросить в долг несколько грамм, разбодяжить и перепродать. Приехав в поселок, Дым бродил вокруг цыганского дома, взвешивая все, ведь за торговлю могли серьезно наказать и менты, и бандиты. Но боязнь ломки и желание уколоться пересилило страх и Дым постучался в ворота. «Кто там?» - спросил женский голос. «Тетя Роза, это я». «А-а, залатой, захади!». Дым вошел во двор, цыганка закрыла ворота и спросила: «Сколько надо?» «Тетя Роза, мне грамм пять надо, в долг…». «Ступай с богом, залатой, в долг не даем». «Тетя Роза, клянусь, отдам. Я на кумарах, мне надо… Постоянно у тебя беру…». «Нет, уходи». «Ну хоть полграмма дай…» «Иди отсюда». Дым матернулся про себя, пошел к воротам, но вдруг из дома его окликнули: «Эй, подожди !». На крыльцо вышел старый цыган в жилете, поманил пальцем: «Подойди». Дым подошел, цыган оглядел его внимательным взглядом и спросил: «Нужен порошок?» «Да» Цыган достал из кармана сверток граммов на сто, повертел им перед Дымом. «Сделаешь дело – это твое.» «А что за дело?» «Пойдем, чаю попьем, поговорим».

Цыган просил за героин ребенка. Пол и национальность не играли роли, главное  - возраст, чтобы не старше 4 лет. Дым согласился (почти сто грамм все-таки !), получил полграмма авансом и поехал домой. С какой целью цыганам понадобился ребенок, Дым не интересовался. «Побираться, поди, заставят». Совесть Дыма давно не мучила.
Юлю с Дашенькой он заметил в парке, и воспользовался случаем. Теперь он, покачивая Дашеньку на руках, ехал в поселок в маршрутке. «А-а, а-а, а-а, а!» - напевал он колыбельную. Но то ли от холода, то ли от тряски, ребенок постоянно плакал и Дым ловил на себе косые взгляды пассажиров. Наконец, он добрался до цыганского дома и постучался в знакомые до боли ворота. Открыла тетя Роза, пригласила в дом. Ребенка забрала молодая цыганка и куда-то унесла.  Дым сидел за столиком со старым цыганом и пил чай. «Хороший чаек, пей, согревайся». У чая был странный привкус, но Дым не обращал на это внимания, заедая его печеньем. «Ну че, герыч давай!» «Не спеши, давай сначала чаю попьем.» Цыган пил медленно, со смаком, дуя на блюдце, кусая сахар. Дым уже допил и начал нервничать. Вдруг у него появилась дрожь в ногах, сначала в кончиках пальцев, потом все выше и выше. Дым с ужасом почувствовал, что ноги отнимаются, а такая же дрожь появилась в кончиках пальцев рук. Он сделал попытку встать, но упал на пол. Он уже не чувствовал своего тела, край уходящего сознания зацепил недобро улыбающегося цыгана с блюдцем в руке. Дым закрыл глаза, как оказалось, навсегда.
«Все готово, Рустам» - сказал зашедший в комнату молодой цыган. Старый цыган встал со стула, перешагнул через тело Дыма, открыл стоявший у стены огромный шкаф. За шкафом обнаружилась дверь, за дверью был выложенный кирпичом широкий ход, ведущий куда-то вниз. Цыгане пошли по нему и скоро вышли в большой зал, освещенный факелами. Стены зала были паутиной, под которой при тусклом свете угадывались узоры в виде человечков. В центре зала стоял деревянный помост, вокруг которого на коленях стояла толпа цыган. На помосте лежало нечто, накрытое огромным покрывалом из грубой ткани. Рустам подошел к помосту, двое цыган надели на него бесформенный черный балахон.

Рустам зашел на помост, его помощники подтащили огромную бутыль странной изогнутой формы. Рустам поднял руки вверх. Стоявшие на коленях цыгане пали ниц и начали жалобно завывать. «О великий Мрокар !» - закричал Рустам, - «Проснись ! Сегодня настал час, воспрянь ото сна. Пусть кровь тридцати трех детей наполнит твое тело и разбудит твой дух ! Хвала Мрокару !» Помощники Рустама стащили покрывало с лежащего на помосте и перед взором присутствующих предстало огромное, неправдоподобных размеров человекоподобное существо, покрытое лоснящейся черной кожей и волосами, напоминающими змей. Рустам с помощником подтащил бутыль к губам существа, для чего им пришлось залезть по маленькой лесенке на его голову. Бутыль была до краев наполнена кровью, которую они лили в рот существа. Когда бутыль опустела, они проворно спрыгнули вниз и сбежали с помоста. Несколько секунд в зале стояла тишина. Потом все факелы внезапно разом погасли и в наступившей тьме раздалось глухое злобное рычание. Помост затрясся, цыгане, трясясь от страха, ломанулись к выходу, в темноте спотыкаясь и налетая друг на друга. Предусмотрительный Рустам, путаясь в балахоне, бежал впереди всех. Из зала доносился леденящий душу рев.
Толпа вырвалась на улицу, по пути выбив двери и часть окон. Рустам, размахивая руками, исступленно кричал: «Мрокар проснулся ! Великий Мрокар воспрял ! Близится час цыганского владычества ! Скоро все народы мира окажутся под игом цыган ! Хвала Мрокару!»
Дом затрясся, стены и крыша обрушились, и из-под обломков под изумленные крики толпы предстал огромный великан. В ночной темноте  он черным пятном выделялся на фоне неба. С шумом понюхав воздух, великан огромными прыжками понесся на запад. Цыгане кричали вслед: «Хвала Мрокару !Хвала Мрокару!».

Лесник Полупайло ночью вышел из своего домика покурить. Закурив, он услышал приближающийся шум, напоминавший шаги. Полупайло увидел, как в лунном свете вдоль леса бегом бежит огромный человек. Полупайло обмочил штаны и поклялся больше никогда не пить.

Ту би континьед типа…