Как известно, ключевым фактором, делающим из нее политиком национального масштаба, стала Моника Левински. Именно светлый, чуть пышноватый снизу образ Моники стоял перед глазами Хиллари, когда та безоглядно бросила себя в пучину предвыборной борьбы. Именно этот образ позволил  Хиллари облагородить себя подлинными нравственными ценностями и ориентирами. И только с думой о Монике Хиллари сможет, наконец, отринуть из орального кабинета находящиеся ныне там постылые политические силы.

Действительно, гимназисток из себя строить мы никому не позволим. Нам кощунственна даже сама мысль об отказе кому бы-то ни было. Да, стихи про раненого лебедя свободы так и рвутся из наших натруженных уст. Да, именно такие, как Моника и Хиллари, своими слабеющими руками удерживает гаснущий факел иудаизма. В современном жестоким мире, если женщина действительно хочет сделать блистательную политическую карьеру, она должна предложить своим избирателям нечто-то такое, что может успешно конкурировать и с 77-ью девственницами и райскими кущами. И правильно и хорошо воспитанная снегурочка, а именно таковой и является Хиллари Клинтон, блистательно справилась с этой задачей.

В связи с этим мне невольно вспоминается случай, когда, 14 февраля 1779 года, аборигены, а точнее аборигенки съели капитана Джеймса Кука. Можно смело сказать: «Сожрали». Но, одна из этих полногрудых папуасок оказалась фетишистской и сохранила его высушенный под жарким тропическим солнцем член.  На память. И, с тех пор, сушеный член великого мореплавателя переходит в этой простой папуаской семье из поколение в поколение. По женской линии. Да, людоедство ушло в прошлое, и теперь это папуасское племя поклоняется статуе Максима Горького из сахара. Но, к счастью, эта прекрасная традиция дошла и до наших дней. А потому и Хиллари Клинтон, почерпнув из совместного наследия Моники Левински и своего супруга-президента все главное, самое ценное и возвышенное, сохранив это внутри себя, сжившись с этим, сделавшим это частью своей натуры, смогла стать символом своей нации. Ее олицетворением.

Но, уж реки вздулись от дождей, и в России скоро выборы. И здесь ситуация в каком-то смысле еще замысловатее. Я долго размышлял над происходящим, и поняла — здесь, в России, эта благородная традиция зовет нас на акцию гражданского неповиновения: заняться сексом в общественном месте в знак протеста против кровавого режима. Это ли не пример бескорыстного служения героев революции ее высоким гуманистическим идеалам? Да, природа наградила нас мощнейшим либидо. Да, мучачи проявляют к нам повышенный интерес. А, потому, в эти судьбоносные для нашей страны дни, мы не должны выглядеть как незамужние дуры в глубоком тылу врага, где все мужчины ушли на фронт. Наш священный долг — стать тем стирающим все нравственные границы ураганом, который сметет ныне обладающий нами режим политических, но, главное, физических импотентов. Мужской репродуктивный орган от природы наделен огромной чувствительностью, и наш священный долг воспользоваться этим во благо всего народа. Долой атеиствующих старцев, не скрывающих своего еврейского происхождения!

Но, пожалуйста,  долой и устойчивый фразеологический оборот из патриотического лексикона. Нас не поймут правильно, глядя на нас подумают не о том, и, в конечном итоге, мы вновь будем публично питаться червями и снова заставим человечество содрогнуться от увиденного. Но настоящие русские люди не сдаются. Эпоха, когда в нашей стране не было секса, не должна повториться! Те годы должны стать нам тяжелым уроком и суровым духовно-нравственным наказанием. Наш многократно кинутый на деньги родным государством народ этого заслуживает.

PS. Не слушайте меня — мало ли что пьяная женщина пообещает.