Старик Утробов шел. Жалкий, расхристанный вид его вводил в уныние даже хромых бездомных кобелей и сук, жавшихся к стенам полутораэтажных домов проспекта, в пыли и в  грязи. Старик Утробов имел при себе старую записную книжку и перочинный ножик. Записная книжка имела неопределенный, в разводах, цвет. Утробову,  страдающему старческим слабоумием записная книжка была нужна, так как жил он один. И он это помнил. Только вот зачем – вспомнить не мог.
 
     
      Старик Утробов шел в гастроном  что бы купить себе спичек, две луковицы и четверть буханки заварного ржаного хлеба. Просил, чтоб без тмина, но пожилой сгорбленный азиат в грязном синем халате и со смуглой безволосой головой, всегда почему-то протягивал ему с тмином, и тут же бегом скрывался в недрах подсобных помещений. Утробов знал, что каждый раз там его била падучая.
     
      Мрачно хмыкнув и выйдя из гастронома, Утробов обыкновенно садился на скамейку в ближайшем скверике. Неподалеку чахли кусты сирени. По аллеям скверика прогуливались бледные мамаши с колясками. Из колясок мрачно, по-стариковски
смотрели одутловатые явно нездоровые дети.
     
        Старик Утробов положил кулек на скамейку. Развернул кулек. Достал заварной хлеб, оказавшийся с тмином, одну луковицу и записную книжку. В записной книжке у старика между страничками скопилась соль.
"Мде.."-вздохнул старик , - "Мде..", и желтыми узловатыми пальцами неловко принялся выковыривать тмин из четвертинки буханки ржаного заварного хлеба, оказавшегося почему-то  с тмином. «Голодом старика заморить хотят, бляди..» - сетовал Утробов.
     
        На запах хлеба прилетела облезлая ворона без одной лапы. И сразу умерла. Спустя время на запах хлеба прилетел голубь. Тупо и безо всякого интереса походил вокруг. И тоже умер.
       
          Утробов взял в желтую ладонь одну луковицу. Подержал."Зачем мне лук?"-тупо подумал старик.- «разве лук так едят?» Между тем на скамейке слева умер молодой человек в бледно-серой одежде. Утробов убрал луковицу в карман. Пощипанную четвертинку ржаного хлеба Утробов положил обратно в магазинный кулёк. «Поешь тут, блядь....Тмин,. блядь,скоты.. Ох..» - вздохнул старик Утробов и, кряхтя, встал. Сильно хотелось есть.
Старик Утробов пошел. Дойдя до углового газетного киоска, он услышал хлопок. Потом еще. Затем яркая вспышка.


        Куски кирпича и плитки посыпались со всех сторон. Едкий сизый дым…
        "Где я? Кто я? Что я здесь делаю? Куда я иду?" - ошарашено бормотал оголодавший  старик.
       
          Какие-то люди в масках и с оружием пробежали мимо него. Завыла сирена.
Кричали валились на брусчатку люди. Нестерпимо пахло рвотой и разложением.
        Старик Утробов шел и видел, как рушатся кирпичные пятиэтажки, как подобно карточным домикам складываются панельные дома.
        Старик Утробов шел и видел как люди в противочумных костюмах сжигают трупы
     
       

    Теперь он догадывался..
    В конце переулка в дыму и в свете пожаров маячили три гигантских фигуры на конях.. Средний всадник на бледном коне  подъехал к Утробову спереди . Двое других – один на белом,  другой на рыжем обступили Утробова.

«Вспомни, Утробов! Ты не Утробов!» - громогласно пробасило существо на бледном коне. «Ты …»

  «Я - Го….Г..Гоо…» - бормотал Утробов…. 

«ой, ой ты конь мой воронооой..» запел старик.

Утробов вспомнил… «Поехали!»