Падали, падали с неба капли, звонко разбиваясь о нарочно подставленные дождю ладони, стекали вниз веселыми ручейками, превращаясь в лужи у ног. Эти мгновения были вечностью, ее бесплотными запахами и застывшими звуками, и я наполнялся этим дыханием, ощущая на себе ласковые, но пока еще осторожные прикосновения. Тихо падали с деревьев мертвые птицы, слабый ветерок подхватывал их высохшие пергаментные оболочки и медленно кружил вокруг меня.
Тим-тари-тари-томба, тим-томба, ти-тим….. еле слышно звучала внутри музыка, которую нес ветер. и было в этом ласковом пении невидимое присутствие чего-то значимого и безнадежно неотвратимого. Влага наполняла воздух и, конденсируясь у самой поверхности, превращалась в пар, который полупрозрачной дымкой стелился над землей, оседая тонкими хлопьями на камни и упавшие листья.
Я чувствовал, как мелко дрожал воздух, и пытался попасть в такт вибрации, чтобы в полной мере ощутить себя единым с окружающим меня пространственно-временным континуумом, в котором обитала Она. Так и не поймав ни разу, я ощущал на протяжении всей своей жизни неуловимую тень ее ненавязчивого присутствия. Я помнил тебя всегда, как ускользающий образ, и часто улавливал эти черты на лицах тех женщин, которых мне дано было любить..
Деревья тихо раскачивались в такт моим мыслям. Их ветви были необычайно тонкие и гибкие, они свешивались вниз и подбирали белые гроздья тумана, которые тут же, прыская по испещренному морщинами стволу миллиардами живых мышат, исчезали в серой предутренней тишине. Мышата грызли волокнистую плоть деревьев изнутри, пока стволы их не превращались в труху, и сразу же срывались вниз окоченевшими трупиками мертвых птиц. Ветер кружил их в медленном танце, то поднимая на секунду вверх, то снова отпуская.
Недавно я заметил, что с легкостью могу управлять этим странным местом, и окружение теперь полностью соответствовало моему внутреннему состоянию. Я даже не сомневался, что это не моя воля и прихоть, и воспринимал как нечто данное.
Туман поднимался все выше и мне пришлось тоже подняться вверх. Я медленно и бесцельно летел над ним…
Кто ласково положил мне руку на плечо и поцеловал в шею. Обернувшись, я никого не увидел. Невидимая рука легонько развернула мой корпус и растворилась в тумане. Зажмурившись, нырнул вслед за ней, и вдруг, непонятно откуда внезапно налетевший бешеный вихрь, подхватив меня, словно пылинку, стремительно опустил вниз, сокрушительно бросив о какую-то твердую, шероховатую поверхность.
В голове мучительно и остро пульсировало, глаза от внезапно накатившего удушья почти свободно, словно бильярдные шары после первого разгона, катались под отчаянно зажмуренными веками, руки взметнулись вверх от невыносимой боли, и тут же обрушились, наткнувшись на непреодолимое препятствие…
Откуда-то сверху доносились знакомые до боли голоса. Голоса рыдали и медленно удалялись.
Пахло сыростью и свежевыструганной доской.