Нно, залётные! Дед Мороз вытянул кнутом по спинам ездовых оленей. Важенка недовольно фыркнула и попробовала на ходу цапнуть зубастой пастью рукав тулупа.
- Я те побалую, ходи веселей, а то на мясу пущу.
Санки влекомые шестёркой оленей взметнулись в воздух и в снежной круговерти понеслись над сверкающим, новогодним городом. Внизу на здании железнодорожного вокзала промелькнула вывеска Великий Устюг.
- Дел то, дел сколь! Народишко прирастает быстрее, чем я с олешками успеваю обернуться. Надо помощников брать.


Больничная палата. Запах хлорки, лекарств и страдания. Две кровати, одна напротив другой. Мальчик не спал. Сегодня Новый Год! Ребята в складчину подарили обалденный радиоконструктор. Будет чем заняться на досуге. А досуга теперь будет много, собственно говоря, один сплошной досуг. Вспоминать не хочется…

Всё Федька-татарчёнок. – А пошли пацаны с крыши новостройки прыгать. Там полный котлован снегу намело, мягко, как в подушку. Всего два этажа, чё, зассали?
И ведь отговаривали его, мол, там под снегом чёрт знает что лежит. А он всё своё твердит, проверено, мин нет! А и действительно по нескольку раз прыгнули и хоть бы что. Ощущение полёта, восторг, крик!!!
И напоследочек пацаны, контрольный прыжок и мы зачислены в отряд Советских космонавтов.

Мальчик пришёл  в себя в больничной палате, на койке больше напоминающей противоперегрузочное кресло навигатора. Весь скованный гипсом, напичканный лекарствами. Позднее, когда сняли основную массу бинтов и гипса, выяснилось. Последний прыжок оказался роковым. Эта железобетонная балка лежала ещё с лета. А тут снегом её припорошило, замаскировало. На неё и приземлился неудачливый «космонавт».
Перелом позвоночника и обеих ног. Приговор? Похоже!
В тринадцать неполных лет такая авария, беда! Врачи говорят, что шансы есть, но очень ничтожные. Если только чудо, либо Господь вмешается. Но, к сожалению, в данном возрасте мальчик уже понимал. Чудес не бывает! Да и Господу больше заняться нечем, как дуракам ноги и мозги на место вправлять. Конечно, вера в изломанном теле ещё жила. Юность, молодость, неиссякаемый источник энергии, вдохновения и энтузиазма.


Девочка уже два дня лежала, отвернувшись к стене. На внешние раздражители не реагировала. На вопросы врачей не отвечала. Страшная душевная боль терзала её маленькое, хрупкое сердечко. В тринадцать лет ослепнуть? Надолго? Навсегда?! Врачи говорят нужно ехать в Курган, к великому доктору. Есть шанс, но настолько мизерный, что без микроскопа и не разглядишь. А на что ехать, и главное с кем ехать? С дедушкой? Так он почти всегда пьяный. Вот и в этот раз, когда у него в котельной произошел взрыв, он тоже был пьяный. Внучка принесла ему ужин, а уехала на карете скорой помощи. Она была готова на всё, что угодно. Лицо понятное дело не восстановить. Но не видеть солнца, неба, весенних сосулек на крышах домов…


Мороз крепчал! Старик поплотнее укутался в свой тулуп и достал плоскую фляжечку с коньяком. - Хе-хе, на меня несмышлёныши думают. Раз, мол, Дед Мороз, то, стало быть, и морожу я. Да глупости всё это, предрассудки. Природа, климат, солнечные циклы. Моя задача вам пострелята подарки развести, да в конце февраля Зиму в подпол загнать, а красу Весну, наоборот, на волю выпустить.
Пустая фляжка улетела  подхваченная снежными ладонями, а дед, задумавшись, достал другую, полную.


Это нянечка, тётя Феня добрая душа свела их. Сначала с Витькой поговорила, подготовила к «зрелищу», а потом с Катюшкой пошепталась. У одной ноги, у другого глаза, чем не пара. В больнице для «обыкновенных» с уходом всегда было плохо. А тут дети почти брошенные. У девочки всей родни дед алкоголик. У мальчишки вообще никого нет. Воспитанник современной республики ШКиД.
А ребята и впрямь подружились. Как будто на роду было написано им, пересечься в такой пиковой ситуации. Теперь всё свободное от процедур время, а его было море, они проводили вместе. Витька корректировал, а Катюшка по его наводке шла и делала. Тётя Феня в шутку называла их «тянитолкаем».

Время близилось к Новому Году. Сердобольная нянька притащила, откуда-то в палату плохенькую ёлочку. Принесла из дому немного мишуры, да несколько стеклянных шаров. Под руководством Витьки девочка украсила ёлочку как могла. Ближе к десяти часам пришёл дедуля, пьяненький, но с гостинцами. Мандарины, немного конфет, пряники, да две бутылки лимонаду. Из детского дома приходила суровая женщина лет пятидесяти с претензией на юность. Принесла вафельный торт, сборник Русских поэтов и кучу нравоучений. Дед посидел минут десять, надышал перегаром и, поцеловав внучку в щёку прослезившись, ушёл. Детдомовская матрона ушла раньше.

Ровно в двенадцать часов ребята налили в стаканы шипящий лимонад и, чокнувшись, как взрослые выпили. За здравие не произносили, но терпения и выполнения самого заветного пожелали. Накануне, во время обхода главврач перечитывая Катину историю болезни, сказал следующее. А вот эту дамочку будем отправлять в Курган, к тамошним Айболитам. Случай неординарный и с медицинской точки зрения крайне интересный. А посему морковка, поедешь за новыми глазами. Примерно около часу ночи зашёл выпивший дежурный врач Аркадий Семёнович, поздравил с наступившим и разогнал по палатам. А Новый год решил вывалить из мешка все подарки разом. Ни с того ни с сего у Витьки на правой ноге зашевелились сразу два пальца. Лежали мертвее мёртвого и вдруг!!!

Среди ночи неожиданно распахнулось окно в вестибюле. Ворвавшийся ветер-разбойник швырнул в лицо засуетившейся тёте Фене пригоршню колючего снега. Нянечка бросилась закрывать створки. – Ах, ты ж незадача, какая, чуть ведь не выхлестало. Злится зимушка, лютует!

Утром в больнице произошло несколько событий. Заступившая в день уборщица, желчная и сварливая баба, ругаясь и поминая пьяных врачей и нечистого, вытирала в коридоре мокрые следы пятьдесят какого-то размера. Катя, грустно улыбаясь, сидела на кровати и перебирала в руках перевязанный ленточкой морской бинокль, бог весть как попавший к ней под подушку. А Витька с открытым ртом смотрел на пару новеньких роликовых коньков стоящих у его кровати.

Снег всё так же валил на сонный Новогодний город. В его кружении чувствовалась некая торжественность. Обещание хорошего и доброго. По над облаками уносилась упряжка оленей. Из санок неслось разухабистое - тёща блядища блинищи пекла, уронила сковордищу…

04.08.07 г.  Е.Староверов.