Мне тут любезные фтыкатели, как инженеру с говнокачки, задали вопрос о пелотках. А именно – как относятся пелотки, к моему пропахшему говном пиджачку? Отрицательно они относятся, да еще как отрицательно – то… Не помогает даже и мой красивый черный джип Крайслер. Вот, к примеру – еду тут поздно вечером с калоотстойника домой, а места у нас там поэтические, скажу я вам – говнокачка, рабочий поселок, железная дорога, да тюрьма. Приличным пелоткам, с наступлением темноты, делать в таких местах, решительно нечего. И вот, стало быть еду я в темноте, по DVD плееру прапорщега Задова фтыкаю ( очень я его люблю сильно, потому что придурок он первостатейный, как и я сам ), тут вижу, пелотка голосует. Не молодая, но и не старая такая. В самый раз для меня будет. Она садится в машину, едем, болтаем о том – о сем, вдруг, она мне и говорит – Что- то запах у Вас в машине какой то подозрительный. Вы, говорит, наверное, в собачью каку наступили, и не заметили. У меня, говорит, муж так частенько наступит, а потом едем на дачу и угораем. Тут я ей и отвечаю – Нет милая, собачки тут ни при чем. У меня на участке, на станции, двадцать тонн фекалиев в час, насос перекачивает. А бывает, что ломаются насосы, тут бригада ремонтная и лезет смело в гущу, так сказать событий, чтобы значит, город в собственном продукте не захлебнулся. Мне как начальнику лезть, конечно, не надо, но процессом руководить приходится. Вот почему я попахиваю, хоть и в хорошем костюме. Замолчала моя спутница, надулась, всю дорогу только в прапорщега Задова и пялилась. А другая, та, с которой тут недавно расстались, так и сказала – От тебя воняет! Оставь меня! Ладно. Пусть… Раньше не воняло, а теперь воняет. Иди на все четыре стороны, мне не жалко.

Но эти все случаи – так, ума холодные наблюдения, и сердца горестные заметы.
А вот недавно, на светлый праздник Пасхи, случилось, так уж случилось!
У всех разговление, веселье, а у нас грохнулся фекальный насос. Большущий такой. Запасной включаем, и он тоже встает. Вечереет, однако, все домой стремятся, а дежурная бригада начинает насосы разбирать. А на том конце трубы, люди ничего не знают про нашу аварию. Им из толчка факс не приходил. Они радуются, пьют водку, кушают усиленно и серят. Даже больше чем обычно серят. Некоторые после долгого воздержания в пост, переели и дрищут. Нам следует поторопиться. Не наступила бы экологическая катастрофа, ибо народ наш, срать уж очень горазд. Что в каментах, что в реальной обстановке. Тут приходит один из наших мелких начальничков, и предлагает выпить за светлый праздник. Я не очень хотел, но выпил все же. Потом еще и еще…Тут он и говорит – Давай поедем в гости к одной пелотке знакомой в поселок. У нее муж с ребенком уехал в гости, куда то далеко, подруга ее придет, короче будет веселое всеношное бдение. А ребята твои, если не справятся, то нас по мобильному вызовут. А я уж выпил, мне вроде за руль нельзя, но товарищ убеждает, что мол, ДПС между чанами с говнецом, пока замечено не было, а там – одну улицу переехать. Короче погнали мы по ночной станции аэрации. А на КПП, при выезде, стоят менты. Нас вообще менты охраняют. Мы же стратегический объект! А вдруг, какой нибудь там Шамиль Басаев, наш калоотстойник захватит, и будет угрожать правительству, залить жидким калом, весь регион?! Это ж понимать надо. Тут политика. Однако охранять говняные рубежи Родины, присылают и соответствующих ментов. Не очень сильно обезображенных мыслями. Они нас увидели, подходят багажники проверять, и один спрашивает – Ну, что украли?
Я когда трезвый, внимания на их дурацкие шутки, не обращаю, а по пьяни – я заводной очень. Вот и говорю – Что, что? Говно украли! Хошь, я сейчас распоряжусь, и тебе прям под дверь будки, тонн этак десять свалим, чисто чтобы ты на посту не спал?
Я подумал, грешным делом, что мент, после моих слов драться полезет, а он заржал только, как конь педальный, хлопнул меня по плечу, и открыл шлагбаум.

Приехали мы в гости, на соседнюю улицу без приключений. Хозяйка милая такая оказалась. Выпиваем, закусываем, я им об античной литературе заправляю. Про Иосифа Флавия там, про Тацита и обоих Плиниев, и все бы хорошо, но выявляется одна проблема. Хозяйка отзывает меня в коридор и говорит, что уж больно от меня пахнет сильно. Предлагает костюм вывесить на балкон проветриться, а мне пока в халате посидеть. А нам халата и не надо. У меня же отличные семейные трусы. Широченные, розовые, все в цветочках, и мелких огурцах. Сижу уже в трусах, выпиваем еще, набираемся постепенно, до состояния ризоположения, и тут звонок на мобильник. Вызывают на объект. Я, конечно, иду на балкон, а костюма там и нету. Сдуло ветром. А внизу темнотища, кусты густые, а на кустах обрывки и огрызки всякой дряни, которую жильцы, за зиму с балконов накидали, потому что им до помойки ходить лень было. Искать там костюм, смерти подобно. Вот беда! Что же делать? Тут хозяйка, и говорит – А давай, мы на тебя плащ мужнин наденем. Он длинный. Никто, ничего и не заметит. К машине моей, меня уже по счастью не допустили. Вот и приехал я на объект, в плаще, из-под которого периодически высовываются мои волосатые ноги, да и трусы в цветочек просверкивают. Рабочие от такого вида начальника, припухли слегка, но вида не подают. Запустили мы систему, тут мне бригадир и предлагает, за праздник и за успешный ремонт немного выпить. Зачем я согласился? Сам не понимаю.. Вот, помню, налили мне полстакана, как к лицу подносил тоже помню, потом – беда… Смутно припоминается, что тащили меня под руки, через проходную, и менты просто кипятком писали от моего распахнутого плаща и моих семейных трусов. Помню обшарпанную Волгу, и какого то хачега за рулем, который привез-таки меня домой. Дома, помню, как теща меня осматривает и спрашивает – А где ж твой костюм, милый? Обдало, его что ли? А я ей, заплетающимся языком – Да! Точно! Обдало! Я его в химчистку сдал..

Утром меня похмелили, одели и отправили на работу. Нашлись и костюм, и джип мой любимый. Все стало хорошо и спокойно, вот только та пелотка, у которой мы в гостях сидели, продолжить наше знакомство не пожелала.
Все-таки отрицательно относятся пелотки, к моему вонючему пиджачку.