Когда мне было 16 лет, я еще не был полноценным ибланом, а сдавал экзамен на получение водительских прав категории БЭЦЭ. Потом это была такая голубенькая картонная книжечка, в которой стояли две печати: "Очки обязательны" и "Действительно с (счастливый день моего восемнадцатилетия)." 
Сдавали мы на ментовском бобике цвета хаки. Я водил хорошо и был в себе уверен (иблан, хуле). Дело происходило в заполярном поселке городского типа, где не было ни одного светофора, что сильно облегчало процесс вождения. Сплошной позитиффф...
Сажусь я, значит, в уазик и смотрю на господина экзаменатора, который сидит, соответственно, справа от меня в кресле переднего пассажира. А господин на меня даже не смотрит. Хуле, он мент, якут - кароль жизни. Гроза дорог. Глаза узкие, морда плоская. Погоны, фуражка, вся хуйня... "макар" на пузе. 
И, значит, я его вежливо так, с легким подобострастием спрашиваю:
- Можно начинать?
А он мне, эдак не глядя, сквозь зубы (дескать, заебли его эти школьники):
- Пристегнись...
Ну, я хуле. Мне не трудно. Пристегнулся. Ремень воткнул куда надо и снова спрашиваю:
- А вы?
Он молчит. Мол, тяжело ему с недоумками. Помолчал с минутку, самоутвердился. Потом говорит:
- Я не пристегиваюсь.
Ну, думаю, крут чувак. Потом машину завел, сцепление бросил, газ вдавил, с ручника не снялся... Мне-то похуй, я пристегнут, только голова мотнулась. А товарищ экзаменатор как сидел еблом вперед, так и влип в лобовуху. Молчит, что характерно. Ебальником в стекло упирается. Зад кверху. Позу сохраняет.
А я сижу и думаю: формально я ведь еще не поехал, так что, может, у меня есть шанс сгладить это ничтожное недоразумение в ходе экзаменационного процесса.
- Ну, что, - спрашиваю осторожно, - Я могу ехать?
А он, не отрываясь мордой от поверхности, гнусаво так (хуле, нос стеклом приплюснуло):
- Пошел вон...
Мне даже какая-то усталость в его голосе померещилась.