(при участии призрака Покса)


С детства мичта у меня была о свадьбе. Чтоб невеста в платье нарядном, обязательно в белой шляпе. Это меня дедужко научил. Вы говорит, как со свадьбы домой приедете, ты ей в бубен дай сразу, чтоб она в одну сторону летела, а шляпа в другую. Все, скажишь, блядь, праздники кончились, начались суровые будни. Я так и сделал, и типерь, всигда по субботам кричу: «Танюха, шляпу надевай, профилактика!». Живем душа в душу.     

О ревности я раньше вообще ничего не знал. Слыхал только про негра одного слабуомного, который жену свою удавил. Он ее еще по десять раз спрашивал: «Молилась ли ты на ночь?». Но сам я со змеем ревности (тьфу, бля, что ни напиши, все про шефа получаицо) не сталкивался. 

А жина моя, Танюха - красавицо!!! Хуле сказать, 87 килограмм живого весу не каждому дано. Мне вот привалило счастье. Привалило и даже слигка придавило. Нравицо мне, что красивая она да смышленая. Книжки умные читает постоянно. Афтаров модных и непонятных: Пиздюнцову, Жопски, Хуйсруками. Журналы научные – «Кунилинг Гел», «Трип-Инфо», «Хламур», «Отсос-газету». Просвищяица, значет, растет! Но как-то стал я замичать, что в журналах етих на каждой обложке иблан один и тот же красуеца, глазки ей строит. Ну и бесился я, как вши на потной жопе, почти год. А как-то гляжу, висит афиша, а на ней тот самый кекс из журнала, предлагает мне сходить на спектаклю его. Артист, бля, Буратина… Петрушка хуев.

И решил я с ним разабраца в его же логове. Я ж не сцыкун какой-то там. Парень здоровый, кашу с детства ел за всю семью, еще и в детсаду у всех детишек отбирал и тоже ел. Хуле, меня в подготовительной группе три года держали, не хотели в школу отпускать. Нравился я им своим умом, видимо. Ростом не удался, зато плечи уже жоппы. Ушу занимаюсь, в камасутре раздел «Секс своими руками» осваиваю регулярно. В школе на бокс ходил пару месяцев, грушу травмировал штояибу, как чикатила бешеный. От занятий боксом остались у миня трусы голубые. Я их на чемпионате районном спиздил у колхозников. У них одни трусы на всю команду петушиную и были. До сих пор, наверное, все село в трауре по голубым трусам. С тех пор ношу их каждый день, силу и уверенность мне придают. И для письки уже – как дом родной.

Нарисовал билет карандошом,  справки навел. Оказываецо, по спектаклям одни пелотки да ботанеги ходют. Кульбаебы, так сказать. Культурные долбоебы, значет. К премьере подготовился основательно. Прикид свой продумал до мелочей. Ну, трусы голубые – само собой. Что ж я, без трусов в тиатр пойду? Сапоги дембельские надел, с подковами, портянки выходные. На майку красную аксильбанд прицепил. На кепку свою любимую, «Речфлот», звезду солдатскую павесил. Подмышки год не брил, хной покрасил в рыжий цвет. Прыщ на лбу выдавил, а зубы чистить не стал. Кариеса все бояться, хули тут говорить.

Пришел в тиатр, специально опаздал. Захожу, полон зал кульбаебов – сидят, перднуть боятся, точно, ботанеги.  Шагаю по проходу уверенно, шаг чеканю, каблуками хуячу, как Медный Всадник. Не разбижались очкарики. Думал от одного моего выхода обосруцца.  Принюхался - гавнецом попахивает. Заебись, думаю! Еще раз принюхался, а нет, блядь, это от меня…

Ряд у меня третий, легко нашел. А я ж говорю, научили миня, как в тиатре себя вести - чтоб артистаф не обидеть, надо к сцене лицом идти, а к зрителям жоппой. Иду по ряду, слегка нагнувшись. Место у миня 35. Считаю сколько культурных лиц заденет моя невежливая жоппа. 1, 2, 3, ...17 ... оппаньки, чюрко сидит. Страшновато жоппой-то к нему идти. У него один клюв больше, чем хуй у меня. Не, сцать думаю, вспомни, чему дедужко учил. Прохожу мимо чурки, как ебану шептуна ему прямо в клюв.  Хачегу перднуть в нос – не западло для конкретного пацана, зуб даю. Не рассчитал немного, канешна, с подливом ебанул, ну ничего, в сапоги стекло да на волосатых ногах нимнога осталось. На пол, слава яйцам, не попало, тиатр все же, храм  искусства.

Сел на свое место, гляжу на сцену. Там стоит стол большой, сидят два хмыря, водку пьют и сало жрут, каклы, наверное…ага... Паскуду с журнала сразу вычислил, хоть в бороде был, с длинными волосами и накладными губами. Но миня не наебешь. А спиктакль странный какой-то, один чудак скажет «У- у», второй ему соль подаст и в ответ «Гугугу", по залу легкий смешок пробежит и опять все повторяется. Понятно все, блядь, и охуенно смишно! Полтора часа так просидел, ни хуя не вкурил, о чем пьеса. Пора действовать, думаю, я ж семью свою спасать пришел, а не жоппу отсиживать. Тем более жоппа уже чешеца, а почесать неудобно, не дома все же, да и чюрко, я вижу, не дремлет.

Встаю в полный рост и как заору хмырю волосатому: -  «Эй, Чипполина, еще раз нарисуешься около жины моей –  всю жизнь будешь срать где попало!». И руки так грозно поднимаю вверх. Стою, значет, бросаю вызов как рыцарь, а на меня ноль внимания. Что со сцены, что в зале.  Я повторил раз, два... ни хуя, в игноре блядском чятюсь. Орал, пока не охрип. Те двое жрут и пьют на сцене, в зале все как и было, смешки да пиздохаханьки.

Послал я их всех куда только смог и домой пошел расстроенный. Интелегенты хуевы, сразу видно. Знают, как оскорбить и унизить. Вот тогда я пожалел, что дедужко мой помер на днях, мерседесом -  трейлером, насмерть, прямо под окном, ну а что Вы хотели, человеку было восемьдесят семь лет. Такой удар - это Вам  не «запорожец». Что характерно - всю войну прошёл без царапинки, так немец его через шестьдесят лет догнал.

Не любил дедужко молодость вспоминать. И правильно, много у  него всякого в жизни было. Его из расстрельного отряда НКВД выгнали за жестокость. Потом в разведроте служил. Всем от него досталось, и нашим, и немцам. Шайтан - так окрестила его молва. Про него даже рассказы пишут http://www.udaff.com/creo/68453.html . Вот дедужко-то этих театралов научил бы после подсрачника в воздухе переобуваться. Но и меня успел кой-чему научить.

Возвращаюсь домой, сразу кричу: «Танюха, шляпу надевай!». Выходит в шляпе, дальше все как обычно – шляпа в одну сторону, Танюха в другую. «За что?», - кричит.
Все косяки ей припомнил, во всем кается: и что ноги с пелоткой моим станком бреет, и что трусы мои голубые давно выкинуть хочет, и что мечтает она, чтоб ей Билан пелотку полизал, как той девужке http://www.udaff.com/creo/62983.html  . Во всем призналась, а от любовника открещивается. Ну я ей в репу зарядил еще разок и журнальчик предъявляю – «А вот этот хуило не любовник тебе?».

А Танюха, дура, сидит и лыбу давит. Весь ебач в крови, а она прецца. Я уж подумал от стресса кукушка улетела, а она говорит: «Да ты не только картинки смотри, ты текст прочитай!» Фтыкаю: «Мировую известность артист театра ГТГА Альберт Мошонкин-Яйцев получил благодаря своим благотворительным спектаклям. Он дает по три спектакля ежедневно на протяжении 17 лет в тридцати странах мира....» Дочитал я статью и понял, пачиму мой дибют не удался. Одного не пойму, на хуя нужен он вообще – Государственный Театр Глухонемых Артистов? Еще бы для слепых придумали.

Ну ревность прошла у меня, перед Танюхой извинился, подмышки побрил. А сегодня вам эту историю рассказал и понял, што я все-таки мудаг. Мошонкин-то-Яйцев в тиатре глухонемых служит, ни хуя не импотентов. Ну, вы уже знаете, что я Танюхе с порога скажу… 

Прошло три дня… Информационные агентства сообщают http://www.fontanka.ru/2007/03/19/043/ , что вневедомственная охрана задержала в гостинице аэропорта «Пулково» не совсем адекватного дебошира. Как сообщила пресс-служба УВО при ГУВД Санкт-Петербурга 30-летний мужчина, будучи нетрезвым, в одном нижнем белье ворвался в помещение ресторана гостиницы, устроил скандал и в ответ на замечание администратора разбил ей голову кухонной кастрюлей. Наряд задержал дебошира и доставил в 68 отдел милиции. Женщине же потребовалась госпитализация: ее отправили в больницу №26 на улице Костюшко.

Приключения продолжаются…