Эта ночь выдалась морозной. На небе светила луна. Кирильчук делал маникюр у себя в гостинной, когда часы пробили полночь. По телу Кирильчука пробежала дрожь, он вскочил со своего места.

"Я знаю что мне делать сегодня!" - захрипел Кирильчук, и выбежал во двор. Тропинка к сараю вела между кустами сирени. Кирильчук остановился возле растений. Неожиданно спустив штаны он присел на корточки. Ещё мгновение, и он уже дрыстал. Надрыставшись, он сразу надел штаны, постоял несколько минут в раздумье. Потом он опять присел и начал трогать ладонями кал. Кал был очень вонючий, судя по лицу Кирильчука. Достаточно намазавши руки калом, он начал тереть ладонями по своему лицу. Когда и лицо покрылось пленкой кала, Кирильчук встал, и медленно зашагал к сараю. Отворив дверь в сарай, он увидел спящих животных. Кирильчуку уже не терпелось начать своё дело. Он впопыхах разделся, не издавая при этом практически никаких звуков. Но когда он снимал трусы, он безнадежно запутался в них своими ебанными ногами, и ебанные его ноги, подкосились к ебеням, и он ебанулся ебанными ногами по ебанному бетонному полу, но ебнулся он очень сильно. И когда он очнулся то почувствовал легкое першение в горле. Он осмотрелся. Понял что находился уже не в сарае а в каком-то неизвестном месте. Кирильчук не понимал что с ним произошло, сколько времени он провел в отключке, и почему так першит в горле. Ответ на последний вопрос не заставил себя долго ждать. Кирильчук вдруг понял, что в его глотке находиться какое-то инородное тело. То, что это было что-то живое Кирильчук не на мгновение не сомневался. Это тело ерзало взад и вперед по его горлу. Эти движения были довольно ритмичные. Кирильчуку от этого вдруг дико захотелось танцевать, но ему было очень тяжело шевелиться. Он попытался встать на ноги. Что-то больно закололо в заднем проходе. Он упал на грудь и потерял сознание...