Часть четырнадцатая

"Кофий" и "сырий"

Похоже здесь, на другом конце города, дождя и вовсе не было: тротуары были сухие и чисто выметенные - местная префектура заботилась о поддержании порядка на улицах. Закинув сумку на плечо, Усатый, насвистывая, шёл в сторону третьей Владимирской улицы. Мимо него изредка проезжали патрульные машины, замедляли движение, но не останавливались, - здесь в это время часто шли домой из депо машинисты.

По правую руку показался ресторан с дурацким названием "Аллигатор", по-видимому намекающим на прожорливость посетителей. Над светящейся вывеской изогнутыми неоновыми лампами почему-то была изображена чашка дымящегося кофе. Усатый глянул на часы. Он намеривался появиться в гостях где-то около двенадцати, так что время в запасе было. Пара кружечек кофе никогда не повредит.

***

Всё-таки сказывалось долгое отсутствие НАСТОЯЩЕЙ еды - Усатый чувствовал себя неважно, стал раздражительным и грубым, что было для него не характерно. Усевшись за свободный столик, он затолкал под него сумку с инструментами, и осмотрелся вокруг. Рядом, слева от него сидела парочка пожилых сударынь, и изобилием косметики и самодовольства на обрюзгших и напудренных лицах. Одна из них, держала поднесённой к губам маленькую чашечку с дымящемся кофе: пальцы дамы были сложены в щепотку, а мизинец оттопырен, - видимо она считала это утончённым и светским жестом. Её компаньонка нагнулась через стол, и что-то прошептала ей на ухо, глядя на людоеда. Дамы прыснули, прикрывая ладонями рты.

Усатый метнул на них злобный взгляд и отвернулся. Прошло уже минуты три, и обслуживать его явно не торопились. Маньяк начал злиться. От стойки бара отделился официант в белой рубашке и пошёл в его направлении. Людоед уже открыл рот, чтобы сделать заказ, но наглец прошёл мимо, к столику двух дам. Усатый мгновенно рассвирепел и рявкнул:

- Эй! Куда пошёл?

Спина официанта, склонившаяся над столиком, вздрогнула. Посетители ресторана прекратили есть, и повернули головы в сторону людоеда. Официант обернулся и с достоинством спросил:

- Что, простите?

- Обслуживать будем сегодня? - злым голосом поинтересовался маньяк.

- Сейчас к вам подойдут, - с безразличной интонацией ответил официант и отвернулся.

- Когда "сейчас"?! - Усатый привстал со стула, и стал засучивать правый рукав.

- Что изволите? - рядом с его столиком уже стоял другой официант, и потягивал людоеду меню. Маньяк сел, раскрыл его, и стал выбирать - чего бы съесть. Грудных детей в меню не оказалось, а мясо животных и птиц Усатый не любил, так что пришлось довольствоваться только кофе. Он захлопнул меню, вернул его терпеливо ожидающему официанту и громко объявил, глядя в пепельницу на столе:

- Мне кофий. И сэндвич с сырием.

Повисла пауза. Официант вскинул брови и уточнил:

- Прошу прошения, вам кофе?

- Глухой что ли? Кофий! - Людоед поднял голову и сердито посмотрел на бестолкового человека.

- Вам "капучино"? Или "эспрессо"?

- Что-о?! - глаза Усатого округлились, как у сыча, и покраснели.

- Ну, - замялся официант, слегка напуганный этой метаморфозой, - вам крепкий, со сливками или без, растворимый или натуральный?

- Какие сливки?! Принеси мне чёрный, крепкий, натуральный КОФИЙ! - чётко сформулировал маньяк. - И сэндвич. С сырием!

- С сы-ром! - раздался насмешливый голос со стороны столика, за которым сидели две сударыни.

- Молчать! - развернувшись на стуле, рявкнул Усатый, брызнув в их сторону слюной, после чего снова повернулся к официанту и уточнил:

- C острым "российским", - секунду подумав, он добавил: - или "пошехонским"!

- Извините, но у нас таких сортов нет. Могу предложить вам на выбор: "Эдамер", "Рокишкис", "Илерталлер"...

- Российский сырий! - повторил Усатый, багровея. - Понимаешь? Или по вкусу похожий на него!

- Понял, сейчас принесу, - официанту захотелось поскорее отделаться от агрессивного посетителя. - Желаете что-нибудь ещё?

- Нет! - отрезал Усатый и отвернулся.

***

Покачиваясь на стуле, людоед ждал кофе и угрюмо косился на сударынь, на столе которых уже стояла бутылка коньяка "Хеннеси". Усатый не злоупотреблял спиртным, но знал толк в хороших напитках, и ему вдруг захотелось отведать дорогого коньяка. Женщины щедро сдабривали им свой кофе, благодаря чему разговор их становился всё громче и непринуждённее. Усатый прислушался.

- Я вот никак на пойму, - рассуждала одна. - Почему слово "кофе" имеет мужской род? Меня это бесит! По всем правилам русского языка ему присущ только средний род!

Дама напротив кивнула, но возразила:

- Но это слово иностранное, скорее всего французское, и не обязано подчиняться нашим правилам.

- Да? - визгливо ответила её соседка. - А как же "метро", "трюмо", "манто" и, наконец, "кафе", у которого отличие состоит только в одной букве?! Все они имеют средний род!

С победным видом она взглянула на подружку и, снова долив себе в чашку коньяка, отхлебнула из неё сразу половину.

Усатый скрипнул зубами. Как хотелось встать, подойти, и дать крюком в рыло этой тупой самоуверенной суке! Кофий - "среднего рода", ну надо же! Но в ресторане присутствовала охрана, и маньяк держал себя в руках.

- Но наш "вежливый" сосед, - начала дама, предполагавшая у слова "кофе" французские корни, - использовал старорусскую форму произношения: "кофий". По-моему, раньше на Руси его только так и называли.

Усатый нахмурился.

- Ой, да брось ты! - пренебрежительно махнула рукой сударыня. - Нашла кого слушать!..

Она привстала и перегнулась через стол, склонившись к уху подруги:

- Посмотри на него, - тихо сказала дама, поглядывая на людоеда, который, отвернулся в этот момент, ища глазами своего официанта. - Явный алкаш и быдло. Всю жизнь провёл на какой-нибудь стройке. Он и русских-то слов сотни две, небось, знает... Остальные - матерные!

Говоря это, она не подозревала о том, что Усатый обладает очень чутким слухом, да и коньяк сделал своё дело: в общем, все её слова были услышаны. И не только её подругой.

***

Усатый повернулся лицом к оскорбившей его сударыне и, стукнув кулаком по столу, поднялся со своего места, уронив на пол стул. Дамы мгновенно отвернулись, и синхронно отхлебнули из своих чашечек, с видом полной непричастности к действию мужчины за соседним столом. Тот молча поднял упавший стул, поставил его на место и неторопливо пошёл к двум женщинам, которые, как ни в чём не бывало, продолжили разговор.

Маньяк подошёл к их столу и, по-прежнему не произнося ни звука, опёрся рукой на столешницу, и, шумно сопя, навис над сударынями, косясь то на одну, то на другую. Те прекратили свой разговор. Усатый ждал. Молчание длилось около минуты и, наконец, женщина не выдержала:

- Ну что? - она вскинула голову, и смело посмотрела в глаза людоеду.

- Значит - "быдло"? - без всяких прелюдий начал маньяк.

Дама встретилась взглядом с подружкой и улыбнулась:

- Я не понимаю, о чём вы, - заявила она, не глядя на Усатого, и быстро отхлебнула из чашки.

- Так значит - "с сыром"? - продолжил допрос людоед, постукивая крюком под столом.

- Что вам нужно? - подала голос её подружка. - Оставьте нас в покое!

И она потянулась за бутылкой, но маньяк шлёпнул её по запястью, и схватил бутылку сам. Дама взвизгнула, потирая ушибленную кисть, а другая громко крикнула: "Хамло!", и попыталась отобрать бутылку. Усатый увернулся и, отступив на шаг, в несколько глотков выпил весь дорогой коньяк. Обе сударыни возмущённо закричали, а людоед, передумав убивать, с грохотом поставил пустую бутылку между женщинами, и пошёл к своему столику, у которого стоял с подносом официант, с открытым ртом взиравший на происходящее.

***

Не обращая внимания на крики за спиной, Усатый отодвинул стул и сел на своё место, слегка хлопнув ладонью по столу. Официант спохватился и поставил перед ним поднос с чашечкой чёрного кофе и двумя бутербродами с сыром. Людоед взял бутерброд и поднёс его к глазам, пристально разглядывая. Официант, памятуя, как его лихо клиент расправился с бутылкой коньяка за семьдесят долларов, предложил:

- Не желаете что-нибудь к кофе? Лимон, коньяк?

Усатый, продолжая разглядывать кусок хлеба с сыром, покачал головой:

- Уже не желаю...

- Как будет угодно, - кивнул официант и стал отходить.

- Стоп, - сказал Усатый и, не выпуская кусок, поманил официанта пальцем. Тот немедленно вернулся:

- Что такое?

- Что такое? - переспросил его маньяк и потряс над столом бутербродом. - Вот ЭТО что?

- Это ваш заказ.

- Да?! А что я заказывал? - спросил людоед, прищурившись.

- Вы заказали бутерброд с сыром, - не слишком уверенно ответил официант, и на всякий случай добавил: - Если я не ошибаюсь.

- Ошибаешься! - возразил Усатый. - Я заказывал сэндвич.

- Простите, но это же одно и то же.

- Ах, это ему одно и тоже! - со своей обычной интонацией, предвещающей скорую смерть собеседника, протянул маньяк. Но вдруг согласился:

- Хорошо. Значит, это - бутерброд? - Он снова потряс куском перед лицом смущённого официанта.

- Ну... Да.

- "Ну..." Нет! - передразнил его Усатый, и, отделив сыр от хлеба, зажал обе половинки между пальцами:

- Вот это, - он пошевелил кусочком хлеба, - "бротт". А это, - он пошевелил куском подсыхающего сыра, - "сырий"! Ну?

- В смысле? - в полном замешательстве промямлил сбитый с толку официант.

- Где "буттер"?!! - зычно крикнул людоед, уже во второй раз возмущая всеобщее спокойствие. От входной двери к нему направился охранник.

- Простите... Что? - совсем растерялся официант.

- Буттер!

Официант моргнул:

- А... что это такое?

Усатый поморщился и разочарованно протянул:

- Ах ты, жопа... "Буттер" - это масло! - людоед бросил расчленённый бутерброд на поднос, и отпил из дымящейся чашки. Ну надо же, кофий был просто превосходный.

- Да ты хоть в школе... - продолжил было Усатый, но тут его несильно, но твёрдо потрясли за плечо. Маньяк замолчал и с удивлённым лицом оглянулся. Стоявший рядом охранник безэмоциональным голосом произнёс заученную фразу:

- Я вынужден попросить вас расплатиться и покинуть это заведение.

- Ага. Вот как, - Усатый повернулся к нему вместе со стулом, и отхлебнул ещё глоток. Нет, кофе правда отличный, официант будет жить, подумал людоед, а вслух громко, на весь зал, произнёс, обращаясь к охраннику:

- А я вынужден, хлябь твою твердь, попросить тебя развернуться и катиться в жопу! - с этими словами маньяк плеснул ему в лицо остатки густого горячего кофия.

***

Охранник вскрикнул и отпрянул он столика, схватившись ладонью за ошпаренное лицо. Усатый вскочил, отшвырнул в сторону стул и, подхватив из-под стола сумку, размашистым шагом направился к выходу. За спиной послышались топот и крики. Людоед остановился, поставил сумку на пол, и развернулся - через зал к нему бежали ещё четверо крепких мужчин в форме.

Чтобы избежать паники среди посетителей, он воздержался от демонстрации и использования протеза, и, сконцентрировавшись (благодаря принятому коньяку), ускорил жизненные процессы в своём организме. Стремительные движения бегущих к нему людей стали вязкими, как будто те двигались в воде, а их резкие выкрики стали протяжными и низкими, - всё равно, что пальцем постепенно замедляли вращение пластинки.

Нелюдь легко уклонялся он налетающих на него охранников и короткими ударами левой руки в голову лишал их сознания. Люди резко отлетали в стороны, и по инерции уже плавно (для людоеда) продолжали своё падение: двух самых массивных он настиг, когда они ещё пребывали в воздухе, и двумя ударами локтя припечатал их к полу.

Для внешнего наблюдателя схватка длилась не более двух секунд. Усатый восстановил прежнюю скорость обмена веществ, и спокойно последовал к выходу, закинув на плечо свою сумку. В ресторане повисла тишина: все посетители провожали маньяка изумлёнными взглядами; официант, находившийся на его пути, поспешно шагнул в сторону. Людоед дошёл до двери, взялся за ручку, и, приоткрыв её, оглянулся. Сидящие за столиками люди по-прежнему безмолвствовали и не двигались. Маньяк криво усмехнулся и покачал головой:

- Можете продолжать есть, - соизволил Усатый, и, толкнув дверь плечом, вышел на улицу.

***

--------------HALF-END--------------

послесловие от R.A.K. и Доктора Эндрю : кароче, пока наверное все, устали мы. Всем КРИТИКАМ спасибо за критику и поправки, все будет учтено. Как только напишем продолжение (недельки через две, maybe) - выложим.

И помните - Усатый где-то рядом! Не оставляйте детей без присмотра. Хотя...присмотр Усатому не помеха - прям на глазах сожрет))))