А между тем все ниграматныйе и грубыйе плибеи на самам деле рулят! Им гораздо проще, фтыкновеннее и удовольственней живецца на этом сцвете. Не, ну в сцамом деле. Вот самый тривиальный сцлучай, отражаюсчий адну ис сторон вапроса. Возьмем человеческойе тело ис самово нисшево сосцловийя, афтосцлесаря.

Стандарный рабочий день. Бодра и весила насцвистывайа песинку "ну кде жы вы дифчонки, тра-ля-ля-бля", под днисщем грузавика лежыт этот сцамый лихой сцлесарь. Ковыряет какуйу-то афтохуйню, и ебало его все в масле, руки в мазуте, одежда в салярке.

Вдруг слышыт возмущенный голос:

- Мужсщчина, и как же эта называйецца? Вчира вы сказали, што машина как новенькайа и фсе будит заепцом !

Слесарь отрываецца от сваиво увлекательного занятийа и фтыкайет в залупайущуйюся на нево багата адетуйю женсщчину. Женсчина выглядит ахуительна, и он расплывайецца в пахатливай улыпке:

- ага, и чо?

Женсчина вазмусщенна атвичайит:

- сиводня она апять сламалась!

- да ну нах? - гаварит слесарь с абиспакойенным литцом (на самом деле иму савиршенна похуй) и складывайет свайи грязныйе руки на груди.

Ясен хуй, ей это не нравицца и она с атвращением сбрасывайет ево руки са свайей груди, писдит ево ладошкай па литцу и направляйецца к свайей ахуеннай тачке.

А сцлесарь глумлива ухмыляйецца, даганяйет ейо и писдит ф затылак кулаком, ат чиво баба пративна фсвизгивайет и тиряйет ариинтацыйу ф прастрансцтве.

Слесарь, пользуйясь ейо замишатильством, нагибайет раком, упирайет галавой ф капот ейонава же афтамабиля и, сарваф нижнейе бильйо, абнажайет атлична выбритыйе женцкие чресла. Смазывайет хуй мазутом (ф каторам испачканы ево руки) и с атличнай смазкой йебет ахуительнуйу багатуйу телку, пириадически пиздя ейо па агаленным йагадитцам, чтоп вазбудицца сильнейе. Йебет ф жопу и канчайет ф писду. В мамент аргазма хватайет ейо за волосы и бьйот ибалом ап капот. Вытаскивайет хуй и вытирайет иво ап ийо шолкавайу йупку, фсе также беспечна продолжайа насцвистывать веселыйе папсовыйе мативы.

Полсе этава удавлитваренна улыбайясь, залазиет на свайо рабочейе место и продолжайет занимацца сваим любимым слесарным делом.

Баба, отойдя ат ахуетельного траха, сибирайет астатки дастоинства и уйобывайет на свайей сломаннай машыне. Но. Не проходит и часа, как она, не в силах забыть острыйе и валнуйущийе фпичатленийа, возвращайецца и пытайецца какетлива привлечь вниманийе афтасцлесаря, мичтайа ап прадайлжении бурных атнашений.

Но она, уже йобаная и аттаво ниинтересная, естессна слесарю нахуй нифперлась, и он пасылайет ейо в ейо же пизду.

Абидифшись, баба уйобывайет проч и никагда больше не пайавляйецца в этом афтосервисе. И, ясен хуй, никаму аб этам ни расказывайет, патамушта она богата и пародиста, и то, што ейо бес разришенийя ибал слесарь никаму знать нихуйа не паложена.

А слесарю похуй и ахуйеть. Он севодня адну телку атъыбал - это заибизь! А другой ахуительнай телке он с утра атремантирывал тачку, значит, зафтра апять предстаит йобля, что заибизь вдвайне. Он ухмыляецца себе в прокуренныйе усы и, знай, насвистывайет виселыйе песенки.

Ахуеть бля!!! Хачу быть афтасцлесарем!!

ИЯФ 31.05.1998